Правило Cергея ЛУКЬЯНЕНКО: Если не идет работа – не мучай бумагу

Не идет – не мучай бумагу

Пусть и ненадолго, но “КАРАВАНУ” удалось вырвать Сергея ЛУКЬЯНЕНКО из цепких рук любителей автографов и задать писателю-фантасту свои вопросы.

– 11 апреля вы отметили день рождения. Чего бы сами себе пожелали на будущий год?

– Я рационалист и прекрасно понимаю, что многого мне уже не добиться. Осознаю, что мне уже не взобраться на Эверест и не стать космонавтом. Поэтому я бы себе пожелал крутиться вокруг того, что умею делать лучше всего, – вокруг писательства. Пожелал бы себе написать полноценный детектив. А еще – обуздать и приручить все те идеи, что долгие годы хаотично резвятся в моем сознании.

– Не беспокоитесь ли вы, что копившиеся годами идеи со временем могут покинуть ваше сознание и отправится на кладбище ненаписанных историй?

– Если идея не запомнилась, она просто того не стоила. И если она решила покинуть мое сознание, значит, не так уж она была и важна. Каждому сюжету свое время. Было и так, что я с остервенением брался за определенный текст, но потом откладывал. А когда возвращался к нему, понимал, что “сюжет уже ушел”. Я придерживаюсь простого правила: “если не идет – не мучай бумагу”. Благо могу позволить себе подолгу не писать. Например, “уйти” в компьютерную игру на целый месяц. Кстати, это отличный колодец для черпания новых идей. Ведь компьютерные игры давно признаны полноценным видом искусства. (К слову, Лукьяненко не лукавит, когда говорит о роли компьютерных игр в его творчестве. Например, он настолько проникся игрой Master of Orion, что под ее впечатлением создал одну из своих самых знаменитых космических трилогий – “Линия грез”. – Прим. авт.)

– Практически все главные персонажи ваших книг – бескомпромиссно волевые и чрезвычайно сильные личности. А где найти силы простому человеку в реальной жизни?

– В первую очередь – в близких по духу людях. Порой достаточно сесть и поговорить. А знали бы вы, как чудодейственно бывает простое прикосновение… Попробуйте. К тому же у алматинцев есть свой, недоступный большинству других людей, неиссякаемый источник сил – это прекрасные горы. Побродил один день по горным тропкам с компанией или в одиночку – и зарядился энергией на целую неделю.

Потусторонние миры

Общение с Сергеем Лукьяненко мы продолжили на полиграфической выставке “По Великому Шелковому пути”.

– Какая из ваших книг достойна экранизации?

– Сейчас куплены права на книгу “Черновик”. Об этом уже публично заявили создатели картины. Продюсер Наталья Мокрицкая, выпустившая только что “Битву за Севастополь”, очень горит этим делом, ей нравится книжка. Она хочет быстро, не рассусоливая, сделать фильм. Надеюсь, тоже буду работать над сценарием. А так я очень многие свои книги хотел бы увидеть в виде фильмов. Например, “Линию грез”, “Спектр”, “Осенние визиты”. В принципе, практически на все мои книги хотя бы по разу покупали права для экранизации. Порой непонятно, что людьми движет, потому что было ясно, что студия не потянет киносъемки того фильма, за который платит деньги. Например, “Звездная тень” – это сложный космический фильм, требующий обилия компьютерной графики. Люди покупают права, платят деньги, а через какое-то время все замораживается. Многие проекты затормозились на уровне сценариев.

– Какие например?

– Был интересный проект мультипликационного сериала по мотивам “Дозоров”, планировалось 24 серии по 26 минут. Мы написали сценарий, две серии было снято, еще 3-4 мультфильма – в полуснятом состоянии. А потом все прекратилось, никто этого даже не увидел. Кино – это  удивительная вещь, там до момента премьеры не можешь быть уверен, что фильм выйдет.

– Нужно ли вам особое состояние, чтобы писать книги?

– Мне пишется во вполне обычном состоянии духа. Если бы к каждой книжке пришлось себя как-то хитро настраивать, я бы, наверное, выглядел очень странным человеком. Но была одна книга – “Осенние визиты” (роман о противостоянии людей и визитеров, подосланных некой силой, создан в реалиях постперестроечных лет). Кстати, я написал ее в Алматы. Эта книга далась мне очень тяжело. Потому что тогда я был совсем молодым автором. К тому же писать о никому не известной планете легко, а о современной жизни – гораздо сложнее. Чтобы написать книгу с такой тяжелой атмосферой, мне надо было вогнать себя в состояние контролируемой депрессии. Но то было исключение. Как правило, когда садишься за клавиатуру, преображаешься. А когда выходишь из того мира, нужно становиться самим собой – обычным человеком.

Алматы