Опубликовано: 1500

Как отстоять национальный интерес

Как отстоять национальный интерес

Рыба для исландцев – символ, гордость, достояние, кухня, залог выживания, главное – экономика. Большую часть острова занимают ледники и вулканы. Обрабатывать для сельскохозяйственных целей можно только 1 процент территории. Зато воды Северной Атлантики кипят жизнью.

Исландия стоит точно на маршрутах косяков сельди, трески, мойвы, сайды, окуня, палтуса и пикши. В среднем улов достигает 1,5–2 миллиона тонн рыбы и ракообразных в год. Их сушат, вялят, маринуют, солят, перерабатывают на рыбий жир, корм для скота и удобрения.

Технология переработки сырья в Исландии одна из современных в мире. Она увеличивает стоимость продукции в 3 раза. Отрасль дает работу каждому восьмому островитянину и две трети экспортных поступлений. Если бы не дары моря, Исландия никогда не смогла бы войти в число богатейших стран мира.

Но есть проблема: Великобритания, Нидерланды, Норвегия, Германия тоже имеют свои флоты. Бесконтрольный лов ставил под угрозу национальное благосостояние и независимость страны. Поэтому правительство действовало решительно.

До 1952 года вокруг острова существовала морская исключительная экономическая зона (ИЭЗ) шириной в три мили (5,5 километра). В ней Исландия имела право ограничивать или запрещать рыбную ловлю. За пределами ИЭЗ промышлять мог любой. Особенно активно этим пользовались британцы, которые уже “почистили” свои прибрежные воды.

В 1952 году Рейкьявик забил тревогу и обвинил Лондон в уничтожении популяции исландской трески. Следом он заявил о расширении ИЭЗ до 4 миль (7,4 километра) и ввел ограничения на лов в период нереста. Великобритания не признала новые правила и отказалась покупать рыбу у исландцев.

Поначалу действия англичан наносили серьезный ущерб маленькой стране. Большая часть местного улова отправлялась именно в Соединенное Королевство. Но островитяне быстро нашли новые рынки – США и СССР, главные противники в холодной войне, начали наперегонки скупать “исландское золото”, пытаясь усилить свое влияние в этой ключевой североатлантической стране. Убытки от британских санкций были сведены на нет. Лондон вынужден был признать четырехмильную зону.

Через шесть лет Рейкьявик снова ударил в набат: местные рыбаки недобрали рыбы. Стране грозил кризис. Поэтому власти опять пошли ва-банк: исключительная рыболовная акватория расширялась до 12 миль вокруг берегов острова.

В ответ Лондон отправил на север военную эскадру, которая должна была охранять британских рыбаков. Соединению королевского ВМФ из около полусотни боевых единиц противостояло семь патрульных катеров викингов. Исландцы упорно охраняли свои новые морские границы, росло число опасных инцидентов с британскими конвоями. Но силы были неравными. И Рейкьявик прибег к дипломатическому давлению – правительство страны пригрозило выйти из НАТО и попросило вывести со своей территории американские войска.

Другой военной базы у США в регионе не было. Учитывая, что главные силы флота СССР базировались в северных портах, остров был очень важен для всего альянса. Вашингтон, скрипя зубами, надавил на своего главного союзника в Европе и заставил Лондон признать требования Исландии.

С развитием промышленности встал вопрос о ресурсах. В 1972 году Рейкьявик объявил своей уже 50-мильную зону. Англичане снова были против. Тогда суда исландской береговой охраны начали резать тросы рыболовецких тралов специальными резаками. Терпение Лондона лопнуло, и в мае 1973-го он направил к острову ВМФ.

Великобритания и Западная Германия подали иск в Международный суд в Гааге, который признал решение Исландии противоречащим международному морскому праву и ущемляющим законные интересы стран-заявителей. Британские и немецкие траулеры продолжали ловлю рыбы в пределах 50-мильной зоны под защитой военных. На попытки исландских моряков остановить “браконьеров” открывали огонь.

В стране начались протесты против альянса. Демонстранты закидали камнями британское посольство в Рейкьявике. А правительство Исландии снова заговорило о возможности выхода из НАТО. Мол, он защищает только сильных, а не интересы всех своих членов, не способен решить внутренние споры. И подкрепило риторику утечкой информации о неофициальных переговорах по сближению с СССР.

В Рейкьявик срочно прибыло руководство НАТО. Штаты снова надавили на Британию и Германию. Английские корабли были отозваны. Лондон признал новую исландскую акваторию, в пределах которой получил на два года строго ограниченную рыбную квоту. Исландия добилась своего.

Через два года перемирия скандинавы объявили своей уже 200-мильную прибрежную полосу. Началась третья тресковая война. Она оказалась жестче предыдущих – моряки обстреливали друг друга, таранили, грозили абордажем. Уступая англичанам в численности, исландский флот заманивал суда противника во фьорды, где в засаде уже сидели артиллеристы. Лондон обвинил Исландию в излишней жестокости. Та в ответ разорвала дипломатические отношения с Великобританией. И снова пообещала закрыть американскую базу в Кефлавике. Британии не оставалось ничего, кроме как в очередной раз признать права на исключительную экономическую зону Исландии…

Тресковые войны – это уже классический пример того, как небольшая страна может использовать противоречия крупных государств в своих интересах. Причем несколько раз и по одному сценарию.

Казахстан сегодня находится примерно в такой же ситуации. Страну окружают центры силы. Россия, Китай и США – самые важные для нас. Но есть еще арабский/исламский мир, Иран, Турция. Вполне возможно, что через 10–15 лет глобальным игроком станет Индия. Чем сложнее ситуация, тем легче лавировать между гигантами. В этой игре мы освоили политическую составляющую. И вроде пока неплохо. Теперь нужно учиться, как получить экономические бонусы.

КОММЕНТАРИИ

[X]