Опубликовано: 2332

Театр им. М.Ауэзова покажет пьесу "Три сестры" на казахском языке

Театр им. М.Ауэзова покажет пьесу "Три сестры" на казахском языке

Великие чеховские «Три сестры» – премьера не только Казахского государственного академического театра драмы имени Мухтара Ауэзова.

Режиссер-постановщик спектакля – народный артист Казахстана Рубен Андреасян. Пьеса впервые ставится на казахской сцене, а ее перевод осуществила литературный критик, эксперт по культуре, заслуженный деятель Казахстана Алия Бопежанова.

Она очень опытный переводчик, мегапрофессионал своего дела. Так складывается в жизни, что больше на виду те, кто переводит работы политиков, например, президентов. Они чаще появляются на телеэкранах. Но о замечательных и выдающихся переводчиках, которые занимаются переводом мемуаров, художественной литературы, драматических произведений, знают, к сожалению, только в их узкой профессиональной среде. Накануне премьеры Алия Бопежанова поделилась с читателями «Литера» творческим секретом. Оказывается, прежде чем приступить к переводу «Трех сестер», в подготовительный период она изучила много статей о пьесе, перечитала саму пьесу на языке оригинала несколько раз, хотя была хорошо знакома с ней и ранее.

– «Три сестры» Чехова – очень глубокая вещь, в ней много контекстов, много дисгармонии в отношениях героев. У каждого из них своя драма, каждый по-своему неудовлетворен жизнью. И потому сначала мне нужно было как бы «освоить» пьесу и таких разных героев, – рассказывает Алия Кахармановна.

Переводчики старшего поколения считали, что перевод должен быть не «точным», а «верным». Быть верной оригиналу – принцип переводчика Бопежановой.

– Могу привести свежий пример. Многим, надеюсь, известна нобелевская речь Фолкнера. Эту речь в свое время на казахский язык блестяще перевел известный писатель-драматург Аскар Сулейменов  (он был и великолепным переводчиком). Недавно я прочитала новый перевод: все вроде на месте, но, кажется, что недостает духа и изящества нобелианта. Таких примеров много, – говорит Алия Кахармановна.

Она сама не первый год занимается переводами художественной прозы, искусствоведческих, философско-культурологических текстов. Она одна из переводчиков 10-томной серии «Культурная антропология» по государственному проекту «Духовное наследие». В ее послужном списке – трагедия «Аттила» Замятина, текст мюзикла «Али-Баба и сорок разбойников» по мотивам «Тысяча и одной ночи», которые поставлены на сцене театра им. Ауэзова, а также пьесы драмарургов Лауринчюкаса и Солнцева. В ее планах – перевести пьесу «Калигула» Камю. Кроме того, она мечтает выпустить новый сборник критических статей и эссе о литературе и театре.

Спустя некоторое время для переводчицы начался период, когда вырисовывался окончательный вариант пьесы «Трех сестер», который завтра услышат алматинцы на подмостках театра Ауэзова. Кстати, этот период длился месяц. Скорость работы переводчика зависит от душевного настроя, от физического состояния и еще от внешних обстоятельств. Тогда Алия Бопежанова старалась не отвлекаться на бытовые дела, не слушать новости и даже не смотреть телесериалы. Для нее важно было сохранить «музыку» текста, а для этого, оказывается, необходимо душевное равновесие, если не сказать, гармония.

– Я перечитывала пьесу раз десять, после каждого прочтения как бы слышала речь своих героев и их интонацию, а это очень важно для перевода драматических произведений. И когда они, наконец, все герои чеховской пьесы стали моими «друзьями», села за окончательный перевод. Некоторое время работала над контекстом слов и цитат героев пьесы. В общей сложности на «Трех сестер» ушло три месяца, включая подготовительный и завершающий периоды, – говорит Алия Кахармановна.

Вообще, перевод литературного произведения считается в мире большой литературы одним из самых сложных процессов, тем более драматургического произведения.

– Это на первый взгляд может показаться, что пьесы переводить легче, чем поэзию или прозу, так как там в основном диалоги. А на самом деле совсем не так, диалоги переводить непросто. Сложность перевода «Трех сестер» еще была в ее смысловых пластах, то есть в семантике – культурологическом, символическо-мифологическом аспектах диалогов героев. Там и Пушкин, и Лермонтов, и библейские подтексты, и старинная французская песня. Герои временами говорят на французском (это было веянием того времени). Приходилось долго копаться в семантике, искать источники смысловых параллелей. Перед тем как отнести уже готовую пьесу в театр, я вновь «прошлась» по переводу, как бы сама примеряя роль всех героев. Весь вечер выговаривала речь каждого героя, и этим сверяла внутренний ритм пьесы. Но все это я бы назвала это не трудностями, а творческим процессом, – призналась Алия Бопежанова.

По ее словам, самое сложное – передать подчас неуловимую атмосферу пьесы русского классика. Перевести текст – полдела для Алии Бопежановой. Для нее и всей творческой группы важно, как примет пьесу зритель.

Мы сидели на сдаче спектакля рядом с режиссером-постановщиком «Трех сестер» Рубеном Андреасян. Он жестикулировал вместе с артистами, кивал и повторял текст за героями пьесы. Потом повернулся сияющим лицом и сказал: «Ты знаешь, кто перевел пьесу?». И тут же Рубен Суренович ответил сам:   «Алия Бопежанова. Ее хороший перевод дает просто даже физиологический эффект, у меня лично от диалогов сестер мурашки бегают. Такую историю «Трех сестер» невозможно не дослушать и не понять, если даже у вас казахский хромает. Чувствуешь сердцем!».

[X]