Опубликовано: 5460

Неудобный гигант

Неудобный гигант

Легендарный казахский борец-вольник Абильсеит Айханов на днях отметил 72-й день рождения. Кто-то скажет, что ему не повезло: годы его карьеры пришлись на эпоху других блистательных советских борцов – Александра Медведя и Александра Иваницкого. Но сам Абильсеит так не считает. Более того, он намерен удивить весь мир и принять участие в Олимпиаде 2012 года в качестве… действующего атлета.

“Советовали получить физико-математическое образование”

Мы встретились со знаменитым спортсменом на следующий день после его дня рождения.

– На моем дне рождения присутствовали только родственники – дети, внуки, правнуки, – начал разговор чемпион Союза и победитель Спартакиады народов СССР 1963 года, многократный чемпион Казахской ССР по вольной борьбе в тяжелом весе Абильсеит Айханов. – Я особо свой день рождения не праздную. Казахи ведь отмечают только рождение ребенка. Потом, когда в годик-два перерезают путы на ногах, чтобы ребенок пошел, и дни, когда ему исполняется семь лет, когда делают обрезание. Я только в 1957 году, когда приехал в Алма-Ату и стал заниматься борьбой, узнал, что есть такая традиция – собираться за столом и отмечать дни рождения.

– Помните день, когда впервые пришли в зал борьбы?

– Это произошло уже в Алма-Ате. Я приехал из села поступать в физкультурный институт, хотя школьные учителя советовали мне получать физико-математическое образование. Эти предметы мне очень хорошо давались, но я считал, что здоровье важнее математики, а для этого надо заниматься спортом. Правда, совсем не представлял себе, в какой вид спорта пойти. В школе занимался лыжами и акробатикой, а здесь решил поступить на отделение борьбы. Но все понятия о борьбе у меня сводились к фильму про Илью Громова (художественная картина “Чемпион мира” о простом деревенском кузнеце, ставшем чемпионом мира по классической борьбе, был снят в 1954 году. – Прим. автора), правил я не знал. В приемной комиссии на меня посмотрели и отправили восвояси. Что делать? Пошел поступать на отделение лыжного спорта, в котором у меня был третий разряд. Когда сдавал экзамен по общефизической подготовке, тренеры во мне что-то разглядели: я при своем росте 190 см мог делать сальто. Предложили заниматься баскетболом, который в то время был очень популярен в Алма-Ате, а игроков Арменака Алачачяна и Василия Ахтаева знал каждый мальчишка.

“Два дня ел без устали”

– Как же вы оказались среди бор­цов-вольников?

– Совершенно случайно. В общежитии меня поселили в одну комнату с борцами. Однажды на первенстве Алма-Аты по казахша-курес не хватало тяжеловесов. Позвали меня, хотя весил я всего 74 кг, а надо было как минимум 87 кг. Два дня я ел без устали, но набрал только

85 кг. Перед взвешиванием напился воды, к турниру меня кое-как допустили. Это были мои первые соревнования, с правилами борьбы знакомился уже в зале. Тем не менее дошел до финала и занял второе место. Там же, в зале, мой будущий тренер Петр Филиппович Матущак сказал, чтобы на следующий день в четыре часа я пришел на тренировку. Поначалу меня “ломали” даже борцы весом 52 кг. Но я этого не стыдился. Напротив, занимался еще усерднее. Уже через год поехал на чемпионат СССР в Тбилиси, где борцовские ковры расстелили прямо на футбольном поле, а трибуны стадиона были переполнены. Там я, будучи второразрядником, положил на лопатки двух мастеров спорта – одного из Грузии, другого из Армении.

– Разве со вторым разрядом к чемпионату Союза допускали?

– Матущак пошел на хитрость. Разряды писали римскими цифрами, и он толстым карандашом закрасил II так, что получилось I.

“Могли отчислить после первого курса”

– А как обстояли дела в институте? Ведь на селе говорили на казахском языке, а отделение было русскоязычным…

– Из-за этого я вместо четырех лет учился шесть. Хотя меня и могли отчислить за неуспеваемость после первого курса, но оставили на второй год – видимо, я произвел впечатление своими результатами. Моим главным увлечением была борьба. У всех ребят в тумбочках лежали учебники по анатомии, физиологии, а у меня – только по борьбе. По-русски я не понимал, поэтому все приемы изучал по иллюстрациям. Часто на время сессии выпадали то сборы, то соревнования, но спортсменам делали поблажки. В те времена очень престижными были студенческие соревнования, на которых мы защищали честь своих вузов. Так я доучился до 1963 года, пока мне не сказали, что хватит ходить в вечных студентах. На госэкзамене по физиологии преподаватель спросил только, за какой прием в борьбе дают два балла, поставил хорошую отметку, и все.

“В городе научился говорить правду”

– В том же году вы победили на чемпионате Союза и Спартакиаде народов СССР…

– Я к этому шел несколько лет. Матущак был очень требовательным тренером, а я привык слушать старших, не перечить им. Борьба стала делом всей моей жизни. Горжусь тем, что не проиграл ни одного международного турнира, если только судьи не вмешивались. Побеждал Александра Медведя (трехкратный олимпийский чемпион, семикратный чемпион мира. – Прим. автора), Александра Иваницкого (олимпийский чемпион, четырехкратный чемпион мира. – Прим. автора), других именитых борцов. Однако на чемпионат мира я съездил только один раз – в 1962 году в Толедо (США), да и то запасным. Мог бы выступить, если бы Медведь не согнал вес до 97 кг. Но он с этим справился и стал чемпионом мира.

– Правда, что, когда вас не взяли на Олимпиаду-1964 в Токио, вы так сильно разозлились, что сломали в тренерской комнате стол?

– Это дело прошлое, на это не стоит обижаться. Просто я не мог понять, почему побеждаю на прикидках, а на соревнования берут других спортсменов. Живя в городе, я уже научился говорить правду. За эти высказывания я получил билеты с олимпийских сборов в обратную сторону до Алма-Аты.

“Ушкемпирову нечего обижаться”

– А в 1971 году вы уже сами не взяли будущего олимпийского чемпиона Жаксылыка Ушкемпирова на чемпионат СССР, из-за чего он ушел из вольной борьбы в классическую (ныне греко-римская)…

– Дело было совсем не так. Ушкемпиров уже тогда занимался классической борьбой. Просто его тренер Владимир Угренинов упросил меня взять Жаксылыка на сборы вольников, чтобы тот имел возможность питаться и тренироваться. А тут как раз проходили соревнования спортивного общества “Кайрат”. Ушкемпиров выступил на них и победил. Но как я мог взять его на чемпионат, если он не был членом сборной КазССР по вольной борьбе?! Да и Угренинов мне его не отдал бы. А Ушкемпиров обижается на меня за тот случай. Остался бы он в вольной борьбе и, может, не стал бы олимпийским чемпионом!

– Высокий рост никогда не создавал неудобств в повседневной жизни?

– Всякое бывало. Ударялся головой несколько раз. Когда вхожу в дверь, всегда непроизвольно наклоняюсь. Но многие борцы-тяжеловесы были высокого роста. Тот же Медведь был на два сантиметра выше меня. Но это из-за шишки на голове. А по плечам я превосходил Медведя.

В отца

– В кого вы такой рослый?

– Наверное, в отца. Я его плохо помню: он ушел на фронт, когда мне было три года. Прокатил меня на лошади, сказал, что скоро вернется, и ушел на войну. А потом пришла похоронка: “Проявив мужество и героизм, был убит в 1943 году под Ленинградом”. Однажды, когда я уже стал борцом, встретил на базаре знакомую женщину. Она меня обняла, поцеловала в лоб и сказала, что до моего отца также надо было тянуться.

– Кроме вас в семье больше спортсменов не было?

– Нет. Нас было четверо братьев и две сестры, но никто в спорт больше не пошел. А на занятия борьбой меня, как ни странно, вдохновила мама. Старший брат меня все время бил, к примеру, если я не почистил за коровами. В десятом классе мне купили спортивный костюм, и я порвал его, катаясь на лыжах. А костюмы в то время достать было трудно, поэтому брат меня снова побил. Тогда мама ему сказала: “Перестань его бить, он уже сильнее тебя”. Брат предложил побороться, я его толкнул, и он упал. После этого он меня больше не трогал.

Неправильная ситуация

– Ваше мнение о состоянии вольной борьбы в Казахстане сейчас?

– Мне не нравится нынешняя ситуация. Мы живем в Казахстане и должны на соревнованиях показывать свое лицо и свои возможности. Но вместо этого приглашаем борцов из других стран. К примеру, бронзовый призер Олимпиады-2008 Марид Муталимов – из Дагестана. А выигравший в Пекине серебро Таймураз Тигиев – из Осетии. Они в Казахстане даже не тренируются. В других весовых категориях за нас тоже выступают россияне. И хотя в Казахстане много своих борцов, на крупные турниры их не берут, потому что с россиянами подписаны контракты. Я понимаю, что человек вправе жить там, где ему лучше. И если борцы имеют гражданство Казахстана, то никто не вправе им запретить выступать за нашу страну. Но надо не только приглашать атлетов из-за границы, но и помогать расти своим ребятам, а то у них опускаются руки, пропадает мотивация. В этой связи через газету “Караван” я хочу сделать заявление. В 1971 году, не попав на Спартакиаду, я решил завязать с борьбой. Скоро будет уже сорок лет, как я не выхожу на ковер. Но в 2012 году в Лондоне будет Олимпиада, на которой я собираюсь выступить. Конечно, не ради победы. Своим желанием, стремлением я хочу поднять дух казахстанских борцов.

Сергей РАЙЛЯН, Тахир Сасыков (фото)

Загрузка...

[X]