На странных берегах: этнические мотивы в летних коллекциях

Наряды воинственных африканских племен, боевой раскрас вместо привычного макияжа, Дикий Запад и жаркая Африка, куда запрещал ходить детям один известный сказочник, — страницы модных журналов напоминают в этом сезоне пухлые номера National Geographic.

Не все дизайнеры и сами могли точно определить, откуда именно к ним явилось вдохновение, пришлось ли ему для того пересекать пустыню Сахару верхом на верблюде или взращивать рис на китайских плантациях — Джунья Ватанабе, например, описал свою коллекцию просто как "что-то этническое". Нам же перья на показе Junya Watanabe, вплетенные в и без того пышные прически, сразу недвусмысленно намекают, что смотреть стоит в сторону Северной Америки и индейцев. Туда ведут и футболки с платьями, изрезанные беспорядочной бахромой, и мелкие косички. Времена противостояния индейцев и "понаехавших", когда Дикий Запад был по-настоящему диким, продолжают будоражить фантазию дизайнеров: кто-то наряжает моделей в индейцев, кто-то — в ковбоев.

Junya Watanabe

Американка Анна Суи своим источником вдохновения весны-лета называет картины прерафаэлитов, восхищаясь культурой Европы, но модели все равно оказываются похожими на Покахонтас, а не на Офелий Данте Габриэля Россетти. А плетение на груди некоторых платьев, напоминающее мрачные черепа, сразу вызывает ассоциации с Мексикой, где отношение к смерти вообще особенное. За реверансы мексиканской культуре можно принять и некоторые выходы на показе Alberta Ferretti — уже не Дню Мертвых, а национальным цветочным вышивкам, которые так любили художники Фрида Кало и Диего Ривера.

Коллекция Alexander McQueen явно говорит о связи с племенем масаи: традиционная для их нарядов красно-синяя клетка последние несколько лет часто появляется на подиумах, благодаря чему масаи, кажется, стали самым знаменитым племенем африканского континента. И факт того, что они остались практически единственным народом, полностью сохранившим традиционный, почти первобытный уклад жизни, несколько теряется на фоне их броских, словно наэлектризованных одеяний.

Синий цвет в традиционном для масаи сочетании Сара Бертон заменяет на более привычный для европейцев черный, но посыл остается прежним: эти два цвета вместе означают воинственный настрой того, кто носит такие одежды, а красный у масаи считается символом силы и власти. Так что, наряжая своих девушек в вариации народных костюмов африканского племени, дизайнеры делают выбор, основываясь не только на яркости красок. То же значение имеют и раскрашенные, как у африканских воинов, лица на показе Givenchy — посыл ясен.

Но Рикардо Тиши не ограничивается одной только Африкой, затрагивая и японскую культуру: во многих вещах легко читается геометричный крой традиционных кимоно. Знакомый силуэт встречается также на показах Gareth Pugh и Cédric Charlier, в то время как некоторые образы из коллекции Jil Sander напоминают национальные костюмы Китая. Сразу несколько культур затрагивают и сестры Олсен для своей марки The Row. Они выводят на подиум и малийские платья бубу, напоминающие простые балахоны, и марокканскую многослойность и головные уборы, защищающие странствующих по Северной Африке путников от песка, и индийские драпировки.

The Row

Запутаться во всем многообразии этнографических отсылок легко. Современные дизайнеры не ограничиваются одним африканским континентом, как сделал в 1967 году Ив Сен-Лоран, создав свою знаковую африканскую коллекцию и дав толчок моде на этнику. Но для того чтобы оценить красоту этих замысловатых нарядных вещей, к счастью, не нужно быть ни востоковедом, ни знатоком племен Африки, ни даже большим ценителем мурализма Диего Риверы.