Опубликовано: 2661

Медовая кампания Бердыбека Сапарбаева

Медовая кампания Бердыбека Сапарбаева

Китай готов покупать весь мед Казахстанского Алтая – об этом заявил глава Восточного Казахстана Бердыбек Сапарбаев. По подсчетам специалистов, “медовый” потенциал края – больше 20 тысяч тонн!Китай – крупнейший на планете производитель меда. В год в Поднебесной получают больше 100 тысяч тонн (!) сладкого продукта. Зачем же китайцам импортная сладость? Ответ прост: алтайский мед – лучший в мире.В чем сила

твоя, Алтай?

“Караван” не раз писал: мед с Казахстанского Алтая по целебным свойствам не имеет себе равных. Объясняется это уникальной природой края. Местные недра, знаменитые богатыми месторождениями, насыщают микроэлементами горные реки и родники. Вода несет минералы в почву и растения. На цветущих лугах они перерабатываются в пыльцу и нектар. Пчелки превращают этот “полуфабрикат” в мед.

“Если в Китае получают монофлерный мед – то есть с одного вида растений, например, только с подсолнечника, то у нас весь мед полифлерный – с разнотравья”, – пояснил завотделом пчеловодства областного НИИ сельского хозяйства Алексей КАСЫМБАЕВ.

 Только на Южном Алтае 225 видов медоносов, которые различаются по времени цветения, обильности, целебным свойствам. В самом медовом крае – Прибелушье – что ни село, то особый микроклимат. В Коробихе и Сенном, например, пчеловоды с июня по сентябрь каждую неделю получают разные сорта – от белого до янтарно-коричневого. В высокогорных Берели и Арчатах, где цветение трав короче, – мед темный, восковой, хвойный. Где еще найдется такое разнообразие?

Важнее всего порода в улье

Для пчеловодов горные луга Казахстанского Алтая – бездонная сокровищница. Два года назад в Усть-Каменогорске глава крупной сети пасек в Поднебесной Ян Хон Джи высказал заветную мечту: мол, если бы нас пустили в Курчумский и Катон-Карагайский районы, китайские пчелки мигом бы их освоили.

Пока власти Восточного Казахстана думают над пожеланием соседей. Зато пасечники с юга республики и из Киргизии вовсю хозяйничают в области.

Приезжают кочевать с большими вагонами – по полторы-две тысячи пчелосемей, – рассказывает Алексей Касымбаев. – Никто им не может это запретить. Мед выкачивают, пчел вытряхивают, оставляют прямо в полях. По правилам, кочевые пасеки должны минимум две недели простоять на карантине, ветеринарные службы должны их проверить. Но в жизни эти требования не соблюдаются.

Трудно передать, какой урон пчеловодству края нанес бесконтрольный ввоз “южанок”. Местные пчелы стали болеть, появились помеси, перенявшие худшие качества. Вся популяция местной породы оказалась на грани исчезновения.

Сейчас для спасения среднерусской породы принимаются экстренные меры. На открытие племенных пасек из бюджета выделили миллионные дотации. Ученые организовали искусственное осеменение маток. Направили экспедицию в район озера Маркаколь, где само высокогорье защитило полосатых тружениц от чужаков. Пять ульев закуплено у знаменитого пчелиного заповедника в Башкирии.

– На Казахстанском Алтае изначально использовали среднерусскую породу, – рассказал начальник отдела областного управления сельского хозяйства Игорь МИРОНОВ.За полтора века здешние пчелы приобрели видовые особенности. Они крупнее, чем в центре России, выносливее, хоботок у них более длинный. Это эндемик, который сама природа адаптировала к местному климату и короткому, но интенсивному медосбору.

Натуральная выгода

Сейчас по договору Восточный Казахстан поставляет свой мед в пять приграничных округов Китая.

– Китайцы готовы покупать хоть весь наш мед, – заявил в июне аким Восточного Казахстана Бердыбек САПАРБАЕВ. – Нужно только соответствующее лицензирование.

О росте интереса к медовой отрасли говорит и статистика. Если в 2010 году по всему региону было произведено 800 тонн, в прошлом году – 3 тысячи тонн, то в этом планируется 4 тысячи. В прошлом остались проблемы сельхозколледжей с набором на специальность “Пчеловодство”. Сейчас в группах по 25–30 студентов! Как отметил Алексей Касымбаев, в его родном Шемонаихинском районе пчеловодство стало альтернативой закрывшимся рудникам и заводам:

– Бескрайние поля подсолнечника, бескрайний медосбор. Люди поняли, что заниматься пчелами выгодно. Если пасека в 100 пчелосемей, она окупится в первый же год, если в 150 пчелосемей – еще быстрее.

К слову, из той же Поднебесной ежегодно на экспорт отправляют 75 тысяч тонн меда – почти на полмиллиарда долларов! Похожий объем производства в Украине. Сотни тысяч тонн (!) получает Турция. А в Израиле главный доход пасечникам приносит плата фермеров за опыление пчелами полей.

– Выгода, которую получает сельское хозяйство от опыления пчелами, в 30 раз больше, чем от самого производства меда, – пояснил представитель Ассоциации пчеловодов Израиля Григорий ХАЛИН.

И горшочек меда

В январе этого года Казахстан сделал первый шаг для вхождения в клуб экспортеров меда – утвердил на этот продукт ГОСТ. В Усть-Каменогорске в центре пчеловодства запустили линию по фильтрации и фасовке лакомства, где его очищают даже от пыльцевых зерен.

Чем меньше пыльцы, тем дольше мед остается в жидком состоянии, – рассказали в пчелоцентре. – Надо знать: если к декабрю мед не сел, вам продали растопленный продукт или сироп.

Следующий шаг – создание лаборатории для определения качества пчеловодческой продукции. Пока любители алтайского меда полагаются на свой вкус. Но в скором времени бренд получит еще и международный сертификат.

Усть-Каменогорск

[X]