Опубликовано: 1180

Забытые

Денис Наванов – студент третьего курса педагогического института. Вырос в детском доме. Потом поступил в дом юношества, но ушел оттуда. Денис решил не оставлять в одиночестве свою 89-летнюю прабабушку Марию Волкову.

“У меня был шок, когда случился пожар. Я бабушку вынес из дома, здесь все горело, – рассказывает парень. – Шрам у нее от ожога остался. Я понял, что не смогу больше жить в доме юношества, потому что буду чувствовать свою вину, что не помог бабушке”. Денис написал расписку и стал жить с прабабушкой. Это было в 2007 году.

Мария Дмитриевна – ветеран войны. В 2005 году умерла ее дочь Раиса Волкова. Пенсионерка, едва видящая, с раздробленным в войну коленом, осталась одна. И сейчас у нее надежда только на правнука. “Сплю рядом, – показывает Денис, – в случае чего вызываю “скорую помощь”, массаж ног делаю. У бабушки нога сильно после войны опухает, колено раздроблено, почти не ходит”.

Крохотная комнатка. Печное отопление, все удобства на улице. Крыша прохудилась, при малейших осадках на улице в комнатке потоп. Уже дважды из-за влаги замыкала проводка, и почти три месяца обитатели домишка сидели без света. Другой пожар случился из-за печки. И это при том, что в поселке Саздинском с прошлой зимы есть газ. По закону участнице войны должны были оплатить семьсот килограммов угля – в Актюбинской области коммунальные услуги немногочисленных ветеранов взял на себя акимат. Газификация – не коммунальные платежи. Их прабабушка с внуком должны были бы оплатить из своего кармана. Они даже трубы купили. Но их почему-то увезли рабочие одного ТОО, пока Денис был на занятиях. Парень обращался к участковому, но так правды и не добился.

Местные власти о Марии Волковой не вспоминают. Разве что изредка носят в дом воду представители собеса. Стараниями внука ей подняли пенсию, но и он не может пока доказать, что стаж у бабушки намного больше того, по которому рассчитывают сейчас пенсию. Бабушку считают лишь участницей трудового фронта, хотя работать она начала в 1937 году, уезжала на фронт и вернулась в тыл ковать победу. Документы сгинули в пламени во время очередного пожара.

“Ее военные документы сгорели, она была прописана по старому паспорту, – рассказывает внук. – Мне сказали: это живой человек или ее давно уже нет?”.

Мария Волкова жива. Пусть почти не видит, весь день сидит на кровати и частенько хворает. Дыры в скромном бюджете проедают траты на лекарства. Те, что прописывают врачи, в специальной поликлинике для ветеранов водятся не всегда. Приходится покупать. Марии Дмитриевне эскулапы рекомендовали инвалидную коляску, но она почему-то до сих пор к старому человеку не доехала.

Сам Денис хорошо учится. Прошлым летом работал в стройотряде. Живет с прабабушкой в селе Саздинском – поселок считается городской чертой, но на автобусе не меньше сорока минут добираться. Чтобы как-то выкручиваться – на скромную стипендию выживать в таких условиях непросто, – Денис за скромное вознаграждение нескольких ребят каждый год готовит к экзаменам. Вряд ли кто-то догадывается: он делает институтские задания на краю стола в крохотной комнатке без света, воды и газа. А между делом готовит для прабабушки каши… “Как умею, готовлю”, – улыбается Денис.

Когда мы уходили, Мария Волкова расплакалась. “Живите долго и счастливо”, – тихо прошептала она.

Злата АЛЕКСАНДРОВА, Актобе

Загрузка...

X Закрыть