Опубликовано: 4394

Виктор ДЕЙНЕКА: Миллиарды утекают, а воды так и нет

Виктор ДЕЙНЕКА: Миллиарды утекают, а воды так и нет

Выполнима ли программа “Ак булак”, призванная доставить воду  в каждый дом? Только по Костанайской области за 5 лет нужно обеспечить ею 200 населенных пунктов. Хотя за 8 лет предыдущей программы “Питьевые воды” это успели сделать лишь в 57 местах. Собеседник “Каравана” – гидрогеолог Виктор ДЕЙНЕКА, академик Академии минеральных ресурсов РК и Уральской академии геологических наук России.Деньжищи – на

ветер

– В стране выделяются огромные деньги, чтобы как-то подтянуть водоснабжение к приемлемым стандартам. Средства расходуются, ожидаемого эффекта нет.

– Человеку нужно пить хорошую воду. ООН определила одну из главных задач тысячелетия –  обеспечить всем людям в мире доступ к качественной воде. Мы конвенцию подписали, вынуждены теперь что-то делать в этом направлении. Тем более что у нас с водой во многих регионах беда. Деньги выделяются большие – сотни миллиардов по стране. Причина того, что эти миллиарды не работают, как должны бы, – в неэффективной системе управления.

Сужу по делу, которым занимаюсь не один десяток лет, – подготовкой источников водоснабжения. Сегодня, чтобы определить источник для аула, в котором живут 100 человек, нужно написать проект, согласовать его в куче ведомств. Пока он пройдет все согласования, соберет все бумаги (а их море), становится золотым. Проектно-сметная документация на 10 маленьких сел стоит 5 миллионов тенге. Только проект! Да за 5 миллионов я пробурю там скважину и передам им. А если скважина неглубокая, до 50 метров, еще и останется.

– Но без контроля у нас такого могут набурить...

– Контролируя, не надо умножать число ведомств, где сидят люди, которым важно заработать и видимость дела создать. Раньше была строгая система контроля, но если водозабор стоил до 500 тысяч рублей, то достаточно было найти источник, пробу воды взять. Санитарное заключение получил, заключение гидрогеолог написал. Проектировщик на основании 10 страниц делает проект, и строится водозабор. Мы же сегодня усложняем процедуру до того, что вода становится просто золотой! Кому это выгодно? Да никому, кроме служб, которые выполняют разрешительные процедуры.

Такая вот волокита

– И в какие дыры сливаются огромные средства? Как хотя бы уменьшить эти потоки?

– Решения по мелким объектам по программе “Ак булак” принимать надо на районном уровне. Местные отделы ЖКХ знают, что в каком селе0 какие возможности. А у нас сейчас управлением энергетики и ЖКХ акиматов подбирается штук 10 сел, перечень согласуется с ГУ “Севказнедра”. Затем передается в Комитет геологии и недропользования Министерства индустрии и новых технологий. Там заявка рассматривается и пересылается в Минфин. Пока это все согласовывается, квартал или два проходит. Объявляют тендер в конце марта – начале апреля. Это только на проектирование! У нас придумали проводить тендеры на проект и на поисковые работы отдельно – вроде чтобы исполнитель цены не завысил. Глупость же! Все равно на конкурсной основе делается и по установленной цене. В тендере на проект допустили к участию не только геологов, но и проектировщиков различных строительных организаций. Они обычно дороги строят или дома... Своих специалистов нужного направления у них нет, а тендер выиграть хочется! Вот они и делятся с кем надо, чтобы победить. Наймут гидрогеолога-пенсионера, и подрядчику еще останется. Такая вот кухня. Дальше проект нужно согласовать с кучей ведомств. Под видом борьбы за охрану окружающей среды просто создается дыра, в которую сливаются огромные средства. Сам процесс бурения скважины и откачка воды вызывают мизерное воздействие на окружающую среду. Разве что при бурении установка выделяет выхлопные газы, как обычный автомобиль. Но все равно надо составлять проект оценки воздействия на окружающую среду. Зачем? А затем, что в законах не прописана иная возможность, и каждый страхуется, чтобы не пролететь. Ну и подзаработать. Тем более странным выглядит в таком контексте отсутствие независимой экспертизы проектов. А они часто имеют дефекты, вызывают незапланированные затраты бюджетных средств. Так, в декабре приняли проект переоценки запасов Затобольского месторождения подземных вод для села Заречного. И что оказалось? 2 миллиона тенге выкинули лишних. Заложили одну скважину в ареале заведомо соленых вод, другую – возле кладбища. Выяснилось это, когда проект уже реализовали. А ведь он прошел экспертизу. Но какую? Экономическую, которая в этом случае бессмысленна.

Ищи, кому выгодно

– Может, проблема в том, что мы мало знаем об источниках воды, которые имеем?

– Гидрогеологически Северный Казахстан, как и страна в целом, достаточно хорошо изучен. В советский период многократно исследовали прилегающие к селам территории. Надо пользоваться теми знаниями. А сейчас под шумок денежных водопадов программы “Ак булак” происходит дублирование поиска источников воды. Ее заново ищут там, где разведка уже велась и ее результаты известны. Конечно, приходится бурить на том же месте, чтобы подтвердить качество воды. Для этого достаточно пробурить 1–2 контрольные скважины. Это не так дорого. Но экономить невыгодно исполнителям! Вот и дается приказ о бурении дорогостоящих разведочно-эксплуатационных скважин. На ветер выбрасываются немалые бюджетные деньги.

Такие проекты должны контролировать независимые эксперты. Но государственная машина, вернее ее “водители”, в этом вовсе не заинтересована. Для проформы организована экономическая экспертиза, строго говоря, проверка арифметических действий. Зачем?

– То есть нынешние нормы – возможность подкормиться чиновникам?

– Я считаю, они сделали такие законы и инструкции под себя. По принципу “а что я буду с этого иметь?”. Так и Экологический, и Водный кодекс сделан, и Закон о недропользовании и промбезопасности...

Но вернемся к инстанциям, по которым гуляет проект. Дальше он должен пройти экономическую экспертизу в комитете. Допустим, прошел, проект утвердили. Потрачена куча денег: поездки с бумагами, гостиница, дорога... Теперь ждем, пока объявят тендер на эти работы. Объявили. А уже июнь – полгода потеряно! Начинается сбор бумаг для тендера. Их тоже море. Собрали, сдали комиссии. Она рассмотрела, и, допустим, подряд получен. Теперь каждый месяц надо ездить в межрегиональный комитет геологии, показывать, сколько освоил денег. Потом еще инспекцию присылают. Вроде бы для контроля бюджетных денег. Но на деле – одни суммы контролируют, а другие на все эти инспекции и поездки тратятся. Кто-нибудь пытался разобраться, куда идет больше? Наконец, отчет. Опять куча процедур – согласовать результаты испытаний качества воды, утвердить ее запасы в источнике... А там хоть один кубометр, хоть тысяча – разницы нет. Безумие же! Нужно до определенного объема скважин утверждения не требовать. Ничего, по сути, не изменится, только деньги будут сохраннее. Процентов 20–30 экономии. А если еще и взятки исключить – то все 40.

Чистая правда о чистой воде

– По новой программе вода должна прийти в дом, то есть в каждом селе должен быть водопровод с разводкой по домам. Но это разом лишает всякой надежды села, где живут 50, 100 семей. Водопровод вести – нерентабельно. Но вода-то людям нужна.

– В таких селах надо пробивать скважину, строить резервуар, ставить мотор. И делать это без лишней волокиты. Что не так-то просто. У нас в законе: должен быть учет. Какой? Счетчики. А в Конституции написано: природные ресурсы (в том числе вода) – достояние народа. Но как народу до своего законного права добраться, когда вокруг такой частокол нагородили?

Я говорил о лишних процедурах в геологии. А ведь в эксплуатации – то же самое. Заказать проект – это 10 процентов расходов от строительства. И тут разом для всех: должны быть разводящая сеть с вводом в каждый дом и счетчик. Еще есть ежемесячный анализ воды по СанПиНу. Я, конечно, понимаю, как это может работать в селах, где хотя бы 1 000 человек. А как быть с крохотными селами? Подогнать их под принятый регламент не получится. Эти проблемы надо срочно решать, если хотим справиться с задачами госпрограммы.

– После ваших многолетних призывов напоить Костанай из подземных источников, а не из грязного Тобола наконец что-то сдвинулось с места. Можете на лаврах почивать.

– Да какие там лавры... Мало что сдвинулось. Переход на подземную воду будет частичным. Ею будут разбавлять воду поверхностных источников. А это неправильно. Не будет ожидаемого эффекта для здоровья людей.

– Вы убеждаете, что в Костанае снабжение питьевой водой должно быть из подземных источников. Показываете, что в тобольской воде токсиканта брома в 20 раз выше нормы. Теперь говорите о крайне низком эффекте программы “Чистые воды”. Побьют.

– Не боюсь. Я как-то говорил: меня удобно считать человеком, который делает из мухи слона. А я знаю, что говорю, потому что понимаю природу этих явлений. Почему в Лисаковске (город в Костанайской области) велик удельный вес онкозаболеваний? Я связываю это с тем, что Лисаковск – первый город, стоящий на пути движения с речной водой ртути из Житикары (город, стоящий выше по течению Тобола, чем Костанай и Лисаковск). Да, ртути там меньше ПДК, но она же постоянно присутствует в воде, рыбе. Не учитываем мы накопительный эффект. Я не устану повторять, что рядом с тем же Лисаковском есть месторождение идеальной пресной воды. Залегает близко от поверхности, под слоем прекрасных белых аллювиальных песков. Там рядом протекал когда-то праТобол. Исключительное месторождение. Я его разработку всем местным акимам предлагал. Эффекта – ноль. Акимы уходят, приходят новые... Не интересует их этот вопрос. Значит, мне, как человеку, который знает и понимает, важно успеть дать информацию, которой владею. Кто-то услышит.

Костанай

Загрузка...

[X]