Казахстан взрастил поколение, живущее в кредит: эксперты дали тревожные оценки

Turanpress.kz приводит экспертное мнение на этот счет.

Финансист Расул Рысмамбетов убежден, что закредитованность казахстанцев объясняется не количеством кредитов, а низкими зарплатами.

«Если бы были адекватные зарплаты, люди, во-первых, меньше брали бы кредиты, а во-вторых, закредитованность не ощущалась бы в принципе. В РК нормальная кредитная нагрузка на человека, но кредитная нагрузка на зарплату огромная. Сегодня граждане, бравшие кредиты, делятся на две категории. Первая: брали, когда чувствовали уверенность в том, что смогут регулярно выплачивать, потом случился провал в доходах, пандемия и так далее, и они внезапно ощутили тяжесть займа. Вторая категория противоположная: это те, кто брал кредит, потому что ему не хватает на жизнь. Возможно, на школьную форму, на лечение, а потом они берут следующий заем, чтоб отдать предыдущий, и так попадают в кабалу», — считает Рысмамбетов.

С одной стороны, отмечает эксперт, входящие во вторую категорию плохо планируют бюджет, а с другой – что планировать, если доход мизерный? У первой категории есть выбор, накопить или взять кредит, у второй выбор – кредит или идти воровать.

По мнению социолога Гульмиры Илеуовой, для того чтобы выбраться из долговой ямы, нужно менять идеологию.

«Если говорить о кредитах, то в сравнении с другими странами у нас либеральная банковская система. Как часто утверждают экономисты, в ней нет порядка, кредит взять слишком просто. Когда мы проводили опросы в 2005-2006 годах, в то «золотое» время, как сейчас принято говорить, тогда, например, в сельской местности люди говорили: мы стали жить лучше, потому что можно брать кредиты. На тот момент в городах кредиты давали активно, а в глубинку новшество только-только дошло, — пояснила эксперт.

Илеуова также добавила, что в самом кредитовании нет ничего такого, что побуждало бы от него отказаться. Но в нынешних условиях казахстанцы стали заложниками мифа о благополучии государства и богатстве его жителей.  Приобретение дорогих вещей стало эталоном, именно по способности к потреблению оценивали человека, его значимость и статус в обществе. Эта спираль раскручивалась довольно долго, и если наверху все осталось благополучным, то в низах вакханалия потребления приобрела извращенные формы.

«Люди берут кредиты, не руководствуясь здравым смыслом, не представляя, как они будут их возвращать», — подметила эксперт.

И больше всего, по ее словам, удивляет, насколько быстро трансформировался этот процесс.

«Вначале мы думали, что доступнейшее кредитование можно использовать на полную катушку, но очень скоро кредиты и банковские системы начали использовать нас. Теперь мы пытаемся понять, как дошли до жизни такой и как с этим бороться. Причем озаботилась лишь часть общества, а другие еще только входят в процесс потребительства. Для них в нем все еще залог успеха», — резюмировала Гульмира Илеуова.

О значительном вреде кредитной проблемы развитию страны порассуждал публицист Джанибек Сулеев.

«Внутренняя экономическая ситуация, особенно в плане занятости и доходов населения, выглядит перекошенной, что мешает нам развиваться, прежде всего в социальном плане. Например, трудовые мигранты едут горбатиться не из-за кредитов, им надо семьи кормить. Они зарабатывают, потом строят у себя на родине хоромы, каждый уважающий себя узбек стремится отгрохать дом. А казахи жилищные проблемы, те же пресловутые свадьбы, давно оплачивают не за счет заработной платы, а за счет кредита», — замечает Сулеев.

Эксперт тревожно отметил, что фактически уже целое поколение живет в кредит – на них еще младенцами взяли у банка заем, а сейчас, когда они уже повзрослели, сами берут кредиты.