На лезвии семейного счастья

Завершить все рабочие дела мне удалось только в восьмом часу. Зашел в соседний пивной магазин, и унылая девушка-продавец по обыкновению налила мне кружку шымкентского. “Это для храбрости. Мало ли как встретят родители моей возлюбленной”, – нашел я себе оправдание. И через час отважно звонил в дверь: в руках букет цветов, в кармане – ювелирная безделица.

Невероятно! Знакомство с будущей тещей совпало с днем ее рождения. Моя девушка Клара зашла первой, решив принять основной удар на себя. Она осыпала маму поздравлениями и пожеланиями, но ее будто никто не слышал. Теща с тестем стояли в коридоре и молча буравили меня взглядами. Надежда Михайловна для своих шестидесяти с хвостиком выглядела как огурчик и встречала гостей в цветастом платье вразлет. Рядом Иван Петрович нервно поправлял очки. Делаю глубокий вдох, целую тещу в щечку. Оглядываясь на тестя, вручаю цветы и презент. Услышав голоса и шуршание упаковочной бумаги, в прихожую выбежали сестра Клары с супругом.

Знакомимся, садимся за стол. И разливаем по бокалам… минералку! Оказалось, я попал в семью трезвенников. Тут то ли теща уловила мой легкий пивной перегар, то ли решила разрядить обстановку, но специально для нас с Кларой принесла бутылку шампанского. За знакомство не мешало бы и коньячку хлопнуть, но, ощущая на себе пристальные взгляды родителей, делаю лишь пару глотков шипучки. Сразу после первого тоста тесть задал прямой вопрос: “Какие планы по отношению к нашей дочери?”.

Узнав, что с Кларой я собираюсь жить долго и счастливо, родители облегченно вздохнули.

Теща повеселела и разложила по тарелкам пирог с курицей. Это незатейливое блюдо можно было есть и руками, но я решил воспользоваться ножом и вилкой. Пошарив возле тарелки, нашел только один необходимый прибор. Нож, без которого невозможно было произвести впечатление культурного человека, пришлось попросить. Каково же было мое удивление, когда из-под лежавшего на столе полотенца теща вытащила большой широкий нож для разделки мяса. Ого!

– Вот, возьми! Случайно рядом оказался, – сказала она, протянув мне его.

Хватаюсь за рукоятку, деловито разрезаю пирог кончиком мачете – и на мгновение замираю. Страшно подумать, где бы он оказался, если бы я сомневался в перспективах моих отношений с Кларой. Меня же предупредили, что характер у Надежды Михайловны вспыльчивый.

Самое страшное было впереди. Перескакивая с темы на тему, разговор зашел о работе. Оказалось, что сестра моей возлюбленной трудится в пекарне. Ее супруг работает токарем. О том, как прошел трудовой день, им особо говорить не хотелось. Зато они наперебой рассказывали о своей попытке сделать бизнес на выпечке домашнего хлеба.

– Надо было не хлеб, а сухари или гренки делать. В пивных магазинах они очень популярны, – сдуру порекомендовал я.

После этих слов теща и тесть напряглись. Видимо, моя осведомленность по поводу закусок в пивнушках пришлась им не по душе.

– А вы, собственно, чем занимаетесь? – спросила Надежда Михайловна. – Как и Клара, корреспондент?..

Надо полагать, “маму” с “папой” я разочаровал. Два корреспондента в семье – для них катастрофа. Печатные издания нынче изживают себя, в тренде – интернет-порталы. Газеты стоят копейки. Значит, по меркам родителей, уровень моих доходов неприлично скромный. Спорить было бесполезно. В их глазах я – нищий журналист.

Чем можно было меня удивить? Пожалуй, только просмотром детских и школьных фотографий Клары, кои Надежда Михайловна тщательно хранила. И вот я сижу за столом, перебирая черно-белые и цветные карточки.

– Вот это она в детском саду, вот это в первый класс пошла, а здесь отмечает свое тринадцатилетие, – комментировала теща. – А вот это ее первый парень…

На самом деле меня не очень интересовало, кто раньше ухаживал за моей девушкой, но тещу уже было не остановить. Она стала перечислять их всех: Слава, Петя, Вадим, Андрей… Когда дело дошло до азербайджанца Руслана, с которым Клара целовалась в десятом классе, я стал невольно посматривать на нож, которым еще час назад резал пирог. К счастью, эту пытку прервал тесть, объявив, что уже поздно и нам пора ехать домой. Надежда Михайловна сложила в пакет остатки пирога, салатов, недопитую бутылку шампанского и с этим “приданым” выпроводила нас восвояси…

Финал. Дома мы с Кларой оказались на нашем видавшем виды диване. Облегченно вздохнув, достаю из шкафа два бокала – себе и ей. Есть такая примета, последние капли шампанского, вылитые в фужер, – это к семейному счастью. Нарочно выливаю остатки шипучки Кларе: “Хорошего мужа тебе, родная!..”.

Сергей ЗАЯЦ, Алматы