Опубликовано: 6 4606

Жизнь под рублем: как выживают Белоруссия и Казахстан

Жизнь под рублем: как выживают Белоруссия и Казахстан

Что белорусу хорошо, то казахстанцу – ойбай…

Потрясения в России все чаще доходят до экономик соседних стран волнами цунами, подмывая доходы граждан, ударяя по бизнесу, истощая бюджет. В одном союзе – как в лодке, но каждый выплывает из ситуации по-своему. Мы решили сравнить, как это делают Белоруссия и Казахстан.

В один котел два барана не поместятся, сказала как-то моя соседка – шикарный повар и тот еще кухонный политик. Можно по-разному относиться к интеграционным процессам, всяким союзам, но факт налицо – экономика страны очень чувствительно реагирует на события в соседней России. Пока нам удавалось тащить автомашины и товары за полцены, мы даже как-то радовались Таможенному союзу, помните? И совсем непатриотично вывезли из страны за считанные месяцы, как утверждали некоторые эксперты, около 20 миллиардов долларов. Теперь, когда “свободный” тенге синхронно плавает с российским рублем и нефтяные котировки обсуждают даже малыши в песочнице, оптимизма поубавилось. И хотя те же эксперты уверяют, что экономика Казахстана не так сильно зависит от России, как, например, от Нидерландов (именно с этой страной, как ни странно, у нас самый большой товарооборот), таксист Бауржан уверен, что его бажу сократили из-за тяжелой ситуации в России, а девальвация произошла по вине рубля.

Можно проводить бесконечные параллели между нашими экономиками и при желании доказать, что события у соседей изменили даже траекторию полета мух на жайляу, но в общем котле ЕАЭС варятся не только Россия и Казахстан, есть там еще и другие участники, каждый из которых добавляет свой специфический вкус. Например, есть “белорусская бульба”. Ее много. Так, торговый оборот Белоруссии с Россией составляет 24,473 миллиарда долларов (для сравнения: у Казахстана с Россией – 14,575 миллиарда). Белорусы, войдя в союз, не только отстояли многие важные моменты, но и смогли заработать. Они стали бойко продавать свои товары и умудряются перерабатывать больше нефти, чем мы, при этом вообще не имея собственного сырья.

О том, как эти союзники отстаивают свои интересы в ЕАЭС, слагаются легенды. Чего стоят только минские креветки и ананасы, которые стали символом российских санкций. Сколько заработала Белоруссия на реэкспорте, не напишут ни в одном учебнике истории. Но жизнь показала: не так страшен союз, и даже в самый кризисный кризис из него можно получить прибыль. Мы решили сравнить, как реагировали на события в России две союзные страны: Казахстан и Белоруссия. И что происходило с их экономиками.

У кого зарплаты меньше?

Первый и самый важный критерий – как стали жить обычные люди. Кризис пошатнул экономики и аукнулся в каждом отдельно взятом кармане.

По словам известного белорусского экономиста Сергея ЧАЛОГО, реальная заработная плата упала в Белоруссии в два раза и составляет сегодня около 300–400 долларов. В Казахстане из-за скачка курса доллара аналогичная ситуация. В тенге заработная плата хоть немного, но растет, а в доллары ее лучше не пересчитывать, зачем расстраиваться…

Зато весьма необычная ситуация сложилась с инфляцией. В Казахстане в 2015 году она составила 13,5 процента, что значительно превысило нашу обычную планку в 8 процентов. При этом граждане уверены, что жизнь подорожала почти в два раза, цены на продукты, лекарства, услуги отреагировали скачком. В Белоруссии, наоборот, впервые за долгие годы инфляция показала самый низкий показатель и составила всего 12 процентов.

– Это лучшее достижение, так, например, в 2011 году у нас была инфляция 200 процентов, было трехкратное изменение курса, – поясняет Сергей Чалый.

Удорожание жизни в Казахстане понятно, мы импортозависимы и слишком слабы на арене экспорта. При этом Белоруссия, как ревнивый муж, никого не пускает к себе на рынок. Помню милую беседу в министерстве харчевания несколько лет назад. Когда я спросила белорусских чиновников, почему они не покупают баранину в Казахстане, ведь гонят фуры с говядиной к нам, а обратно они уходят пустыми, мне ответили, что баранов они вырастят сами, да еще и экспортировать будут! Не сомневаюсь. Россияне с удовольствием кушают белорусские продукты на 4 миллиарда долларов ежегодно. Да и казахстанцы тоже закусывают. В прошлом году белорусы продали нам 14,560 тысячи тонн молока и 3,3 тысячи тонн мяса. Наши продукты в Белоруссию так и не зашли.

Бизнес на выживание

Сложнее всего в условиях интеграции и при сложившейся ситуации в России пришлось производителям. Кто они? В Казахстане – в большинстве своем мелкие и средние бизнесмены. Что уж говорить, условия для бизнеса у нас создают, пытаются убирать барьеры, заманивают программами поддержки, удобными условиями регистрации. Количество бизнесменов растет, но каков результат? Свой собственный рынок мы так и не обеспечили. А про экспорт вообще скромно умолчим. Винить в этом нашу многотысячную армию ипэшников не стоит, ведь задача такого микробизнеса – обеспечить работой себя и доходами свою семью, а не завоевывать рынки соседей. Поэтому в ситуации, когда на прилавки хлынули российские товары по ценам “низкого рубля”, наши предприниматели чуть не остались без штанов. В северных регионах страны позакрывались либо перешли на другой вид деятельности сотни предприятий. А как было в Белоруссии?

В стране Батьки про бизнес можно снимать сиквел для фильма “Выживший”. 80 процентов всего производства находится у государства, конкурировать с этой мощной эффективной машиной очень сложно. Да и условия созданы спартанские.

Можно сокрушаться на тему “ой как сложно в Белоруссии делать бизнес”, но именно государственная доминанта смогла в условиях экономической турбулентности сохранить собственный рынок, рабочие места. А испытания выпали серьезные. В страну, как и в Казахстан, пошел вал российских товаров. Но тут же включились невидимые политические рычаги. Государство стало защищать внутренний рынок весьма агрессивно.

Торговые войны

– Наши власти быстро и нервно реагируют, когда кто-то покушается на внутренний рынок, – говорит экономист Сергей Чалый. – У нас есть министерство торговли, которое в кризис 2014/2015 года практически превратилось в силовое ведомство. Ему были переданы права контроля за ценами и за соблюдением правил крупными торговыми сетями. Когда произошла девальвация, они держали цены, устраивали рейды, и если кто-то поднимал цены, просто заставляли прекращать деятельность, что грозило миллионными убытками. Потом они ввели ассортиментные перечни, это документ в 66 страниц, где прописано, какого рода товары и в каком количестве должны быть на полках магазинов. Например, в крупных магазинах должно быть 27 наименований белорусской обуви. В ресторанах в меню должно быть столько-то белорусской водки. В результате этого все отечественные товары, которые пролеживали на складах из-за хлынувших из России товаров, оказались на полках магазинов.

Местным производителям были даны беспрецедентные преференции.

Что было у нас? Началась акция с лозунгами “Покупай отечественное”. Но 27 наименований казахстанской обуви на полках не появилось, просто-напросто столько мы не производим… Да и никаких наказаний за продажу импортной продукции в урон отечественной не было. Наш рынок распахнул объятия всем членам ЕАЭС.

В общем, болезненным последствием интеграции стали торговые войны. И хотя в Казахстане мы тоже ощущали их отголоски, где-то на границе то и дело останавливали машины с “опасной” продукцией, у Белоруссии все было более масштабно. Огромную роль сыграло и геополитическое положение страны. В период санкций Белоруссия оказалась тем самым окном из Европы, откуда задувало товары, от которых бросало в дрожь Россию. Вопросы реэкспорта ставились ребром. Минские чиновники рапортовали, что в 2015 году пресекли ввоз “санкционных” товаров через свою территорию на 3,1 миллиона долларов. И тут же сообщили, что пресечен ввоз товаров из России, которые не соответствовали качеству, на 2,5 миллиона долларов. Битва за рынки продолжается.

Кризис в головах

За последние годы интеграция в союзы стала испытанием не только экономическим, но и психологическим. Девальвационные скачки показали, как менялось наше сознание. Сначала был шок, второй скачок вверг в панику, над третьим шутили сквозь слезы, а потом как-то даже успокоились и перестали вообще смотреть на курс доллара. В Белоруссии произошло то же самое.

– У нас было более 30 процентов девальвации в начале позапрошлого года. Потом осенью, в августе еще 20 процентов и примерно столько же в январе, – говорит Сергей Чалый.

Между тем, по словам эксперта из Белоруссии, внутри страны мало кто связывает причины кризиса с событиями в России, считая, что в стране полно своих внутренних проблем.

В Казахстане внимание от рубля отвлекли нефтяные котировки. Все поняли, что именно они, как кукловод, дергают за ниточки и тенге, и рубль. И сейчас на фоне растущих цен на черное золото даже как-то посветлело на душе. А если вернутся прежние цены, закатим той, в один котел в хорошие времена и три барана поместятся...

Особое мнение

Экономист Магбат СПАНОВ:

– Мы являемся членами ЕАЭС, и, конечно же, экономики стран-участниц очень взаимосвязаны. Те же санкции в отношении России сначала имели к нам косвенное отношение, но последние санкции уже напрямую затронули Казахстан.

Что касается продукции, производимой в Казахстане, то она оказалась не столь конкурентоспособной, российские производители, несомненно, выигрывали, беря объемами и технологиями. У Белоруссии в этом плане есть преимущества, они сохранили свое товарное производство в виде колхозов и совхозов, которые мы своими же руками разрушили.

Очень важен и транзитный потенциал. Белоруссия находится между Европой и Россией. Но и Казахстан в будущем раскроет свой потенциал, когда запустят транспортный коридор Западная Европа – Западный Китай.

В Белоруссии развит промышленный сектор. Мы же делали ставку на энергоресурсы. И до определенного времени это приносило успех. Сегодня, когда цены снизились, мы чувствуем себя не столь комфортно, как раньше, недополучаем прибыль. Но эта цена будет не всегда. Даже при 30 долларах за баррель нефти мы получаем доход, который Белоруссии и не снился. Уровень жизни у казахстанцев, конечно, выше. Плюсы и минусы есть везде.

Чтобы интеграция и союзы приносили нам плюсы, мы должны понять, что не надо уже субсидировать программы импортозамещения, деньги проедаются, а результата нет. Мы должны обратить внимание на переработку, которая связана с сырьем. Это нефтехимия, металлообработка, перерабатывающие производства. А также развивать сельское хозяйство.

Алматы

КОММЕНТАРИИ

[X]