Опубликовано: 2785

Ответ за базар

Ответ за базар

Сеул невозможно представить себе без двух вещей: туристического рынка Намдемун и своего рода улицы “красных фонарей”, где ночами кипит светская жизнь, разбавленная огнями раздражающего неона.

Вывеска каждого второго бара здесь предлагает затейливые развлечения с незатейливыми трансвеститами, а отдыхающие персонажи по своему колориту совершенно однозначно превосходят любую голливудскую фантазию “на тему”. Наш корреспондент удивлялся экзотичности ночного Сеула.

Изнанка Сеула

– Мистер, мистер! Лав!? – Седоватый мужчина с интеллигентной внешностью меньше всего напоминал сутенера. Скорее, клерка среднего звена какой-нибудь корейской компании. Может, подрабатывает? – Лав?! Андестэнд? Вакаримаска? – Вдруг безо всякой логики перешел он на японский.

И как ему объяснить, что я всего лишь хочу погулять по корейским трущобам, ибо считаю их истинным лицом города. К примеру, варшавские трущобы глубоко поэтичны, а вот из киевских и бакинских в свое время приходилось спасаться бегством.

– Мистер, лав! Ин хотел!

Нет, объяснить, что такое туристический интерес, я не смогу даже корейскому сутенеру на смеси английского и ломаного корейского. Во всем мире они реагируют одинаково – предлагают услуги тут же, в гостинице. Вне зависимости от ее статуса.

А взглянуть на азиатскую улицу “красных фонарей” хотелось уже давно. Сеул в этом смысле – столица слишком выхолощенная, очень туристическая – в течение дня, к примеру, здесь довольно трудно найти бомжей. Помнится, я полдня провел в поисках – журналистский интерес у меня и моих коллег проявляется по-разному. Кто-то фотографирует мусорные баки. Некоторые собирают еженедельные криминальные газеты. А я вот интересуюсь изнанкой жизни. Благо во многих городах ее можно найти там, где гуляет большинство туристов. В Сеуле же бомжей можно увидеть только вечером в переходах – здесь они устраиваются на ночь, и поэтому после восьми вечера корейские входы в сабвеи напоминают причудливую гостиницу.

Примечательно, но в большинстве своем корейские трущобы бомжей лишены. Да, только здесь можно наткнуться на мирно храпящего (причем именно храпящего на все лады!) на крыльце в двух шагах от полицейского участка человека. Но это, надо признаться, весьма редкое для Сеула явление. Особенно – ночного.

Ночные приключения

Ночь в сеульской трущобе полностью лишена оттенков приключения. Улица "красных фонарей" живет размеренной жизнью – пожалуй, только назойливость проституток немного раздражает, а иногда даже обескураживает. Но границы приличия при этом никто не переступает. Максимум, что позволяют себе тамошние путаны, – ущипнуть зазевавшегося туриста за задницу. Причем только в качестве ответа слишком уж глазеющему мужчине. Непонятно только, как можно глазеть на “ночную бабочку”, если совсем не ясно – бабочка это или все-таки мотылек?

– Как непонятно? Ты посмотри, какой у нее кадык. – Мой сопровождающий часто путешествует в Азии и явно более опытен. – И ноги! Ноги – мужские! Это никогда не изменить, даже если “оно” теперь женщина.

Впрочем, путаны – не единственные обитатели ночного Сеула. Город, где праздная беззаботность днем преступна, ночью преображается полностью и становится нормальной европейской столицей. Вроде Амстердама. Там и здесь снуют афрокорейцы (а как их назовешь иначе?) с внешностью и повадками гарлемских наркодельцов, и я, честно говоря, вздрагиваю, услышав американский негритянский говорок – все-таки корейский инглиш очень своеобразен. Нотки Манхэттена в центре Сеула звучат весьма причудливо.

Другая диковинка – обтатуированные с ног до головы корейцы – это впечатление из другого жанра гангстерских боевиков. И непонятно, что необычней – корейцы, напоминающие якудза, или настоящие якудза на улицах Сеула?

Думается, обитатели ночного города сильно бы обиделись, если бы поняли сравнение. Японцев здесь исторически недолюбливают уже давно. Что, впрочем, не мешает корейцам на них зарабатывать.

– У-у-у, черти полосатые! – добротная русская речь, дополненная отборной матерщиной размером с ближайший небоскреб, сбила с ног, думается, не одного русскоговорящего туриста. Оглядываюсь – небольшого, по русским меркам, мужичка плотным кольцом обступили проститутки. Похоже, он этим не вполне доволен.

– Вашу мать, дайте пройти! Обезьяны! (риторика слегка смягчена. – Авт.).

Мужчина тоже разукрашен татуировками, но происхождение их отнюдь не азиатское. Если бы обитатели корейского центра развлечений знали их значение, их пыл поубавился бы. Друзья уводят бывшего зэка в объятия двухэтажного здания, на котором написано “Ресторан Ностал-гия” (орфография и пунктуация сохранены). Я лично туда идти не решился. С манхэттенскими неграми общаться проще.

Рыночные отношения

– Где в Сеуле можно купить сувениры?

За два дня до отлета домой, кажется, вся группа из Казахстана вспомнила о существовании друзей и близких родственников, которым непременно нужно привезти кусочек Страны утренней свежести. Самый крупный в Азии “дьюти фри” устраивал немногих – туристам хотелось экзотики. А ее можно найти только на рынке.

Намдемун – рынок в центре Сеула. Он расположен не очень далеко от мэрии и в принципе может считаться туристическим раем. Цены здесь относительно низкие, есть возможность поторговаться, и что самое главное – торговцы с видом бывалых бандитов всегда понимают, о чем идет речь.

– Нет, этот чемодан очень дорог для вас, – убеждает меня продавец, по виду – вчерашний студент. – Такой проще купить в “дьюти фри”!

Я даже удивляюсь – почему так хорошо понимаю эту дикую смесь из корейского и английского?

– Ах, сувениры? Да вот они, за углом.

Как и весь Сеул, рынок тоже поделен на стратегические зоны. Здесь торгуют только чемоданами. Там – только сувенирами. Гуляя по рынку – а где еще может отдохнуть душой выходец из бывшего СССР? – мы даже наткнулись на целый “квартал закусочных”. Отдыхать так отдыхать – кажется, даже рынок следует этому нехитрому правилу, которое действует везде в Сеуле.

Помнится, я был изрядно удивлен дотошностью корейского таксиста, который очень детально выяснял, что я хочу купить.

– Рынок, сувениры, подарки! – пытался объяснить я ему.

– Какие сувениры хочет мистер? – таксист, кажется, пробовал мое терпение на вкус.

И только попав на рынок техники, я понял, о чем идет речь. Сувениры бывают разные – кто-то везет домой осколки национального колорита. Кому-то нужен сотовый телефон. Некоторые – предпочитают покупать за рубежом фотоаппараты. В Сеуле все это продается на трех рынках, находящихся в разных концах города. И совершенно бесполезно искать, скажем, сумку для ноутбука на рынке, где торгуют символикой. Даже если там есть отдел сумок, почти все они будут туристические, на случай, если “мистер” уж очень увлечется покупкой подарков.

Другая особенность корейских рынков – так называемые “собисы”. Смысл этого выражения объяснить довольно сложно. Слово происходит от английского service, но необязательно означает именно это. Собисы – это бесплатные фрукты утром в номер. Но и подаренная торговцем безделушка – это тоже собисы. Через пару часов общения с продавцами только собисы составляют львиную долю сувениров. Надо сказать, что к этому быстро привыкаешь. И начинаешь даже обижаться, когда продавец забывает про такие значимые мелочи.

Виктор ХАН, Сеул – Алматы

Загрузка...

[X]