Ошибка выжившего. В чем главная проблема казахстанских госпрограмм

Шансы экипажа бомбардировщика выжить в военной операции были 50 на 50. Как монетку подбросить: орел – выжил, решка – сбит. Гигантский бомбардировщик часами летит над территорией противника, нашпигованной самыми современными орудиями убийства. Одно удачное попадание могло превратить чудо инженерной мысли в братскую могилу. Но бесконечно обвешивать самолет броней нельзя. Ему же еще и бомбы нести. Нужно было выбирать.

Отношение командования ВВС к летчикам, выжившим после 10–15 рейдов, было сродни отношению к чуду. Кстати, из-за такого риска американские летчики, отработавшие 30–40 рейсов, уходили на дембель как выполнившие свой долг.

Генералы от авиации обратились за помощью к Группе статистических исследований, созданной министерством обороны США при Колумбийском университете. Ученые занимались статистическим анализом, превращая ход боевых действий в графики и формулы. Они находили закономерности, которые помогали американским военным воевать эффективнее, чем противник.

Осмотр выживших самолетов показал: больше всего дыр от пуль было вдоль крыльев, возле стрелковой турели и по центру нижней части корпуса. Военные предложили закрыть броней именно эти места.

Абрахам Вальд, статистик группы, заметил обратное. По его мнению, дыры от пуль показали сильные места бомбардировщика. Попадание в эти зоны некритично, раз самолет смог вернуться домой. Здесь не нужна дополнительная броня, раз хватает и стандартной. А вот места, где нет следов от пуль, не помешает защитить получше. Вальд сказал: “Ищите места, где уцелевшие бомбардировщики не повреждены. Это самые уязвимые места. Они вернулись только потому, что туда не попали”.

Математик начал вычислять, какой уровень повреждения может выдержать каждая часть самолета до полного разрушения: двигатель, закрылки, пилот, стабилизаторы… Затем он показал военным, с какой вероятностью бомбардировщик получит повреждения в этих местах при обычной операции в зависимости от силы противника.

Эти расчеты используются и по сей день.

Вальд учел ошибку выживших. Которую не видел генералитет США. Потому что большинство людей в своей повседневной жизни такие ошибки допускают постоянно и не видят их…

Люди склонны к подражанию и копированию. В детском возрасте это необходимо, чтобы выжить. Но для взрослых механическое копирование является чаще преградой, чем путем к успеху. Попросту говоря, ошибка выживших – это склонность фокусироваться на выживших, а не на погибших. В зависимости от ситуации. Читая истории успеха и чужих удач, мы заражаемся разными эмоциями – от зависти и гнева до оптимизма и во­одушевления. Но это пустая трата душевных сил. Ведь рассказ о чужом успехе ничего не стоит без данных о том, сколько людей потерпели на том же пути неудачу.

Греческому философу Диагору Безбожнику показали изображения людей, которые молились богам и спаслись при крушении кораблей. Мол, молитва спасает от гибели. На что Диагор спросил: а где же изображения тех, кто молился, но все-таки утонул?..

По этому принципу работает вся индустрия книг “10 секретов успеха от основателя компании ХХХ”, вся индустрия по потере веса, фитнес-программ и многое другое. Нам показывают только вершину айсберга. Маленький процент тех, кто “выжил”.

Правительство Казахстана систематически допускает такую же ошибку. Причем закладывает ее в государственные программы. Речь идет о программах поддержки МСБ и стартапов. В них заранее закладывают статистическую норму новых предприятий МСБ, которые должны пережить 1 год работы. Около 4–6 процентов. Превышение этой нормы объявляется успехом. Чиновники бросаются изучать опыт, тиражируют его.

Но никто не изучает, почему не выжили остальные 95 процентов. Если опросить тех, кто разорился или не взлетел, то там тоже будут слова об усердии, великой идее, важной миссии и так далее. Почему же их не слушают?

Кто потерпел неудачу – большинство. Вероятно, именно в их решениях кроются причины провалов. Изучив их, можно выяснить, что делать, чтобы не повторять чужие ошибки. Это даст пищу для размышления тем же чиновникам, чтобы понять, как сэкономить бюджетные деньги, улучшить-таки инвестиционный климат и условия для работы бизнеса. Но желания такого пока не видно.