Опубликовано: 4305

Школа жизни Амонашвили

Если бы у меня, как у родителя была возможность выбирать своему ребенку учителя, я бы выбрала того, кто использует элементы гуманно-личностной педагогики, кто также как Амонашвили "горит" на уроках светом вдохновения и великого таинства, кто так же как и он, умеет давать не только образование но и помогать маленькому человеку находить свой образ.

Есть ли у нас в Алматы такие учителя? Есть. В Казахстане около двух тысяч педагогов побывали на семинарах Шалвы Александровича. В южной столице его методику взяли на вооружение школа-гимназия № 79 и педколледж. Прокрустово ложе отметок Недавно Шалва Александрович на базе этих двух учебных заведений давал открытые уроки для учителей. Обещал держать с ними связь и после. А затем зимой приехать, посмотреть, чего достигли его взрослые ученики-учителя. Поговаривают, что эти две педагогические площадки в Казахстане станут опытными для апробации в стране гуманно-личностной педагогики Амонашвили. Но директор школы-гимназии № 79 отрицает все слухи об эксперименте. Вопрос не решен на уровне департамента образования и министерства а то, что Шалва Александрович немного больше внимания уделяет этим педколлективам, так только потому, что здесь есть учителя, с которыми он уже может говорить на равных. Они не первый год участвуют в его семинарских занятиях. Однако говорить о привнесении его педагогики в наши школы - рановато. Это дело будущего. Жаль, чем быстрее, тем лучше. И еще жаль, что он не дает семинарских занятий для родителей… Папам и мамам есть чему поучиться у великого педагога нашего времени. Взять хотя бы его отношение к отметкам. Родители что чаще всего делают? Правильно, интересуются отметками в школе. "Что получил? Молодец! Это никуда не годиться"- арсенал родительских отметок, как следствие на принесенные школьные оценки, беден и однообразен. Каждый день одно и то же. А самое главное, толку от такого интереса к знаниям нет и не будет. Какую ошибку допускают взрослые? Когда общество говорит об Амонашвили, средний родитель обязательно вспоминает традиционное - это тот, который детям отметок не ставит. Однако сам педагог говорит, что он не ставит отметок в привычном смысле слова, но знания детей на его уроках всегда оцениваются. Просто делается это нетрадиционными способами. "Личность не может существовать без отметок. Но отметка может быть разной. И лучше, если это будут не баллы и не очки, а эмоции и чувства учителя. То, что не только оценивает, но и воспитывает ребенка. Каждый ученик за свою школьную жизнь получает тысячи отметок. За каждой из них может стоять стресс, разочарование, надежда, восторг. Когда учитель не ставит отметок, а выражает свое отношение к работе на уроке через оценочное суждение, ученик начинает лучше понимать учителя. Он знает наверняка, что вызывает у него одобрение, а что осуждение. Эти живые реакции учителя истинны, и они очень важны для ребенка". Кусочек урока Перед уроком Шалва Александрович просит детей закрыть глаза и вспомнить… родных любимых людей, конечно родителей. Педагог считает, что именно это ресурсное состояние дает детям возможность получить дополнительные силы для хорошей работы на уроке. А потом предлагает тут же и немедленно поверить в то, что каждый из детей способный математик, который все может. "Я - математик! Я все могу". Самое потрясающее, что когда дети действительно демонстрируют свои способности, учитель не скупится на похвалу. Так и говорит, обращаясь к ребенку: "Можно я пожму руку математику?" Или, не скрывая улыбки, обращается к ученице: "Мне так радостно". Часто ли учителя ваших детей говорят эти слова? Часто ли вы сами говорите своему ребенку подобные вещи? Вместо отметок, как считает Амонашвили, нужно пользоваться оценочными суждениями. "Я огорчен. Ты меня приятно удивил. Давайте похлопаем тому, кто справился с заданием. Я в тебя верил, и ты оправдал мою надежду!"… вариантов обратной связи от учителя к ученику может быть бесконечно много. Все эти варианты вряд ли можно втиснуть в пятибалльную систему. Отсюда и мысли о вреде и пользе отметок вообще и в частности для учеников начальных классов. Мэтр педагоги считает, что для самых маленьких учащихся отметки прямо таки вредны. О, эти детские глаза! Учителя, те, что в течение двух лет проходят семинары у Амонашвили, говорят, что он учит банальным вещам, но складывается ощущение, что полученные знания дают прямо-таки магическую силу. Казалось бы, что тут такого: учитель должен помнить глаза своих учеников. А вы попробуйте каждый день, идя на работу или домой, вспоминать глаза своих детей: в деталях, с выражением. Вам такое откроется… Вот и учителя, вспоминая глаза учеников, настраиваются на встречу с ними. И если глаза запомнились, ребенок чувствуется учителем, с ним всегда можно установить контакт. А если нет, значить учитель что-то не понял в ребенке, что-то мешает их доверительным отношениям. Надо обязательно прийти в класс и обратить особое внимание на ребенка, чьи глаза ускользают от учителя. Кусочек жизни Как-то в детском саду, в старшей группе, довелось разговаривать с детьми об их родителях. Вопросы были простенькие: какие слова перед сном говорят вам родители, какой цвет глаз у вашей мамы? Большая половина детей не смогла назвать цвет маминых глаз. То ли никогда не обращали на это внимание, то ли просто не могли вспомнить каких-то деталей. Дети растерялись. А когда пришли их родители и узнали повод их смущения, сами стали заглядывать в глаза своих детей, как будто первый раз их видели… Положительные ассоциации В чем успех Амонашвили? Почему его методика столь притягательна? Не только потому, что он сам Личность, Маг, Педагог. Его хочется слушать и слышать. "Эффект положительных образов", - так объясняет некое притяжение своих уроков педагог. Все обучение должно строиться на позитивных примерах, позитивных словах. Даже в задачках он старается избегать таких слов как "отнял", "украл", "отрезал". Его герои математических действий больше дарят и приобретают. Подсознание легко соглашается на подобные "добрые" операции. Задачи при этом сами собой не решаются, но внутреннее напряжение отсутствует. Это точно. Кусочек дня Я тысячу раз говорю себе, что больше не буду "вешать" на своих детей всякую гадость типа: что с тебя дальше выйдет, это до добра не доведет, ты мне мешаешь, тогда я тебя не люблю… Я сама себя не люблю в такие минуты, но ничего хорошего в голову не приходит. И в детей летят все мои страхи, нервы, собственные неудачи. Перед сном я даю себе слово, что завтра я обойдусь без дурацких ярлыков, потому что они мешают жить и мне и моим детям, но уже утром понимаю, что все однажды "повешенное" на меня моими родителями, автоматически перевешивается мной на моих детей. Вот вам и заколдованный круг. Он действительно заколдованный. Только у одних волшебники были добрые, у других не очень. И волшебниками этими были наши учителя и … родители. Фигура учителя Как многое зависит в жизни ученика от учителя! Амонашвили сравнивает урок с партитурой, посвященный созиданию Благородного человека, а учителя с тем, кто должен исполнить эту партитуру. Причем, это таинство должно происходит на каждом уроке, а не только на открытых, в присутствии проверяющих из роно. Чем искуснее будет исполнитель этой партитуры, чем вдохновеннее зазвучит мелодия Веры, Надежды и Любви в храмах образования, тем больше Света будет в жизни детей. Когда спрашиваешь наших педагогов: "Насколько у них получается сыграть все эти мелодии?", почти все они говорят, что Учитель верит в них, а это значит, что у них нет смысла сомневаться в своих возможностях. Хотя каждый из них отмечает, что когда приезжает Шалва Александрович, у них автоматически происходит мощная подзарядка "батареек души", рядом с ним кажется, что эта мощь никогда не закончится. На самом деле, когда внутренний запас иссякает, тогда ученики Амонашвили вспоминают своего учителя. Мысленно касаясь его, представляя, как он работает с детьми, они ощущают его состояние и как бы заражаются чем-то подобным. Без этого особого огня внутри нельзя одухотворить урок. База Нельзя говорить о гуманно-личностной педагогике Амонашивили, не понимая ее базовых понятий. А, ознакомившись с ними, начинаешь понимать, что ужас ситуации в нашем образовании заключается в том, что эти базовые понятия не совсем вписываются в нашу систему образования. Ну, скажем, кто и когда из наших чиновников от образования всерьез задавался вопросом, что такое свобода или уровни жизни ребенка, и какое это может иметь отношение к развитию человека вообще? В гуманно-личностной педагогике есть ответы на эти вопросы. Те, кто заинтересован в том, чтобы гуманно-личностная педагогика все-таки пришла в наши школы, стараются адаптировать ее базу к нашим условиям. Группа базовых понятий: школа жизни, образование, воспитание, образовательный процесс, содержание образования, ребенок, природа (психика) ребенка, развитие, взросление, свобода. Личность ребенка, духовность, духовная жизнь ребенка, уровни жизни ребенка, урок, сотрудничество, общение, учитель, ученик. Из книги Амонашвили "Школа жизни": "… воспитание должно означать питание духовной оси, питание душ. То есть в школе через питание оси происходит восхождение, становление того самого главного в человеке, что и составляет всю суть его личности - души и духовности". Как привнести это в наши школы? Как все эти "человечности" впишутся в стандарт нашего образования, который, в общем и целом тоже провозглашает становление личности, но в частности и повсеместно убивает ее на корню? Учителя - последователи Амонашвили говорят, что не стоит нагнетать обстановку вокруг несоответствий, гораздо эффективнее искать точки соприкосновения. От этого выиграют все: и чиновники, и школы, и учителя, и дети. Чистосердечное признание Как хорошо, что у кого-то мозги уже работают гуманно!

[X]