Хороший конь всегда в цене!

В 1830 году Жангир из самого отборного своего табуна выбрал и подарил сыну императора Николая I белого рысака, которого высоко оценили знатоки при царском дворе.

“Во времена хана Жангира, то есть в период полного процветания здешнего коневодства, лошади наши очень близко подходили к так называемым карабаирам, которые в настоящее время на Сыр-Дарье составляют середину между аргамаками и степною породою”, – писал в 1871 году известный казахский этнограф Салык Бабаджанов.

Буденный в степях Приуралья

После революции в Приуралье разведением лошадей занялись в промышленных масштабах.

– Здесь были созданы военные конезаводы, выращивали лошадей для Красной Армии, – рассказывает кандидат сельскохозяйственных наук и коневод по призванию Мереке НИГМЕТОВ. По его словам, подготовка лошадей находилась под личным контролем Семена БУДЕННОГО.

– Он приезжал на станцию Каменка, там пересаживался в автомобиль и – прямиком в степи. Лично объезжал конезаводы, давал свои рекомендации, – рассказывает Мереке Толеугалиевич.

В годы Великой Отечественной войны Западно-Казахстанская область стала местом дислокации конезаводов со всего Советского Союза, которые были эвакуированы сюда осенью 1941 года. И именно отсюда поставлялись лошади для фронта. Маршал Буденный несколько раз приезжал в Жангалинский район, отбирал самых лучших.

На грани истребления

А после войны, когда жизнь вроде стала налаживаться, знаменитые западноказахстанские скакуны оказались на грани полного истребления. По приказу Хрущева в период освоения целины конезаводы начали закрывать, лошадей целыми табунами гнали на мясокомбинаты. Это было страшное время, вспоминает Мереке Нигметов…

Выходом из положения стала переориентация на развитие продуктивного коневодства. В область завезли донских лошадей, и селекцию направили на повышение мясо-молочности.

1976 год стал вехой в истории казахстанского коневодства – появилась новая кушумская порода лошадей мясо-молочного направления. Авторами породы стали корифей советского коневодства Юрий Николаевич БАРМИНЦЕВ, выходец из Урдинского района Западно-Казахстанской области, в свое время он возглавлял Всесоюзный НИИ коневодства, и известный на весь Союз коневод Матвей Николаевич БОРИСОВ.

Кстати, в годы войны Барминцев и Борисов отыскивали и возвращали назад, в Приуралье, коней, которых угнали немцы в Германию – ради сохранения редкого генофонда.

Также среди авторов породы были Серик РЗАБАЕВ, Бисен ГУБАШЕВ и Алексей БИЛЯЕВ.

Одни плюсы!

Главное достоинство лошадей кушумской породы – высокая продуктивность. В этом отношении, по словам Нигметова, они намного превосходят местных лошадей – казахской, мугоджарской, кустанайской пород. В советское время на них был очень высокий спрос, причем не только у нас в стране – их и за рубеж охотно вывозили.

Лошади кушумской породы очень крупные. Рекордистом в свое время был знаменитый жеребец по кличке Марш, вес которого достигал 711 килограммов! При этом эти лошади очень выносливы, могут совершать пробеги на большие расстояния, неприхотливы. В общем, одни плюсы.

Но в 1990-е годы кушумская порода едва не исчезла. Поголовье лошадей сократилось до минимума, еще чуть-чуть – и на знаменитой породе можно было ставить крест. Спасли ее энтузиасты, одним из которых был, например, первый в области частный фермер Ибраим Сергазиев.

Сейчас в области насчитывается 2700 голов лошадей кушумской породы, семь племенных хозяйств. И эти лошади опять в цене, покупатели приезжают со всех регионов Казахстана. За жеребца дают не меньше 300–350 тысяч тенге – хороший конь стоит того!

Сохранился фотоснимок 1948 года, на котором запечатлен родоначальник кушумской породы лошадей – доно-казахский жеребец Зажим. Рядом с лошадью – известный в те времена табунщик-наездник Амангельды Сейтказиев. Говорят, через сорок пять лет, когда он был уже в преклонном возрасте, ему показали эту фотографию, он сразу же узнал своего жеребца и назвал его кличку. И только потом с трудом узнал рядом с ним себя.

Фото из архива Мереке Нигметова

Гульмира Кенжегалиева, Уральск