Ампир и “бесстыдницы” гостеприимного Душанбе

Осень – только по календарю

Для казахстанцев столица Таджикистана – своего рода загадка. Если о соседних Бишкеке и Ташкенте информации достаточно, то Душанбе для многих из нас последние двадцать лет стал точкой “где-то рядом с Афганистаном и где была гражданская война”…

…Первое впечатление в аэропорту таджикской столицы: какой чистый воздух! В Алматы (не говоря уже об Усть-Каменогорске) о таком и мечтать не приходится. Вечерние запахи накатывают мягкими теплыми волнами. Растерянно переглядываемся: теплые вещи, которыми набиты дорожные сумки, здесь явно не нужны. Осень в Душанбе пришла только по календарю. Я смотрю на цветущую сирень и сравниваю с родным Восточным Казахстаном – там давно льют холодные дожди, а по ночам заморозки. Это настоящий сюрприз – всего три часа на самолете, а будто вернулся на несколько месяцев назад.

Царство старой чинары

Столица Таджикистана – относительно небольшой город, центр можно обойти вдоль и поперек за полтора-два часа. Все главные улицы укрыты шатрами из зеленых крон. Моя первая просьба к душанбинцам – показать настоящую чинару. На Алтае, да и вообще в Казахстане, эти деревья не растут – не климат. Тем загадочней представлялась мне чинара, которая, как пели в песне “Бричмулла” барды Сергей и Татьяна Никитины, “притулилась под скалою”.

Наяву дерево оказалось огромным, мощным, с макушкой под самое небо. Притулиться такой махине просто не удастся, песня явно слукавила. Зато сказочный ореол чинаре придает ее невероятная жизнеспособность, это дерево – сверхдолгожитель.

Местные журналисты рассказали, что в одном кишлаке на Памире до сих пор стоит чинара, которой две тысячи (!) лет. По сравнению с ней душанбинские аллеи – просто детский сад. Им “всего” по 80 лет – столько же, сколько и самой таджикской столице. Пока строители в начале прошлого века возводили на месте обычного кишлака город, росла и его “зеленая рубашка”. Повзрослел Душанбе – поднялись аллеи чинар.

ТЭЦ вместо деревьев

Я глажу шершавый ствол, он напоминает кожу ящерицы. Самое удивительное, что летом эти деревья на самом деле сбрасывают с себя кору, как змея кожу. За это их называют “бесстыдницами”. Говорят, столичное градоначальство уже приговорило всех “бесстыдниц” к вырубке – вид, мол, неевропейский, да и в период цветения заставляют чихать не то какого-то сановника, не то его родственника. Другими словами, Душанбе может остаться без зеленого шатра, который пока спасает его от жары, пыли и выхлопных газов.

“Для города это приговор, – вздыхают местные журналисты. – Только представьте: наше правительство заключило соглашение с китайцами. Те получили на Памире месторождения металлов и за это обязались построить городскую ТЭЦ. Угольную! Душанбе задохнется”.

Город-ампир

Если вы не равнодушны к архитектуре, вам обязательно стоит съездить в Душанбе. Современная застройка почти не коснулась таджикской столицы. Здесь нет зеркальных высоток, модулей-супермаркетов и гигантов из алюкобонда. К счастью! Центр Душанбе почти не изменился с тех пор, когда город назывался Сталинабадом. Это настоящий музей сталинского ампира под открытым небом. На главной площади, где уже в новом веке появился скульптурный комплекс династии Саманидов, стоит старая стела с гербом Таджикской ССР – прямо напротив грандиозного изваяния с царским венцом и фигурами львов у трона. Здания с желтой штукатуркой, колоннами, с серпами и молотами на фронтонах – все осталось таким же, как полвека назад.

Захожу во двор, где под старыми фонарями стоят скамейки с выгнутыми спинками. Рядом – дом с гипсовыми барельефами, на которых изображена композиция рабочего и колхозницы… Входят и выходят люди, дворник поливает из резинового шланга клумбы… Я попала в прошлое? “Нет, – улыбаются прохожие. – Это роддом, здесь будущее”.

Выбивается из общего музейного облика столицы только новый дворец президента. Помпезный и вызывающе роскошный. “Очень дорогой – еще не значит красивый” – говорят о нем горожане.

Гостем будете!

Таджики – очень гостеприимный народ. За четыре дня в Душанбе приглашения зайти в гости на чашку чая я слышала не раз. От коллег-журналистов, дежурной отеля, торговцев на базаре, прохожих… “Обязательно приходи, дочка, – настоятельно звал седобородый старец, у которого я просто спросила дорогу. – Вместе со всеми друзьями. У меня дом большой, места хватит. Чай будет, лепешкой и фруктами угощу”. Дедушка приглашал от всего сердца, так же, как приглашают в казахских юртах на дальних отгонах. От души, от чувства уважения к гостю, воспитанного в народе тысячелетиями.

Как-то вечером я, немного заплутав, заметалась по тротуару. Сразу остановились две девочки в пестрых платьицах и тюбетейках, спросили: “Вам помочь?”. Уже через пять минут они подвели меня к нужному месту. Интересно, а в моем родном Усть-Каменогорске подростки помогли бы приезжему? Или прошли бы мимо? Мне кажется, правдоподобней второй вариант…

Перемены к лучшему

Разумеется, с момента развала советского государства менталитет душанбинцев сильно изменился. Одни покинули страну, другие заняли их место, переселившись из кишлаков. Как подметили старожилы, если раньше столица перекраивала кишлак, то сегодня кишлак перекраивает под себя столицу.

Прослойка технической и культурной интеллигенции стала тоньше. Но вот что характерно: несмотря на огромные трудности экономики и общий низкий уровень жизни, таджики много и с удовольствием учатся. В Душанбе, говорят местные, не закрылось ни одно учебное заведение. И на обучение в них государство не жалеет денег, для талантливых детей выделяются образовательные гранты. Разве это не хороший задел на перспективу? Трудности пройдут, республика будет жить дальше.

Галина ВОЛОГОДСКАЯ (фото автора). Душанбе – Усть-Каменогорск