Индустриальную программу могут сломать тарифы

Дескать, пора отказаться от сырьевой направленности в экономике и сделать ставку на развитие внутреннего производства. К тому же, вхождение в ВТО не за горами. Хотя, по мнению, некоторых бизнесменов, мы уже давно там, осталось только бумаги подписать.
На первый взгляд, правительство, к радости многих, вроде бы, взялось за голову и приняло мудрое решение. Но, к сожалению, подробности этого мудрого решения могут обрадовать не всех.
Непонятно, кто и когда решил, что Казахстан живет и развивается за счет природных ресурсов. Ведь многим известно, что львиная доля выручки за природные богатства, — а это порядка 80%, — уходит в карман иностранному инвестору. И тут пока не удается переломить ситуацию — заставить иностранцев платить больше — это чревато началом чуть ли не международного скандала и обострением дипломатических отношений. Ошибается тот, кто думает, что мы стрижем купоны только лишь с нефтяных вышек.
Развивать внутреннего производителя пока оказывается благим намерением для правительства. По всей видимости, он развивается вопреки ему. И пока эта программа находится на старте, алматинские предприниматели стараются отметить недочеты и недоработки. По этому поводу в городском акимате департамент малого бизнеса организовал встречу чиновников и представителей бизнес ассоциаций.
Правда, чиновник из алматинской таможни был в единственном числе, несмотря на то, что в тот день частенько всуе поминали министерство индустрии и торговли (МИТ), которое устанавливает тарифы и пошлины для бизнеса. Предприниматели отмечают очень низкое качество работы данного ведомства. По их словам, ведомство не ведет никакой аналитической работы. Благодаря этому, министерство исчисляет не на чем не основанные тарифы и пошлины, которые наносят ущерб госказне и отечественному промышленнику.
Серик Туржанов, директор департамента малого и среднего бизнеса городского акимата в интервью Караван.kz, сказал, что тарифы и пошлины сегодня, мало того, что непомерно высоки, еще и не продуманы. Благодаря им (чиновникам и пошлинам — авт.), иностранная продукция, импортируемая в Казахстан, стоит дешевле, чем то сырье, из которого оно производится. Вот они — парадоксы сегодняшнего времени.
Предприниматели адресуют свои вопросы не только в министерство индустрии и торговли, но также и на таможню. Это ненормально, когда 25% государственного бюджета формирует таможня, как это происходит в Казахстане. В других странах ежегодно таможня собирает не более 12-15% поступлений. По мнению Серика Туржанова, это лишний раз демонстрирует непомерные аппетиты таможни, которые вымывают оборотный капитал у бизнеса. Благодаря этому, не создаются новые рабочие места, не достаточно развивается индустрия, сокращается налогооблагаемая база. Мало того, Агентство таможенного контроля меняет тарифы и пошлины каждый квартал.
Алихан Мамбиталин, присутствовавший на встрече чиновник-эксперт из алматинской таможни подтвердил, что таможенники, действительно, порой злоупотребляют при наложении пошлин. Есть такие виды сырья и товаров, на которые наложены нулевые ставки. Однако они имеют очень тонкую грань с другими товарами, которые облагаются не нулевыми ставками. Разницу, порой, очень трудно отличить. В том числе, благодаря, и техническим тонкостям и особенностям. Это и является областью злоупотребления. По его словам, так как алматинская таможня тесно общается с предпринимателями на экспертных и консультативных советах, это не проходит бесследно. Рождаются идеи и предложения, которые отсылаются в Астану. Однако, по всей видимости, они застревают в бюрократической трясине.
Любовь Худова, председатель правления Ассоциации предприятий легкой промышленности РК, в интервью Караван.kz сказала, что представители легкой промышленности обращались в МИТ о пересмотре и эффективной, сбалансированной перестройке системы пошлин и сборов. Однако, как говорится, лучше бы не рыпались. Министерское нормотворчество в очередной раз явило на свет шедевр. Из индустриального ведомства пришла бумага, которая окончательно всех запутала непонятными для непосвященных чиновничьими схемами, которые в жизни никогда и никому не возможно будет реализовать. В переводе с чиновничьего на человеческий язык это, видимо, переводится, как то: будете возмущаться — усугубите свою участь.
Сегодня многие опасаются, что, войдя в ВТО, Казахстан отдаст на откуп весь свой товарный рынок зарубежному производителю. На это правительственные чины говорят, что рынок у нас и так свободный — заходи, кто хочешь, нет никаких ограничений. Предприниматели отвечают, что собственный производитель при этом никак не защищен. Больше всего, как раз защищен иностранный инвестор — старая, банальная истина. Отсутствие защиты может довести «до ручки» — добить оставшихся, чтоб не мучились.
В программе индустриального развития — 2015 г., президент поставил задачу наряду с развитием программы импортозамещения, развивать экспортно-ориентированное производство с высокой добавленной стоимостью. Планы поставлены грандиозные, что там скрывать!
Под осуществление этих планов потребуется замена большинства оборудования и планомерное, оперативное заполнение отечественной индустрии новейшими технологиями. Для того чтобы обновить материально-техническую базу казахстанской промышленности, потребуются инвестиции на сумму примерно в 70-100 млрд. долларов. Для сравнения, официальная сумма казахстанского бюджета составляет 5-6 млрд. долларов. Следовательно, единственное место, откуда можно взять деньги — это реальный сектор экономики.
Пока мы имеем дело с оборудованием 30-летней давности и технологиями, придуманными советскими реликтовыми ученными до исторического материализма. И что самое интересное, государственная экономическая и фискальная политика пока не позволяет даже подумать о развитии всего перечисленного. С одной стороны, президент поставил задачу, — министры ответили: «Yes!», а потом осторожно «спустили на тормозах». Император Петр I, как известно, за непослушание наказывал розгами, дыбами и пр. Сегодня, при всей сложности жизни, есть другие меры воздействия.
Если до 1994 года у отечественных производителей были преференции по части рефинансирования и реинвестиций в собственное производство, уменьшения срока амортизации, то в начале 2003 года эти преимущества закончились. Окончательный приговор этим преференциям вынес принятый Закон «Об инвестициях».
Налоговая и таможенная политика сегодня ставит непомерные условия для ввоза нового оборудования национальным производителем. Налоговый Кодекс страдает тем, что не учитывает расходы предприятия на инвестиции в собственное развитие — 16% НДС, 30% налог с прибыли, при ввозе нового оборудования на границе выплачивается пошлина 16% НДС на деньги, которые остались после выплаты налогов, и плюс, учитывая еще и таможенную пошлину. В результате, сумма всех сборов составляет порядка 70-80%.
Для сравнения, книги и другая полиграфическая продукция, которые сегодня завозятся из России, ни НДС, ни таможенными пошлинами не облагаются. Зато по полной программе облагается завозимое сырье: бумага, краски, станки и др. В результате, вкладывать длинные деньги в производство становится архиневыгодным. Конкурировать в таких условиях также становится невозможным. В результате, Казахстан ежегодно теряет около 700 млн. долларов на финансирование только зарубежной полиграфической продукции.
Общеизвестно, что мировыми производителями оборудования бумаги и полиграфической продукции являются Германия, Финляндия и Япония. Маловероятно, что Казахстан с его относительно малочисленным населением догонит мировых лидеров. При всем при этом, при грамотной государственной политике, республика могла бы реинвестировать в собственную полиграфию порядка 400 млн. долларов за счет быстрой амортизации, относительно дешевой рабочей силы и т.д.
Нужно отметить, что сложившаяся ситуация в полиграфической промышленности примерно одинакова для всех остальных отраслей. В конечном итоге, правительство облагает налогом производителей дважды. Второй раз в виде таможенных пошлин при ввозе оборудования, сырья и т.д. Предприниматели предлагают правительству налагать НДС и таможенные пошлины на отдельные виды товара и их стоимость, а не на оборотные средства, как это делается сегодня. То, как сегодня взимается НДС, по мнению бизнесменов, называется налогом с оборота.
Другая беда бизнесмена связана с расчетом условных цен на таможне. Собственно говоря, одной из причин встречи таможенника и предпринимателей, послужила проблема как раз т.н. условных цен. Что такое условные цены? К примеру, некая зарубежная компания предоставила казахстанской фирме сырье, к примеру, глянцевую бумагу, грубо говоря, по 100 долларов за тонну. На таможне говорят, что такая бумага стоит не 100 долларов, а все 500.
В результате, предприниматель выплачивает пошлины, как если бы он сам приобрел ее по 500 долларов. В конечном итоге, потребитель получает продукцию по завышенным ценам, и это «благодаря» таможне.
Понятно, что правительство при помощи условных цен пытается оградить себя от недоплаты налогов. Очевидно и другое, — этот механизм не отработан до конца. Кроме того, другая проблема, с которой сталкивается бизнес, — эти самые условные цены меняются каждый квартал, напоминая украинский народный танец «гопак». При официальном вступлении в ВТО, условные цены отменят. Планировать расходы и доходы, в данном случае, мягко выражаясь, становится несколько затруднительным.
Благодаря неотработанному механизму по исчислению пошлин и др. сборов, Казахстан ежегодно теряет 200 млн. долларов на вывозе золота. Почему это происходит? Потому что золотое сырье выгодно вывозить за пределы республики, к примеру, в виде того же лома. За вывоз лома выплачивается пошлина в $7 за 1 грамм. Изделия же оцениваются в $25-27 за 1 грамм. В результате, рентабельность золотой промышленности возрастает до 400-500%. В итоге, по сравнению с Арменией и ОАЭ, золото в Казахстане стоит в три раза дороже, по сравнению с Индией — в 4-5 раз.
Золотые изделия, поступающие в Казахстан из-за рубежа, как правило, приходят контрабандным путем через таможню. Серик Туржанов сделал комплимент казахстанским таможенникам, правда, не очень приятный. Он призвал не верить всем тем, кто говорит, что через отечественную таможню и помимо нее может бесконтрольно проходить груз — здесь и мышь не проскочит. Без взятки.
Геннадий Шестаков, председатель Ассоциации таможенных брокеров РК, в интервью Караван.kz, сказал, что механизм утверждения ставок и пошлин в Казахстане не соответствует общемировому.
В странах развитого капитализма, ставки и пошлины утверждаются на консолидированной с бизнесом основе. «В Казахстане же правительство считает себя единственным игроком, и принимает решения без учета интересов других участников отношений».
В результате, принимаемые решения, мягко говоря, страдают однобокостью, а, не интеллигентно выражаясь, берутся с потолка, и не всегда эффективно отражаются на ситуации. Благодаря этому, отечественный производитель не имеет возможности конкурировать с зарубежным производителем по такому важному пункту, как цена. Если раньше таможенники взимали пошлины с челноков за вес, то сегодня пошлины взимаются за объем. Если раньше весь товар следовал через Хоргос, то сегодня он проходит через Киргизию, — там ставки ниже. Вот так выгоняют деньги из Казахстана. Это то, что касается импорта товаров.
Владимир Лик, президент республиканской отраслевой Ассоциации вторичной металлургии, в интервью Караван.kz сказал, что когда юристы из Ассоциации изучали законодательную базу по тарифам и пошлинам, они обнаружили интересный документ. Оказывается, ещё в 1997 президентом Казахстана был подписан закон о ратификации Флорентийского соглашения. Одним из выгодных положений для казахстанского промышленника является то, что продукция, которая не производится на территории страны-подписанта, должна быть освобождена от пошлин. К флорентийскому соглашению присоединились 155 стран. Закон ратифицирован в парламенте, прошел полностью все законодательно-нормативные инстанции РК.
По этому поводу промышленники обратились к таможенникам со справедливым вопросом. На что получили охлаждающий ответ: для реализации данного закона не разработаны механизмы, нормативно-правовая база и т.д. и т.п. По мнению Серика Туржанова, таможня, таким образом, бросает перчатку всей системе государственного управления Казахстана.
На встрече вновь поднималась проблема, которую создает многим компания ICS. Напомним, что «Ай-Си-Эс» — это монополист, который является независимым экспертом по определению таможенной стоимости. Деятельность данной компании, с самого начала противоречила казахстанскому законодательству, она проигрывает в суде большинство исков, однако каким-то чудесным образом продолжает оставаться «на плаву».
Теперь снова об отечественном производителе. По данным, которая предоставила Любовь Худова, в Казахстане производится всего 1% от всей кожевенно-обувной продукции. Около 80% данной продукции — контрабанда или нелегальщина, фальшивка, сделанная в подпольных условиях. В 2002 году Ассоциация предприятий легкой промышленности проводила исследование рынка на предмет наличия нелегальной продукции. Таким образом, легпромовцы подсчитали, что ежегодный нелегальный оборот обуви в Казахстане составляет 19 млн. пар. Как известно, в РК проживает чуть больше 14 млн. человек.
Несмотря на то, что республика экспортирует большие объемы шкур КРС и МРС, да еще и по бросовым ценам, нигде в официальных отчетах они не фигурируют, потому что вывозятся нелегальным путем. Обработке подвергается не более 3% сырья. Единственным выходом из ситуации, легпромовцы видят введение запрета на вывоз необработанных шкур. Остается не понятным, насколько может сработать данный запрет, если шкуры вывозят нелегальным путем. По оценке отраслевых экспертов, из-за нелегального оборота продукции легкой промышленности Казахстан ежегодно теряет около 4 млрд. долларов.
Схожая ситуация по потере капиталов сложилась и в мебельной промышленности. Благодаря бездумности авторов пошлин и тарифов, ежегодно Казахстан теряет около 4 млрд. долларов. Примерно, каждая из существующих в республике отраслей может превысить госбюджет примерно в два раза.
Легпромовцы направили все документы в МВД, в КНБ, в Агентство таможенного контроля, в министерство индустрии и торговли по проведенным расследованиям теневого рынка. К всеобщему удивлению, там эти документы не произвели эффекта разорвавшейся бомбы.
Только таможенники написали в ответ письмо, которое можно больше назвать отпиской, наподобие: «Да, действительно в стране нестабильная обстановка. Действует банда контрабандистов. Если повезет, мы их отловим». А контрабандисты, тем временем, с уверенностью смотрят в будущее. Потому что знают формулу жизнедеятельности нелегалов. Зато стукачам сегодня работать очень сложно, — можно не достучаться.
При всем при этом, казахстанское правительство весьма благодушно относится к иностранным капиталистам. Когда они приезжают в республику делать бизнес, завозя различное оборудование, начиная с офисной техники и заканчивая производственным оборудованием, цены указываются, как правило, космические. Казахстанские таможенники приводят такой пример, когда один западный бизнесмен указал стоимость своего офисного компьютера не больше, не меньше — в $28 тысяч. Офисный стол он оценил в несколько тысяч $. Однако, таможенники почему-то засомневались, — шестое чувство подсказало, что не бывает в мире персональных компьютеров по такой цене.
Про промышленное оборудование вообще не стоит говорить. Благодаря такому ценовому «вздутию», создается впечатление, что в Казахстан вливается фантастический объем инвестиций. Выходит, зарубежные предприниматели тоже не лыком шиты. То, что даже по мировым ценам стоит три копейки за мешок, в Казахстане может декларироваться как нечто выдающееся.
В республику ввозят промышленное оборудование одновременно две компании — одна отечественная, другая, к примеру, — турецкая. Благодаря законодательству и чиновникам, турецкое оборудование — это инвестиции и благо для Казахстана, отечественный производитель выплачивает НДС. В результате, на местном рынке более выгодные условия будут у иностранцев.
Получается, что казахстанское правительство могло бы зарабатывать на том, чтобы просто не издавать вредных законов. Некачественные законы и постановления приводят к росту контрабанды и потере капиталов.
Президент уже однажды отдавал распоряжение об отмене таможенных пошлин и НДС на ввозимое оборудование, но, к сожалению, чиновники выполнили его частично — для некоторых видов оборудования в некоторых отраслях. Это к вопросу о том, что чиновники вышестоящие распоряжения спускают на тормозах или извращают их. Этакая тихая и скрытая правительственная оппозиция — «чужие среди своих». Но это уже последствия.
Алма Нургужаева, заместитель исполнительного директора Конфедерации работодателей РК, привела пример, когда между их организацией и каким-нибудь отраслевым министерством ведется работа по разработке каких-то документов, в самый неподходящий момент эта работа может сломаться в результате смены главы ведомства. Все наработанные документы, словно корова языком слизывает. Работу приходится начинать с самого начала.
Причина лежит в том, что в Казахстане нет преемственности в кадровой политике, — министров и премьеров меняют, словно перчатки. А это, в свою очередь, порождает диагноз временщиков. Всем известно, что когда «новая метла» меняет «старую», она сметает и все ключевые кадры, приводя с собой новые. В результате, кадровая чехарда негативно отражается на экономике. Экономика, — ведь, это не только цифры и формулы.