Опубликовано: 7400

Миннацэкономики расправилось с бедными казахстанцами

Миннацэкономики расправилось с бедными казахстанцами Фото - Тахир САСЫКОВ

Бедность в Казахстане сокращается бешеными темпами. Если верить агентству по статистике. По его данным, доля населения, имеющего доходы ниже стоимости продовольственной корзины, равна нулю.

Иначе говоря, министерство национальной экономики победило эту проблему.

Еще в марте этого года бедные были. Всего 0,1 процента от населения. Это примерно 17 тысяч человек. Буквально через три месяца все бедные у нас исчезли.

Данные по регионам все-таки показывают, что они не совсем пропали. Остались в Карагандинской, Костанайской, Мангистауской, Павлодарской и Северо-Казахстанской областях. В сумме собралось 8 тысяч 970 человек. При такой небольшой численности эти люди перешли в категорию статистической погрешности. Их так мало, что можно пренебречь ими как показателем.

Бедность в Казахстане определяется двумя показателями. Министерство национальной экономики устанавливает прожиточный минимум. В октябре он был на уровне 23 тысячи 459 тенге. Но есть также такой показатель, как черта бедности, которую преодолел комитет по статистике. Ее определяет министр здравоохранения и социального развития Тамара Дуйсенова. Это 40 процентов от прожиточного минимума. То есть 9 тысяч 383 тенге.

Такое достижение нашего правительства совсем не его заслуга. Скорее, игра с цифрами. Особенно впечатляющей она стала после прошлогодней девальвации, когда тенге обесценился на 80 процентов, инфляция подскочила, вслед за ними вверх устремились зарплаты в тенге. А номинальный порог бедности остался на месте.

Бедность можно считать по-разному. Можно в лоб. Но можно и от противного. Что происходит, когда бедность уменьшается? Видимо, это показывает, сколько человек переходят в статус “средних бедных”. Так ли это?

Всё на том же сайте комитета по статистике есть данные о том, какую долю своего дохода население использовало на потребление в среднем на душу в месяц. Дело в том, что, когда человек переходит в средний класс, отношение к деньгам у него меняется. С ростом доходов он может часть денег скопить, сохранить, инвестировать. Значит, доля дохода, потраченного на потребление, должна ощутимо так уменьшиться.

Возьмем справку “Структура денежных расходов населения” за последние 6 лет. В 2011 году расходы на душу населения составляли 30 тысяч 618 тенге. Другая справка – “Структура денежных расходов обследуемых домашних хозяйств” – показывает: из этой суммы 93,3 процента пошли на потребительские цели: питание, одежду, услуги. По итогам II квартала 2016 года эта сумма выросла до 41 тысячи 809 тенге. Цифра вроде бы значительно больше, но доля расходов на потребление осталась прежней – 92,9 процента. Следовательно, рост доходов на 30 процентов за 5 лет никак не сказался на структуре расходов населения.

Это прямо говорит, что уровень жизни казахстанцев особо не изменился. Оно и понятно, этот рост доходов отражает лишь накопленную за прошедшие 5 лет инфляцию. И среднего класса в Казахстане больше не стало. А значит, и число бедных не сильно уменьшилось.

ООН признает нищим человека с доходом менее 1,25 доллара в день. Или 37,5 доллара в месяц. В 2012 году это было 5 тысяч 550 тенге в месяц. Тогда наш порог бедности был выше мирового – он был 6 тысяч 976 тенге.

В конце 2016 года мировой порог нищеты в тенге составляет уже 12,7 тысячи. Наш благодаря дешевому тенге – уже 9,5 тысячи.

Все это поднимает вопрос о нормальности самих понятий “бедность”, “прожиточный минимум”, их соотношении и адекватности их определения в Казахстане.

Справка “КАРАВАНА”

В третьем квартале 2016 года прожиточный минимум в России составил 9 тысяч 956 рублей. Или 52 тысячи тенге. Поэтому считается, что бедных у соседей много – 15,6 процента населения, 22,7 миллиона человек.

В мире существует три концепции определения порога бедности.

Абсолютная: бедный – это тот, у кого есть деньги на питание, но он не может купить одежду и оплатить коммунальные расходы.

Относительная: бедностью считается отклонение вниз от преобладающего стандарта жизни в стране.

Субъективная опирается на суждения людей о своем материальном положении.

В сравнениях у нас обычно вспоминают европейскую модель. Здесь приняты сразу две концепции: относительная и лишение благ цивилизации. Например, человек не может позволить себе горячее мясное блюдо два раза в неделю, не может купить лишнюю пару обуви, лишен мобильной связи и т. п. Бедным человек считается, когда он не входит сразу в две эти рамки.

В Казахстане принята абсолютная концепция бедности. Она определяет стандарт выживания человека.

– Как определяется прожиточный минимум? Берется продуктовая корзина, обсчитывается рыночная стоимость продуктов, в нее входящих. Эта сумма принимается за 60 процентов от прожиточного минимума. Оставшиеся 40 процентов – сумма, необходимая на услуги и непродовольственные товары, – рассуждает экономист Петр СВОИК. – Формально это считается достаточным по минимуму: питание плюс скромное проживание – жилье, одежда, обувь. Черта бедности определяется как 40 процентов от прожиточного минимума. Это просто издевательство. Ведь в самой методологии прожиточного минимума уже вычислена сумма, которая позволяет существовать по минимуму. Получается, это доход ниже бедности.

В России, где уровень жизни тоже невысокий, поступили более справедливо. Они приравняли уровень бедности к прожиточному минимуму. К нему приравнены минимальная заработная плата и минимальная пенсия. Что логично.

– У нас методика подсчета бедности несправедлива сразу трижды, – считает Петр Своик. – Во-первых, заниженный продуктовый набор. Во-вторых, заниженные цены на продукты к корзине. В-третьих, малая доля непродовольственной части в прожиточном минимуме. Всего 40 процентов. Это заведомо мало.

Алматы

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи