Когда некуда идти…

По словам директора центра адаптации Алтая КОЙШИБЕКОВА, в приюте около 50 человек различного возраста. 31-летний Дмитрий живет в центре более года. Не попади он сюда, замерз бы на улице:

– У родителей я был единственным сыном, они сильно баловали меня. Я совершенно не был приспособлен к жизни. Когда мне исполнилось 7 лет, от рака умер отец, а в 2007 году скончалась мать. Оставшись один на один со своим горем, я начал пить. Председатель КСК, воспользовавшись моментом, отобрала жилье, и я стал бомжем. В 2010 году отморозил ногу. Ампутировали пальцы на ногах. Меня хотят определить в Жезказганский дом инвалидов. Надеюсь, у меня сложится нормальная жизнь.

– Однажды к нам попала женщина, когда-то она работала главным бухгалтером в ресторане, – рассказывает Алтай Оралович. – Начала пить, потом вовсе оказалась на улице. В центре жить не захотела и написала расписку о том, что намерена вернуться туда, откуда пришла. Все это время жила на теплотрассе. Еще в центре был мужчина, он больше походил на дикаря, чем на человека, – заросший, с огрубевшей кожей. А ведь в начале 90-х он был в первых рядах бизнесменов. Целыми вагонами крутил. Потом кому-то задолжал, а кто-то кинул его. Так жизнь и пошла под откос.

В центр адаптации люди поступают с обмороженными ногами и руками, которые чаще всего приходится ампутировать. Сейчас в приюте таких подопечных – 90 процентов.

Светлана МОГАЙ, Караганда