Марат Исенов: "Я просто пишу стихи"

Много найдется различных людей, кому не понравится то, что говорил Марат в дискуссионном клубе «Айт Парк». Например, что в Казахстане нет литературного процесса. То есть, издание трудов поэтов и писателей есть, и среди издаваемых есть даже неплохие, и, более того, очень хорошие, по выражению Исенова. Но литературного процесса — нет.
— Литературный процесс, это не просто печатанье книг. Кстати, издаваться в России тоже дешевле, чем у нас. Это — сложный механизм, который объединяет все то, что делают авторы, издатели, критики, пишущие на эти темы СМИ. И, наконец, объединяет и самих читателей. У нас этого нет, — считает Марат.
Как пример своего утверждения он привел историю с литературным объединением в Алматы: в городе был один такой, но после кончины его инициатора, объединение распалось. А в одном только Питере — десятки объединений.
Можно, конечно, встать в позу, и обвинить Марата в том, что, мол, уехал «на чужие хлеба», и из «петербургского далека» со снобизмом и свысока теперь взирает на родные пенаты. Но — со многим-то не поспоришь! Про те же объединения. Про то, что за прошедшие двадцать лет в Казахстане не появилось авторов, которых бы переводили и издавали в мире. Не появилось ни своего Пелевина, ни своих «куртуазных маньеристов», ни даже своих донцовых, как к ним ни относись. Почему?
Исенов дал два варианта ответа. Первый: мы все еще находимся в первой, дикой, стадии развития капитализма, когда те, кто имеет деньги, ни за что не даст и малой их части без гарантии возврата и с процентами. Казалось бы, при чем здесь литература? Отсутствие некоммерческого финансирования не дает возможности издаваться молодым авторам. А раз нет такой возможности, то многие и не будут пробовать. Так их никто и не узнает… А ведь могут быть среди них и таланты. В Европе, в Штатах — это есть. У нас — нет.
Второй: у нас некому инициировать творческий процесс. Инициативные люди крайне редки. Опять же, пример с распавшимся литературным объединением.
— В первую очередь люди должны быть инициативны и заинтересованы. Есть такой профессор, Юрий Орлицкий, большой ученый, филолог, который уже десять лет сам устраивает поэтические фестивали в разных городах — в Твери, в Москве, в Питере. Сам находит людей, организовывает их. А теперь представьте какого-нибудь нашего профессора в такой роли? Этого же никогда не будет! Они достигли своей должности, и все, — заметил Марат Исенов.
Не преодолена и советская косность очень значительной части нашей интеллигенции. Лет 70 тому назад произошла подмена понятий, сильно повлиявшая на развитие литературы: вступление в ряды Союза писателей сделалось социально престижным, оно как бы поднимало социальный статус человека. Он должен был писать какое-то количество того, что разрешено, и за это получал определенные блага. И по этой инерции, считает поэт, казахстанское общество до сих пор движется: многие думают, что если станут членами творческого союза, то получат в виде манны небесной какие-то блага. На самом деле, у общества нет никаких обязательств перед поэтом, а у него перед обществом лишь одно — писать хорошо.
Кстати, по ходу дискуссии Марат заметил, что сам себя поэтом не называет: «это было бы нескромно, я просто пишу стихи».
Почему в тех образцах массовой культуры, которая сегодня так широко и повсеместно разлита вокруг нас, так мало прежнего — того, что заставляло задумываться, обращаться к глубоким и тонким чувствам? Этот вопрос, пожалуй, не мог не прозвучать на подобной дискуссии. И Марат дал на него хороший ответ:
— Это и есть социальный заказ. Чем бессмысленнее, тупее и бессодержательнее будет то, что люди каждый день потребляют через телевизор, монитор компьютера или еще как-то, тем быстрее у людей будут атрофироваться способности к мышлению, вкус. Вообще все. И чем больше будет таких людей, тем мене вероятна способность к социальному протесту. Это как в Голливуде снимают фильмы — для каждой категории зрителей есть свой суррогат.
Общее ощущение от дискуссии осталось не слишком радужным. Да вовсе не таким, если уж прямо. Что же делать со всем этим? Видимо, писать стихи. Каждому на своем месте, и на доступном уровне. И помнить: обязательство перед обществом — делать это хорошо.