Опубликовано: 1182

На обочине жизни

На обочине жизни

Глубинка – не географическое понятие

Отъехав от города хоть пятьсот километров, хоть десять, однозначно попадешь в аулы, где проблемы копятся годами: безработица, отсутствие благ цивилизации, нищие крестьяне, которые не могут достучаться до властей…

Аул Караултобе расположен всего в 24 километрах от Кызылорды и даже территориально относится к областному центру. Некогда этот населенный пункт жил весьма благополучно и считался образцовым – на его полях находились опытные участки Научно-исследовательского института риса. При въезде в аул до сих пор красуется памятник былому величию опытного хозяйства – женщина со снопом риса в руках.

Но потом жизнь повернулась неприглядной стороной. Инвесторы отсюда ушли, сократились обрабатываемые наделы земли. Недавно институту вновь предложили заняться селекционной работой на полях аула, но никто из крестьян не захотел брать землю, так как успели наделать долгов и боялись влезть в новые.

На бывших опытных полях аульчане решили выращивать картофель, бахчевые и тот же рис. Заведомо известно, что большая часть труда крестьян уйдет на погашение многомиллионных долгов. О перспективах, планах на будущее никто и не задумывается – просто выживают.

Чиновники – люди не местные

Тому, кто соберется ехать в Караултобе, нужно заранее набраться терпения и выдержки. Дело в том, что полпути пролегает по одному из участков трассы Кызылорда–Жезказган. И этот отрезок дороги превращен большегрузными нефтевозами в сплошную рытвину. Огромные ямы – настоящие ловушки для легковых автомашин. Поэтому в аул с неохотой ездят маршрутки.

В ауле можно увидеть и добротные дома, но развалюх намного больше. Особое уныние навевают типовые дома советского образца, которые, по-видимому, не видели ремонта с момента постройки.

Местный акимат расположился в двухэтажке, которая принадлежит институту риса. Здесь же приютились почта, библиотека, клуб.

Акима сельского округа мы не нашли – в разгар уборочной страды он ушел в отпуск. Сидевший в конторе старший специалист Ермурат Утегенов – чиновник молодой, и в прямом, и в переносном смысле. На этой должности он всего месяц, потому не смог точно сказать даже, сколько жителей в ауле.

Пришлось искать цифры в акиматовских отчетах. Нашли – 1200 человек.

Чиновники по большей части сами здесь не живут, только на работу из областного центра приезжают. И трудности заброшенного поселка в полной мере им испытывать не доводится. А местному люду нелегко приходится. Ни сносной инфраструктуры, ни работы. Детского сада нет. С питьевой водой – проблемы, бывает, подается она на два часа утром и на два – вечером. Сорок малообеспеченных семей, тридцать безработных. Везет тем, кто смог устроиться на работу в бюджетной сфере, – все-таки стабильная зарплата. Те, кому не повезло, выживают как могут.

Остаются одни старики

Нынче в ауле, как и по всему региону, из-за нехватки воды сократили посевы риса. И потому впервые засадили почти 300 гектаров картофелем. А вот вырастет ли он на этой пустынной почве, даст ли ожидаемый урожай, никто не знает. Сажали на авось, но если хоть себя прокормят – уже хорошо.

– Как выращивать картофель, мы толком и не знаем, – говорит старожил поселка Журтшибай Аязбаев. – Здесь всегда предпочтение отдавалось рису, почти все аульчане всю жизнь трудились в опытном рисоводческом хозяйстве. На следующий год исполнится полвека, как я живу в этом ауле. Уезжать никуда не хочется, да и куда ехать? С каждым годом жить тут становится труднее и труднее. Молодежь перебирается поближе к цивилизации, а здесь остаются одни старики. За счет пенсии да скотины живем. Вот видите, с серпом иду, накошу сейчас за поселком травы для своей буренки…

Дотянуть бы…

Когда мы беседовали с аксакалом, к нам подошла женщина средних лет. Узнав, что мы журналисты, со слезами на глазах стала рассказывать о своих бедах, пригласила к себе в дом. Полуразрушенная двухэтажка держится на честном слове. Того и гляди, рухнет козырек или на голову свалится какой-нибудь кирпич.

Ергали и Катира Жумадильдаевы приехали в Караултобе, потому что больше им жить было негде. Собственного жилья, несмотря на то что Ергали уже пятьдесят лет, а Катире чуть меньше, у них никогда не было – так уж сложилось.

Еще недавно Ергали пас чужой скот в окрестностях поселка Сулутобе, что в Шиелийском районе, за небольшую плату, за право жить на чабанской зимовке. В холодном феврале он обморозился в степи, разыскивая заблудившееся стадо. Да так, что обе ступни пришлось ампутировать. Родственница Катиры, имевшая квартиру в Караултобе, предложила бедолагам пожить там. Они радовались, что у них есть теперь крыша над головой, пусть и временная.

– Главное, – говорит женщина, – дожить до первой пенсии, которую должен получать полностью потерявший трудоспособность муж.

Выживают трудно. Сначала надо было уговорить кого-нибудь из родственников прописать безногого инвалида – без этого ни пособие не выплатят, ни пенсию не назначат. Хорошо, один из братьев Ергали согласился временно его прописать. Все нужные документы Катире удалось собрать лишь к августу. За любой “бумажкой” в городские инстанции она ходила за двадцать четыре километра пешком – с февраля, с тех пор как случилось несчастье с Ергали, в семье денег нет. Буквально нет, даже сорока тенге на маршрутку. Берет бутылочку с водой и рано утром выходит из дому, к вечеру возвращается. Но в итоге она получила справку об инвалидности мужа, где написано, что до августа 2010 года он числится нетрудоспособным гражданином с первой группой инвалидности. Трудно предположить, что за два года у Ергали вырастут новые ноги, но тем не менее инвалидность медико-социальной экспертизой дана именно на два года.

Правда, в управлении социальной защиты предупредили: первую пенсию можно будет получить лишь в конце октября. Пока все будет оформляться, пройдет время…

– Дотянем ли мы до октября? – плачет Катира. – И так живем на подаяние. Изредка заглядывает кто-нибудь из родичей, немного продуктов привозит. Сейчас ораза, время проявления милосердия, соседи что-нибудь дают. Я боюсь, что кончится месяц Рамазан, и вся людская доброта пройдет…

Аул Караултобе мы специально не выбирали. Обычный аул, не так уж и далеко от областного центра. И семью Жумадильдаевых тоже специально не искали – так же, как они, живут в наших аулах многие инвалиды и пенсионеры.

Не видя ни заботы от местных властей, ни помощи. Уповая лишь на Бога и людское милосердие…

Елибай ДЖИКИБАЕВ, фото автора, Караултобе–Кызылорда

[X]