Ненужная наука

Обгоним и перегоним Ямайку?

Вряд ли кто-то будет спорить с тем, что фундаментальная наука (она финансируется государством) необходима для того, чтобы существовала прикладная наука, которая рождает изобретения и инновации. Отсюда и вопрос: как обстоят в Казахстане дела с фундаментальной и прикладной наукой? Не рискуя впасть в пессимизм, можно сказать – не очень хорошо. В доказательство можно привести отчет “О состоянии и перспективах развития науки и технологий в Республике Казахстан”, подготовленный Национальным центром научно-технической информации Казахстана и Национальной академией США. Документ датирован 2006 годом, но вряд ли картина с тех пор сильно изменилась. Уже во введении дается исчерпывающая оценка “успехов” за последние 15 лет: “Хотя и были сделаны первые шаги в реструктуризации системы науки и образования, говорить о конкретных положительных результатах пока не приходится”.

Удельный вес затрат на научные исследования и опытно-конструкторские разработки по отношению к внутреннему валовому продукту (ВВП) в 2005 году составил 0,29 процента (в целом по оценке ООН за период с 2000 по 2005 год – 0,22 процента). Для сравнения – США в том же году потратили на науку и разработки свыше 2,5 процента ВВП, Япония – свыше 3, по всей объединенной Европе – в среднем почти 2 процента. Показатели Казахстана здесь примерно равны показателям Монголии, Боливии, Судана и Венесуэлы…

Что касается нашей республики, то авторы отчета констатировали: “Только считанные компании заинтересованы в инвестировании средств в новые процессы и продукты, даже если в долгосрочном периоде эти инвестиции могут повысить прибыль”. А если посмотреть индексы цитируемости наших ученых в сравнении с коллегами из других стран или индекс Всемирного банка KEI, то, согласно им, наука Казахстана занимает 68-е место в мире, пропустив вперед Молдову, Ямайку и Саудовскую Аравию. Кроме того, по данным исследований агентства BISAM Central Asia, профессию ученого престижной считают целых 4,3 процента казахстанцев (в США – больше 50 процентов). Это к вопросу, кому нужна наука.

Нефть есть – науки не надо

Чтобы изменить ситуацию, казахстанское правительство для финансирования исследований и разработок создало Фонд науки и Национальный инновационный фонд. Насколько эффективно эти организации работают – вопрос другой. Так, запоздалые сроки рассмотрения заявок на финансирование проектов в Фонде науки привели к тому, что некоторые научно-исследовательские институты на начало года не получили средств на фундаментальные исследования. Поэтому и напрашивается вопрос: дадут ли усилия государства какой-нибудь результат?

– Я для себя давно вывел формулу, определяющую в Казахстане отношение к науке людей, принимающих решения: “мунай” (нефть) есть – “гылым” (наука) нам не нужна, – говорит Сергей Жданов, ведущий научный сотрудник Института ядерной физики Национального ядерного центра. – Как правило, концерны – фармацевтические, автомобильные, производящие радиоэлектронику – вкладывают деньги в конструкторские разработки для того, чтобы выжить в жестких условиях рынка. А теперь посмотрите на казахстанскую экономику – где у нас наукоемкие отрасли, вынужденные конкурировать с зарубежными фирмами? И кто не на словах, а на деле пытается создать такие отрасли?!

– Для чего нужны инновации? Они уменьшают себестоимость продукции, позволяют выйти на новый технологический уровень, – объясняет автор 21 патента Руслан Иваницкий, профессор Казахской академии транспорта и коммуникаций. – А судя по степени востребованности изобретений, например, на отечественном транспорте, у нас удешевлять и оптимизировать уже давно нечего, а технологический уровень так вообще – куда уж выше! Девиз отечественного менеджера: чем дороже, чем больше расходы, тем лучше. Поэтому вопрос: кому нужны изобретения, кроме самих изобретателей, остается риторическим…

Кто же должен быть оптимистом

В Национальном инновационном фонде (АО “НИФ”), приводя примеры востребованности в Казахстане прикладной науки, называют такие профинансированные этой организацией проекты, как строительство нового цеха на Карагандинском фармацевтическом комплексе, где выпускаются противоопухолевые препараты; внедрение на металлургическом предприятии в Балхаше бескоксового – менее дорогого производства чугуна… На Павлодарском деревообрабатывающем заводе на основе трансфертной технологии было создано производство специальных смол и древесно-стружечных плит, которые до этого казахстанские мебельщики завозили из-за границы. В технопарке Alatau IT City установлена фотоэлектрическая станция, позволяющая экономить электроэнергию для уличного освещения. Правда, часть проектов, профинансированных НИФом, – это просто перенос зарубежных технологий на казахстанскую почву.

– Мы занимаемся венчурным финансированием – инвестициями в наукоемкие проекты, – говорит заместитель председателя правления Национального инновационного фонда Айбек Мирманов. – Если упростить, то мы покупаем в перспективном деле неконтрольную долю акций с тем, чтобы после того, как новый бизнес встанет на ноги, продать эту долю. Но самая главная наша задача – это, конечно, не зарабатывание денег, хотя мы должны быть успешными и в этом плане, а создание среды для инновационной активности.

В Национальном инновационном фонде стараются быть оптимистами. Наверное, это очень важно, ведь кто-то же должен быть оптимистом – хранить уверенность в том, что стране нужна наука.

Филипп ПРОКУДИН