Опубликовано: 550

Веревка дьявола, родившая Америку: как колючая проволока изменила США

Веревка дьявола, родившая Америку: как колючая проволока изменила США

Когда президент Авраам Линкольн получил на руки итоговые данные по 8-й национальной переписи страны в 1860 году, он был реально озадачен – цифры говорили, что каждое десятилетие в Штаты приезжает минимум 2 миллиона человек.

В своем послании к конгрессу он заявил, что, если американское население будет и впредь расти такими темпами, к 1925 г. его численность составит 217 миллионов человек. Для всей этой массы народа нужна земля, чтобы жить, выращивать хлеб, строить новые заводы.

Решение было очевидным – осваивать Дикий Запад. Другое дело, как осваивать?

Тогда под Диким Западом понималась Луизиана – территория, которую Вашингтон купил у Франции в 1803 году.

Цена сделки составила 15 миллионов долларов за степь в 2,1 миллиона квадратных километров. Или 7 центов за гектар. В середине XIX века там жили индейцы. Белые активно разводили крупный рогатый скот на мясо.

Людей, чтобы осваивать новые земли, у страны не было: средняя плотность населения в США в то время была 4 человека на 1 квадратный километр. В Европе этот показатель составлял 28 человек. Администрация нашла выход: участки было решено передавать во владение всем желающим практически по себестоимости. Это и народ привлечет, и луизианскую покупку отобьет.

В 1862 году Авраам Линкольн подписал закон о земле – Гомстед-акт. Согласно новому правилу, любой человек, который не воевал против правительства, мог получить для организации хозяйства и проживания 160 акров (65 га) по цене 1 доллар 25 центов за акр. Земли распределялись по принципу – кто первый, тот и занял. Старт заселению давала специальная комиссия. Началась эпоха земельных гонок. Буквально за 10 лет свои участки получили 2 миллиона семей. Дикий Запад стал фермерским. Там, где паслись мустанги, теперь цвели картошка и лук.

Быстрое заселение прерий спровоцировало конфликты с уже работавшими там скотоводами.

Ковбои не признавали границ участков и гнали скот прямо по посевам хлеба.

Чтобы как-то спасти урожай, фермеры строили заборы, сажали по границам участков колючие растения. Но в степи дерева было немного, поэтому заборы получались хлипкими. Или золотыми. Колючка росла медленно.

В 1874 году молодой фермер Джозеф Глидден получил патент на новый вариант колючей проволоки: один провод с равномерно расположенными шипами по всей длине и второй – без шипов, который обвивал первый. Изделие оказалось прочнее и долговечнее, чем другие имевшиеся на тот момент варианты, и шипы фиксировались на одном месте. И самое важное – ни одно стадо животных не могло повалить забор из проволоки Глиддена, так как при небольшом усилии получало укол. Реклама того времени называла новое изобретение “величайшим открытием века”. А продавцы придумали ему более поэтичное описание: “Легче воздуха, крепче виски, дешевле пыли”.

Американские фермеры буквально расхватали новый товар. Дикий Запад опоясался колючкой от края до края. Примерно так же в XX веке стали выглядеть поля сражений в Европе. Но частные участки оказались защищены от потравы. В 1874 году, когда Глидден получил свой патент, был изготовлен 51 километр колючки. Шесть лет спустя, в 1880 году, завод “Washburn & Moen”, купивший патент Глиддена, выпустил уже 423 тысячи километров продукции – хватит, чтобы обмотать Землю 10 раз.

Ковбои продолжали жить по принципу открытых пастбищ: скот может свободно ходить, где ему вздумается. Они ненавидели колючую проволоку: животные ранились об нее и страдали от инфекций.

В сезон ураганов скот обычно уходил на юг, но заборы из колючей проволоки останавливали стада, и животные гибли тысячами. Местные индейцы называли колючую проволоку “веревкой дьявола”.

Ковбои нашли свое решение проблемы – они стали резать проволоку. Шайки в масках сносили заборы и оставляли предупреждения владельцам земли не отстраивать их снова. Фермеры воспринимали это как проникновение на их территорию и встречали всех людей с оружием в руках.

“Заборные войны” ослабли с принятием в 1884 году закона, по которому вырубка заборов стала уголовным преступлением. Порядок устоялся. Ковбои ушли. Земля и деньги: Сельское хозяйство должно стать драйвером экономики

Однако через несколько лет уже сами скотоводы начали активно огораживать свои участки. Оказалось, что при правильном использовании и “веревка дьявола” может принести пользу. Фермеры стали использовать колючку, чтобы регулировать движение стада. Теперь один ковбой мог управиться со стадом, которому раньше нужен был с десяток пастухов. Животные не отбивались, не уходили в степь, не терялись…

Возможность владеть недвижимостью также дает человеку стимул вкладывать деньги для того, чтобы улучшить то, чем он владеет, – будь то надел земли, квартира в городе или интеллектуальная собственность.

Благодаря этому растет не только стоимость собственности, но и всё, что вокруг нее. Если это квартира, то пользу получают все жители района. Как ни странно. Если это интеллектуальная собственность – растут налоги в стране. Если земля – выгоду имеют все, кто завязан на нее, – поставщики воды, продавцы сельхозтехники и горючего, нанятые рабочие, покупатели выращенной продукции.

В Казахстане, к сожалению, не все права владельцев земли соблюдаются. Если это простой крестьянин, конечно. Акимат может заставить его сажать нужную для отчетности культуру. Соседи – своровать часть урожая. Из-за того, что нет четких правил прогона скота, урожай могут попросту потравить животные. Из-за этого крестьяне предпочитают не связываться с дорогими техническими культурами, а часто сеют самые простые, которые не жаль потерять.

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи