На безрыбье…

Самые рыбные водоемы в Шортандинском, Алексеевском, Коргальжинском районах, озера под Астаной являют собой печальное зрелище.

Берега – как большие рыбные кладбища…

Кто недосмотрел? Есть же, в конце концов, у нас Комитет рыбного хозяйства, в нем – специальное управление рыбного хозяйства и водно-биологических ресурсов, бассейновая инспекция.

Официального ответа рыбные чиновники нам не дали, сославшись на необходимость письменного обращения. А неофициально сказали:

– Всему виной – морозы. Даже в реках толщина льда составляла больше метра. Там, где хорошая глубина и есть движение воды, часть рыбы спаслась. А мелкие водоемы промерзли до дна.

В Ишимской межобластной бассейновой инспекции рыбного хозяйства винят в происшедшем не только морозную зиму:

– Там, где проводились противозаморные мероприятия, делали лунки, обновляли их, когда снова затягивало льдом, рыбу удалось сохранить, – говорит заместитель начальника Ишимской инспекции Нигмет КАУАШЕВ.

Рассказал он и о ситуации в селе Ектынды Коргальжинского района. Жители этого аула столкнулись с большой бедой. Озеро Кулуколь, с которого всегда кормились люди, в последнее время катастрофически обмелело. Береговая полоса отошла на 300 метров! И здесь не природные катаклизмы уже виной, а действия людей.

– Дело в том, – поясняет Нигмет Амангельдинович, – что в Карагандинской области построили три плотины на пути стока талых вод, которые всегда пополняли это озеро, и каждая задерживает воду для фермерских нужд. В результате таких хищнических действий водоем сильно обмелел, потому и погибла рыба.

На незаконные действия хозяев плотин жалуются не только в Ектынды. Большой бедой в этом же, Коргальжинском, районе стал Сабундинский гидроузел. Принцип такой: моя плотина – что хочу, то и ворочу. А хотят животноводческие хозяйства, которые объявили себя собственниками плотины, обустраивать заливные луга. И на то, что происходит ниже по течению реки Нуры, им глубоко плевать.

– Нура – водоемообразующая река в этом регионе. Она пополняет всю цепь озер, 36 богатых рыбных водоемов, – рассказывает ихтиолог общества рыболовов и охотников г. Астаны Вадим САМАРИН. – В апреле рыба нерестится, и как раз в это время владельцы хозяйств закрывают шлюзы, накапливают воду для своих нужд. Потери в воспроизводстве – несоизмеримые. Бывали случаи, когда жители сел, расположенных ниже, сами открывали шлюзы, сбрасывали воду, но это расценивалось как самоуправство. Слишком влиятельные люди стоят за этими плотинными хозяйствами…

Так что не только морозы, но и люди, их эгоизм и страсть к наживе ведут к обмелению наших озер и рек, к заморам и безрыбью.

А ведь есть у нас при Министерстве сельского хозяйства Комитет по водным ресурсам, у того в подчинении – бассейновые водные инспекции. Все плотины должны регистрироваться, должен быть контроль за их деятельностью. Но, похоже, чиновникам этих ведомств недосуг заниматься этими проблемами. А может, боятся тех самых “влиятельных людей”?

Наталия БУРАВЦЕВА, Астана, фото Андрея ТЕРЕХОВА