Московские "засады" и позолоченная молодежь

Валерий Задарновский является ключевой творческой единицей группы Metis’s. В отличие от многих коллег по шоубизу он может говорить без обиняков о происходящем вокруг. Со свойственной ему прямотой Босяк признался, что их проект, вероятно, не принесет ему много денег, однако у него есть свой “зуб”, чтобы продолжать начатое.

Кроме выпуска дебютного альбома “Выше руки” в конце мая 2009 года, о “метисах” в последнее время не было слышно ничего. Как рассказал Валера, затишье было связано с тем, что они вместе с продюсером проекта Марленом КАРАБАСОМ почти год провели в российской столице, пробивая возможности работы группы на тамошнем рынке.

– Там у нас стояли вполне конкретные задачи, – говорит Задарновский. – Но мы поняли, что без очень серьезных завязок типа Игоря Крутого или Аллы Борисовны либо без очень больших денег в Москве ничего не сделаешь. Там все-таки присутствует чисто московский шовинизм по отношению к людям неславянского происхождения. Я его почувствовал.

– Самая громкая новость от проекта Metis’s – выпуск клипа на трек “Звон бокалов”. Его запретили для показа на ТВ, но зато о вас опять заговорили. Можно ли сказать, что после затянувшегося молчания начинается новый этап в истории проекта?

– Честно говоря, этот клип нужен был нашему продюсеру, чтобы раскрутить новый развлекательный портал. Но для меня, как для участника проекта, а также режиссера всех клипов Metis’s, каждая новая работа важна. Я очень хочу верить в то, что с этого момента у группы начнется новый этап без ненужных пауз и пробуксовок, которые меня просто угнетают. Правда, у нашего продюсера Марлена есть одна особенность – не знаю, может, дело в его знаке зодиака – Рыбы. Он поступает то так, то сяк. Хотя у него есть и классная черта, о которой я всегда говорю. Марлен отличается от остальных продюсеров тем, что в душе он пацан. То есть экспериментатор и в каком-то смысле революционер. На его месте никто бы не взялся за наш проект. А если бы и взялся, то сделал бы его еще более рафинированным, коммерческим и пропущенным сквозь призму наших восточных предрассудков.

– R’n’B долгое время триумфально шагал по планете. В том числе на эту моду подсела и казахстанская молодежь. Но почему в нашем шоу-бизнесе не возникло хоть какого-то бума вокруг исполнителей этого нап­равления? В отличие, к примеру, от России, где очень успешно выстрелили те же “Банд’Эрос”.

– Во-первых, начнем с того, что сейчас R’n’B в мировом масштабе уже не так актуален. А во-вторых, если говорить о его состоянии у нас, то все упирается в особенности рынка, инфраструктуры, контингента. Казахстан – это огромнейшая страна, по территории которой разбросана кучка казахстанцев. В этом вся проблема. Практически всех своих заказчиков мы знаем в лицо. И какого-то бума ожидать не стоит, просто потому, что у нас не сложилась субкультура вокруг этой музыки.

– Ну почему? Послушай, что играет на сотках у студентов. Сплошной R’n’B.

– Да, играет. Но подростки и молодежь до 20 лет никогда не будут приносить артистам много денег. Они берут у родителей на карманные расходы какие-то суммы, которые, как правило, ограничены.

– Но есть “золотая” молодежь.

– Значит, ее не так много. Кстати, слово ты какое-то громкое употребил. Позолоченная она, и совсем не золотая. Любят у нас разбрасываться словами – “золотая” молодежь”, “мажоры”. Изначально под ними понимали бунтарей, происходивших из буржуазной прослойки, которым было что сказать миру. А когда в Казахстане говорят “золотая” молодежь, мне смешно. Люди, которые просаживают наворованные родительские деньги в крутых заведениях. В этом и есть их бунт, в этом и есть их слово миру?

– Хорошо, какое в таком случае слово этому миру у проекта Metis’s?

– Не могу говорить за всю группу – скажу за себя. Для меня группа Metis’s – это как игра, которую я веду с нашими слушателями или, наоборот, неслушателями, которые считают, что в Казахстане все г…но. Такие люди любят сидеть на форумах и все опускать. Они, возможно, получили образование в Англии, Америке. Съездили туда на родительские деньги, увидели мир, выучили языки, одеваются в более дорогих магазинах. Ну и что? Это не позволяет им просто созерцать и говорить, что “у нас никогда ничего не будет”. Именно поэтому мы на одном месте топчемся, покуда у нас очень много таких людей.

Артем КРЫЛОВ