Опубликовано: 2904

О съемках «Затмения»: производство

О съемках «Затмения»: производство

Съемки фильма «Сумерки. Сага. Затмение» начались 17 августа 2009 года в Ванкувере и длились 11 недель, натурные съемки велись во многих местах в районе Британской Колумбии.

Многие лесные участки в фильме удалены от населенных пунктов, и до них достаточно сложно добраться.

Весь процесс производства включал в себя основной большой блок съемок и второй блок, состоящий из трех основных следующих друг за другом сюжетов: вступительная гонка Калленов, волков и Виктории; эпизод с обучением, где Джаспер учит семью и волков, к чему быть готовыми; третий, финальная битва в двух местах между кланами Калленов/оборотней и новообращенных вампиров в дикой местности, а также Виктории/Райли против Эдварда/Беллы/Сета на снежной горной вершине. Команда бойцов, каскадеров, постановщиков практических эффектов, визуальных эффектов старательно работали над безопасной постановкой сцен драк с мощными ударами, а также над помощью актерам в работе с виртуальными волками.

Помимо этого, большая часть действия фильма происходит на улице при специфической характерной погоде.

Все актеры, вовлеченные в сложный процесс съемок последовательных сюжетных линий, в течение нескольких недель прошли специализированную физическую подготовку по ведению боя. Актеры и исполнители трюков неутомимо работали над выполнением специально разработанных сцен боя до момента, когда наступает грань физических возможностей и к работе приступает отдел по работе над визуальными эффектами.


Помимо повествования любовной истории о сверхъестественных вампирах и оборотнях в современной обстановке, съемочная группа была вынуждена придерживаться деталей и особенностей романа, написанного автором Стефани Майер, а также учитывать креативные решения, выполненные съемочными группами двух предыдущих фильмов, и при этом придать истории новый захватывающий поворот. Такие декорации, как дом Калленов, дом Беллы, дом Джейкоба, средняя школа в Форксе и луг – на котором было показано сияние, исходящее от вампиров – все это заранее установленные элементы. Вдобавок к этому, съемочная группа столкнулась со сложной задачей подбора костюмов для огромного актерского состава – более чем трех дюжин главных или характерных персонажей и множества каскадеров – плюс добавившиеся многочисленные предыстории из разных столетий, усложняющие задачу, а также фанаты, внимательно следящие за каждой деталью.

«В самом начале фильма мы видим, что вернулась Виктория, и что она вернулась отомстить. Начинается гонка и Виктория возвращается с территории Калленов на территорию Волков. Мы не можем вставать на чью-либо сторону» - объясняет Тейлор Лотнер. - «Но Эмметт немного сходит с ума и пересекает границу территории Волков, и взрывной Пол вступает с ним в небольшой бой. Это идеальное начало для фильма, потому что Виктория находится в центре внимания. Она создает это хаос, и Каллены и Волки сразу бросаются в бой».

Этот насыщенный адреналином момент первой сцены дает понять зрителю, насколько на самом деле могущественны мифические существа в данной истории. «В конце концов, мы понимаем, что они гонятся за ней по этому ущелью. И когда они уже практически ее нагнали, она перепрыгивает на другую сторону, и они останавливаются. Почему они не следуют за ней? Вы осознаете, что это граница между территорией вампиров и волков. И только мы думаем, что она сбежала – бац – волки у нее на хвосте. Происходит это двойное действие – Каллены преследуют ее на одной стороне, а волки на другой – и она прыгает туда-сюда по ущелью. Это будет фантастический эпизод» - заявляет продюсер Вик Годфри. «Гонка по ущелью упоминалась в книге, но я почувствовать, что нам действительно необходимо увидеть эту гонку», -

комментирует режиссер Дэвид Слэйд. «Я сделал несколько набросков истории, чтобы прикинуть, как это будет выглядеть, если Каллены и волки будут гнаться за Викторией на экране. Мелисса использовала мои рисунки и написала эпизоды. Поэтому это один из моментов, который очень небольшой в книге, но я почувствовал, что увидеть его будет действительно интересно. На экране я хочу видеть, как вампиры и волки бегут на предельной скорости, прыгают с одной территории на другую. Это прекрасный способ установить правила границы территорий обитания».

Основной блок типично начался с диалога и простой работы каскадеров над боевыми эпизодами «но затем мы совмещаем большую часть действия, связанную с боями с приспособлениями в виде кранов и тросов, чем занимается режиссер второго блока Э.Г. Форстер», объясняет Годфри. Недели работы над каждым блоком были распределены таким образом, чтобы Слэйд имел возможность посещать съемки 2го блока в свои свободные дни.

«Э.Г. Форстер – именно тот, кто вам нужен – он как складной нож со многими лезвиями, который может все» - смеется Слэйд - «Он был великолепен. Э.Г. так много работал с каскадерами, что он отлично знает, что ему нужно. У него были задания с подготовкой некоторых крупнейших трюков, подготовка к которым занимает около семи часов для снятия одного кадра. Все наши планы съемки были скоординированы, весь наш список кинематографических средств был сохранен. Э.Г. был абсолютно всеми мыслями на одной волне, и все время спрашивал, что я еще могу сделать? Чем мы еще можем помочь? Ребята, ответственные за 2й блок мужественно взялись за дело, и с ними было очень приятно работать».

«Одной из сложнейших задач всех фильмов была задача показать невероятную скорость вампиров», добавляет продюсер Вик Годфри . «Одним из предложений Дэвида и Э.Г. было показать это в кадре. Мы действительно хотим показать, как эти вампиры летают по лесу на феноменальной скорости, как описывает Стефани Майер в своих книгах».

«Мы много думали о скорости вампиров – проводили мозговые штурмы, обсуждая как мы можем преодолеть границы физических возможностей и показать нечто с ногами, что может перемещаться так быстро, что вы не видите его. Мы думали о явлении, когда насекомое движет крыльями, совершая тысячу движений в секунду, и как это выглядит» рассказывает Слэйд. «Итак, мы придумали, как мы можем заставит людей передвигаться со скоростью 40 миль в час и взаимодействовать, и делать это на самом деле. Я хотел, чтобы это выглядело как сверх-способности, а не как сверхъестественное событие. Я хотел избежать мысли о том, что это фантазия чистой воды. Я держал камеру на уровне человеческих глаз, потому что я хотел поставить фильм на уровень веры в происходящее».

Для создания концепции «волшебного ковра» для достижения предельной скорости Режиссер Дэвид Слэйд работал с режиссером 2го блока, постановщиком трюков, постановщиком боевых сцен, постановщиком специальных практических эффектов, постановщиками визуальных эффектов и художником-постановщиком.

«Мы поняли, что при помощи этого волшебного ковра, который мы создали, мы можем заставить людей бежать на скорости минимум 40 миль в час. Также мы называли его подстилка, и позже, он стал смертельными салазками», смеется Слэйд. «В сущности это была очень длинная и очень-очень-очень крепкая лента, прикрепленная к задней части грузовика, и которая тянулась по тропинке через лес с каскадерами и актерами на ней, а тележка с камерой перемещалась параллельно ленте через лес. Когда все развивало максимальную скорость, актеры начинали бежать, и в кадре человек передвигался со скоростью 40 миль в час, что выглядит очень быстро. Все происходит в реальном времени, поэтому и выглядит реально».

Постановщик трюков Джон Стоунхэм-младший добавляет: «Это лента шириной четыре фута, которую мы тащим при помощи компьютеризированной лебедке, и которая перемещает людей по лесу. Движение должно быть очень плавным, потому что они бегут очень быстро».
«Похоже на то, как в аэропорту кто-то перемещается вдоль вас по движущейся пешеходной дорожке. Люди идут, но передвигаются быстрее, чем вы… принцип тот же», объясняет постановщик визуальных эффектов Кевин Тод Хог. «Вы видите ветер, проносящийся мимо них, их руки и ноги в движении. Поэтому пока вы не видите их ступни, создается эффект, что они движутся очень быстро. А на самом деле они движутся не быстрее, чем могут бегать люди, плюс добавляемая грузовиком скорость в 30-40 миль в час. Итак, мы доказали, что вампиры бегают со скоростью примерно 45-50 миль в час, они никогда не устают, и всегда бегут на предельной скорости».

«Актеры тренировались на этой беговой дорожке, а затем мы везли их через лес с деревьями на переднем плане, и таким образом актеры буквально бежали на полной скорости, а на заднем плане все движется со свистом», добавляет Годфри. «Поэтому в первый раз в этих фильмах мы на самом деле видим, как вампиры бегут через лес на невероятной скорости, и это совершают живые люди».
«Вообще самые лучшие эффекты – это те, которые выполняются максимально практическим способом», говорит Хог. «Итак, вы начинаете с того, что на самом деле может выполнить актер или каскадер. Вы делаете это насколько возможно практически перед камерой, потому что так трюк получится интереснее. А визуальные эффекты вступают уже тогда, когда вы больше не можете выполнить задачу практическим способом. Должно быть некое напряжение, какие-то сложности. Дэвид действительно хотел, чтобы мы убедились, что можно почувствовать силу тяжести, вес и все ощущение скорости, которое можно обычно получить от быстро движущегося человека».

«Уровень того, что мы делаем в эпизодах погони не похож на то, что я видел до этого в погонях с бегущими людьми. Вампиры живут в настоящем лесу, но они могут сделать больше, но они делают это только при необходимости, либо тогда, когда это приемлемо. Я видел такой уровень проделанной работы для погонь с машинами и самолетами, но не для гонок с бегущими людьми, это в какой-то мере исключительно», комментирует Хог. «Каждый новый кадр должен быть фактически в новом месте, потому что они движутся слишком быстро. Обычно погоня людей происходит на крыше, затем вниз по улице, поэтому можно снять большую часть в том же самом месте. Это невозможно сделать, когда твои вампиры движутся со скоростью почти 50 миль в час. Поэтому, нужно выполнять такую погоню, как погоню машин через лес».

Джеймс Тихнер работал над вторым блоком постановщиком визуальных эффектов. «Во время своего несанкционированного проникновения Виктория дразнит и проверяет обе стороны – и зону вампиров, и зону волков. Наш режиссер 2-го блока Э.Г. Форстер, его требованием для этого эпизода была – быстро, быстро, бысро! Это автомобильная гонка. Мы собираемся снимать быстро и стремительно… у нас будет множество монтажных участков действия. Мы полагаем, что у нас наибольшее количество монтажных участков в одной сцене в истории фильмов Ванкувера. Мы сделали почти 200 участков в этом эпизоде погони».
«Мы разбили эпизод на 3 части: начало погони – бег через лес, и мы вставили здесь много паркура. Мы сняли много участков, ведущих нас сквозь лес в разные места», говорит Тихнер.

«Например, участок, снятый в лесу имеет протяженность 200 ярдов, и Виктория должна пробежать через него за две секунды», добавляет Хог. «Что вы делаете – вы вмещаете этот участок на зеленую экранную сцену и создаете огромный зеленый блок из конструкторских блоков. Затем женщина-каскадер в течение 2 секунд на тросах выполняет элементы паркура через созданное пространство. Вы проверяете, какова соответствующая высота и особенности элементов в кадре – такие как деревья, валуны, перепады высоты. Итак, при помощи компьютера, когда вы помещаете ее в настоящее пространство, она попадает в цели, в которые она должна попасть и выглядит это так, словно вместо 50 футов она пробежала 200 ярдов за 2 секунды».

Паркур – также известный как свободное движение, скалолазание либо подъем по фасадам зданий – это смесь гимнастики и уличной акробатики, в которой человек умело и быстро движется через окружающую обстановку. Данный вид спорта был включен в сцену человеческой погони в серии Бондианы Казино Рояль.
«Виктория прыгает и скачет по лесу как олень или антилопа, а человеческий эквивалент этого как раз паркур. В Затмении используется больше скалолазание, что является горной версией паркура», - добавляет Хог.

Тихнер продолжает, «во второй части эпизода, Виктория перемещается по ущелью, участок которого был снят на острове Ванкувер. Элементы местности и зеленый экран соединены и оживлены в 3D пространстве при помощи довольно сложного процесса компьютерной графики».
«Наши паркурщики потрясающие. Мы заполучили этих потрясающих гимнастов, которые либо самостоятельно, либо с небольшой помощью трамплинов и пневмоподъемников могут выполнять совершенно потрясающее действо. На самом деле кажется, будто Виктория прыгает через 75-футовый овраг, и это выглядит естественно, словно она на самом деле способна это сделать. Женщина-каскадер на самом деле прыгает через то, через что способен перепрыгнуть человек, и вы чувствуете ветер, свистящий вокруг нее и видите, как сокращаются ее мышцы. Все это правда, просто ее прыжок был в никуда и не такой длинный», смеется Хог.

«Виктория – прыгунья», соглашается Стоунхэм. «Поэтому нам пришлось построить три разных оборудованных площадки в трех различных удаленных местах. Все места в лесной глуши довольно затруднительны для строительства площадок. Для того, чтобы люди летали мы используем тросы и лебедки, механизмы свободного хода, пневмоподъемники, спусковые устройства и деселераторы и все это должно быть подготовлено к моменту приезда съемочной группы», говорит Стоунхэм.
Тихнер заключает: «Третья часть погони происходит, когда Виктория совершает свой финальный прыжок через ущелье после того, как волки почти поймали ее. Она попадает в Сайпресс Фолс в Западном Ванкувере, где между волком Полом и Эмметтом происходит серьезное противостояние».
«Там находится это огромное ущелье с водопадом, но сквозь лесную чащу его даже не видно», добавляет Хог.

«Мы просили актеров максимально выкладываться физически, чтобы аудитория не разочаровывалась в истории, заметив спецэффекты. В конце погони вдоль ущелья, Эмметт был сбит Полом-волком и упал в воду. Келлану Лутцу на самом деле пришлось бежать как сумасшедшему в сторону ущелья со снаряжением, которое остановило его от падения на краю ущелья. Он испугался, но опасности никакой не было. Нам было очень забавно наблюдать за его расширившимися в последнюю секунду глазами», смеется Слэйд. «Келлан на самом деле был очень жестким и неподдающимся.

Тем не менее, мы сбросили его в реку девять раз, и он вынес это как мужчина. Каждый раз он был готов к большему и выглядел настоящим героем. Это прекрасно, потому что не было необходимости в каскадере, все сделал Келлан».
«Однажды мы устроили тест, стало ясно, что волшебный ковер прекрасно работал и что нам нужно выжать из него больше, со всех ракурсов. Это шоу – моя первая работа с Э.Г., но этот опыт я запомню надолго. Он просто заяц Энерджайзер», смеется Хог. «Э.Г. был неутомим в поиске мест с подходящим масштабом для пешей погони».

Их всех съемок сложнее всего было найти место для второго и самого длинного прыжка Виктории через ущелье. «Для того, чтобы воплотить идею того, что они могут бежать на полной скорости, нужно было найти ущелье, у самого края которого не росли бы деревья и обе стороны ущелья должны были быть четко очерчены. Также оно должно было быть достаточно открытым с обеих сторон, чтобы погоню можно было наблюдать с обеих сторон. Найти такое место, где можно было бы снять и в полной мере показать это действо, было действительно сложно. На поиски было затрачена большая часть времени подготовки для съемок 2го блока. Уже подошли первые дни производства, а Э.Г. все еще находился в поиске. Мне кажется, он осмотрел практически каждое горное ущелье в Британской Колумбии», смеется Хог.
Съемочная группа наконец-то нашла ущелье, которое соответствовало всем требованиям, однако вместе с ним появились и дополнительные трудности с доступом. «Мы нашли прекрасную лощину недалеко от Нанаймо для съемки визуальных эффектов, необходимых для использования в качестве фонового полотна для изображения сцены этой гонки», говорит сопродюсер Билл Баннерман.

«Но Нанаймо находится на острове Ванкувер, куда нужно было добираться два часа от материка на пароме. Плюс, единственным способом доставить все необходимое на эту реку было использование вертолета. Команда, инфраструктура и оборудование, плюс лодка для работы – все нудно было доставить по воздуху к удаленному ущелью у реки. Дорог не было».
«Мы уже почти приготовились использовать матовый фотоотпечаток, как он нашел красивое ущелье на острове», добавляет Хог. «Это абсолютно реальное и идеальное место для повествования этой истории, однако с точки зрения логистики нелегкое место».

«В этой серии фильмов было много мест, до которых сложно добраться – места должны отображать цельность литературного материала», комментирует Баннерман. «Если в сценарии указано Натурные съемки в лесу – нам действительно приходилось продвигаться в лес настолько, чтобы найти необходимую местность».
«Одна из отличительных черт киносерии Сумерки – все основано на реальной местности. Зрители могут отождествлять фильм с сагой, потому что все достоверно», добавляет Баннерман. «Нам приходилось находить участки, которые нужно было найти. Поэтому мы пойдем в настоящий лес. Поэтому мы пойдем к настоящим ущельям, если найдем их. Поэтому мы пойдем к настоящим утесам. Поэтому мы пойдем к настоящим рекам. Поэтому мы пойдем к настоящим горным вершинам».

Сценарий описывает широкое разнообразие дикой природы с указанием местности, такой как Натурные съемки в лесу, Натурные съемки в диком лесу, Натурные съемки в тропическом горном лесу.


«Было сложным заданием создавать различную лесную обстановку, чтобы она выглядела действительно разнообразно. Лес может быть лесом, и может быть лесом», говорит художник-постановщик Пол Остерберри. «Итак, например, на натурных съемках в диком лесу были эти безумные деревья с мхом. Даже местная команда не видела подобных мест. Мы также нашли интересные камни, пересеченную местность, и, конечно, такие водоемы, как реки, помогают визуально разбить подобную местность. Я переживал, что все эти места сольются, если в них не будет ключевых различий. Таким образом, поисковики местности прочесали всю лесистую местность в области Ванкувера. Каждые выходные, мы с Э.Г. делали вылазки во все различные места, пытаясь найти подходящий и разнообразный лес. В сценарии много разнообразия в местности не было, но это огромная часть данной картины».


Вторая крупная сцена действия включает в себя Джаспера, который учит свою семью и волков, как найти новичков. «Я думаю, что эпизод с обучением – это подобие эпизода с бейсболом в этой части. Это полное отображение возможностей вампиров. Намечается появление серьезной ситуации, но она еще не началась, поэтому сейчас происходить момент хвастовства перед Калленами, которые красуются перед волками», говорит Годфри. «То, как мы это представили, это наше желание показать мини-представление того, что мы увидим позже в эпизоде финальной битвы».
«Так как в прошлой жизни Джаспер тренировал вампиров, теперь он учит свою вампирскую семью битве с вампирами, пока некоторые большие старые волки наблюдают на заднем плане», объясняет Джексон Рэтборн. «Это способ уклонения от ударов использования чужой энергии против них. Мы стараемся избежать большого количества элементов боевых искусств и представить это больше в виде уличных боев. В основном это просто большая семья, проводящая время вместе, поддразнивая друг друга – отлично проводящая время. Я устраиваю небольшой бой с Элис. Весело».


Робу Паттинсону также понравилось сниматься в эпизоде, где члены семьи спорят друг с другом. «Было весело, потому что мы с Питером разучили всю хореографию, она была очень-очень насыщенной, и мы вели себя очень серьезно, делая это на репетициях. А в день съемок я понял, что для нас будет выглядеть очень дико, так как отец и сын на самом деле пытаются убить друг друга. Поэтому в этой битве с Питером я подумал, что было очень смешно делать это, и понял, что это работает. Поэтому я рассмеялся во время сцены», отмечает Паттинсон. «Так же, как если бы я дрался с Питером в действительности, это бы меня сильно насмешило. Это была веселая сцена».

Фачинелли добавляет: «Я всегда подшучивал над Робом в Сумерках, потому что он был не самым спортивным парнем, когда мы снимали сцену с бейсболом, потому что он никогда раньше не играл в него. Хотя в финальном варианте он выглядит прекрасно, для него это было затруднительно. Но мы начали тренироваться драться, и Роб вздул меня! Он стал намного более спортивным и я прекрасно провел время во время съемок дрики с ним».
Студия Типпета, основанная родоначальником визуальных эффектов Филом Типпетом, создала кинематографических волков для «Сумерки. Сага. Новолуние» и усовершенствовала их для возвращения в «Сумерки. Сага. Затмение».

Хог говорит: «Студия Типпета несомненно лучшая из небольших анимационных студий, которые можно нанять. У них работают потрясающие аниматоры. Главной задачей с волками было все их взаимодействие, которое они совершают в фильме. В последней части, они неплохо взаимодействовали немного друг с другом, немного с окружающей средой, и не особо с людьми. Теперь их намного больше, они дерутся, и разрывают на части вампиров».
«Ребята Типпетов потрясающие», соглашается Тихнер. «У них очень хорошая организация рабочего процесса. Мы видели заранее большинство кадров с волками, поэтому в общем мы знаем, что должна делать камера. Работать с Филом Итппетом одно удовольствие. Он просто легенда, так что работа над оборотнями была потрясающей».

Так как волки создаются в компьютере во время по окончанию съемок, съемочная группа применяет некоторые средства, чтобы помочь команде и актерам «увидеть» волков, которые, по сути, невидимы на площадке. «Коровы» - или большие картонные фигуры – установлены в кадре камеры для масштаба, расстановки актеров и линии глаз. «Довольно много времени занимает тренировка догадок того, что вы делаете… это разумная идея для решения реальной основной проблемы», объясняет Хог.
«Мы также используем предмет, называемый картофелина, который представляет собой большой стоячий предмет примерно того же размера, что и волк, и актеры могут бороться с ним, драться и получать от него сдачу», добавляет Тихнер. «После съемок, Фил и ребята убирали картофелину и ставили на ее место своего компьютерного волка».
«Также часто за пределами камеры присутствовал актер, играющий волка. Если это волк-Джейкоб, то Тейлор играет напротив Кристен, чтобы у нее все же была связь как с личностью», объясняет Годфри.
«Самым сложным было действительно убедиться, что ты понимаешь, как это будет выглядеть в готовом виде».

«Кажется, Кристен нравилось, когда Тейлор присутствовал там в сером костюме, так чтобы они действительно играли сцену, вместо того, чтобы играть с палкой или лазерной указкой», добавляет Хог.
«В Затмении есть свои уникальные сложные задачи именно из-за этих драк и из-за масштаба. То, что нужно было завершить в последнем фильме не идет ни в какое сравнение с тем, что необходимо сделать в этом. Это меняет правила», комментирует Хог. «Уровень взаимодействия в два раза важнее, чем в последнем фильме, где в основном нужно было выдержать уровень глаз. Теперь волки в действительности прыгают друг на друга, кусаются, катаются по земле и убивают вампиров. Теперь гораздо сложнее представить, как это осуществить».

«Я хотел, чтобы волки были не менее реальными, чем деревья», - говорит Слэйд. «Я всегда говорю, посмотрите на количество листьев на деревьях и посмотрите на количество шерсти на теле волков – вам нужно ощутить, что они существуют в одном мире. Для меня, когда я читал книгу, были эти важные моменты, насколько комфортно Белла чувствует себя с Джейкобом в образе волка – как она прислоняется к нему. Я хотел поймать этот важный тактильный контакт с ним, чтобы когда она хочет потрепать его по голове, он выглядел так же реально, как и она».

«Мы пытались сделать так, чтобы волки выглядели наиболее реалистично. По книге они уже были героями», добавляет Слэйд. «Я хотел, чтобы у нее была возможность прикоснуться к нему, и люди могли сказать, «о, это так мило». Я думаю, мы достигли этого с Филом Типпетом и его командой – мы очень тщательно проработали их, но они по моему мнению сделали просто потрясающую работу.
Также Имидж Энджин прекрасно поработали с ретроспективой волков. Это было режиссерское решение, я не хотел, чтобы волки выделялись и были центром внимания. Я хотел, чтобы эмоции вели повествование».
Финальный эпизод битвы происходит одновременно на вершине горы и на дальнем поле. Для площадки вершины горы съемочная группа использовала комбинацию вершины реальной горы Сеймур и воссоздание этой вершины на съемочной площадке.

«В третьем акте истории у нас есть две совершенно разных битвы, которые происходят в этих совершенно уникальных местах – одно из них на вершине горы, где Эдвард борется с Викторией и Райли, в этой сцене задействован элемент заснеженности местности, что географически позволяет вам думать в определенном направлении; и вторая битва – битва главного новичка, происходящая на удаленном поле, находящемся на расстоянии прицельной дальности от горы», объясняет Баннерман.
«Также приходится иметь дело с совмещением основного блока и 2го блока, который берет на себя доминантную роль в показе битв. Сложным заданием является попытка синхронизировать все действие и выполнить всю работу по одинаковым признакам погоды, за время потенциального трехнедельного периода. Итак, как получить соответствующую погоду? В случае с киносерией Сумерки, «погода Калленов» мрачная, туманная, небо затянуто тучами и льет дождь.

При съемках высоко в облаках на настоящей горе, в холодную погоду вас окружает снежная буря, а в теплое время года вас может застать ливень с ураганом. Так как же найти гармонию? Это было сложной задачей. Итак, для работы на вершине горы, мы разделились между работой на местности и в декорациях, столкнувшись с задачей совмещения этих двух мест, для создания непрерывности».
Уже просто подъем на место съемок на горе оказался очень сложным для актеров и съемочной команды.

В книге Джейкоб несет Беллу в укромное место на вершине горы, чтобы замаскировать ее запах от вражеских вампиров. «У нас был потрясающий парень в команде работников со спецэффектами, который собрал для нас тросы и крепежное оборудование, которое работало 99.9999% всего времени. Нам нужен был этот страховочный трос, чтобы перенести на него основную часть веса Кристен, чтобы Тейлор мог сосредоточиться на игре, и не был вынужден нести кого-то и держать равновесие, пробираясь через лес. Но этот трос не сработал. Это не было чьей-то виной, он работал идеально, но не совсем подошел для этого. Когда Тейлор начинал идти, не хватало естественной упругости и ритма, которые обычно присутствуют, когда ты несешь кого-то. Поэтому Телор на самом деле нес ее. И это не был просто один кадр, это было необходимо для каждого кадра».

Стюарт была глубоко признательна своему партнеру за самоотверженность. «Тейлор действительно смог нести меня через лес долгое время. Нижняя часть моего тела была привязана к тросу, чтобы облегчить задачу Тейлору, но крепеж не прибавлял правдоподобия, когда мы это сделали. Вся сцена занимала целых четыре страницы в сценарии – длинный диалог, и он нес меня все это время. Очень впечатляет».

«Тейлор очень сильный, но если тебе приходится целый день нести кого-то, даже такого легкого, как Кристен, руки начинают болеть», добавляет Слэйд. «Нам приходилось переснимать снова и снова, хоть мы и не делали так много дублей, потому что он знал текст и прекрасно играл. Просто это была очень длинная сцена. Итак, где-то через четыре дубля он вымотался, и помимо этого еще и шел дождь. На следующий день Тейлор даже не смог написать свое имя, его руки были как желе».

В реальности, съемочная группа использовала Хаммеры, старый горнолыжный подъемник и по старинке поднимались пешком по пешеходным тропам, для того чтобы добраться до удаленного местоположения съёмок.

«Перемещение съемочной группы из городской среды в эту сельскую местность можно сравнить с передвижением войск. Гора Сеймур является местным горнолыжным курортом, поэтому там был кресельный подъемник, который помог подняться съемочной группе, а также перевезти инфраструктуру и оборудование в необходимый участок на холме. Затем нам пришлось столкнуться с подходом Шерпы, то есть все взяли в руки чемоданы и начали взбираться на гору. Некоторые участники довольно сильно запыхались, пока добрались до вершины, но все же они взобрались на нее, то есть вы понимаете, что все было не так уж и плохо. Открывающийся оттуда вид просто потрясает, так что можно осознать, для чего мы прилагали все эти усилия», комментирует Баннерман.

«Мы смогли добраться туда довольно таки быстро благодаря кресельному подъемнику, так что мы выполнили план и задействовали его. Конечно, это все происходило не в сезон, и большинство подъемников были разобраны для летнего ремонта. Так что нам пришлось реактивировать этот элемент, чтобы обеспечить подъем 200 человек на гору. Мы смогли поднять всю компанию на вершину горы и затем спустить вниз, и оборот составил всего лишь полтора часа для передвижения в обоих направлениях, из расчета, что пройти все это пешком заняло бы примерно 4 часа. Мы знаем это, потому что после того, как приехали актеры, охрана обнаружила много папарацци, шарящих в кустах вокруг нас, они поднялись туда как типичные походники, или «орнитологи», как они сами себя назвали», смеется Баннерман.

Стефани Майер также совершила путешествие на вершину горы, где в палатке происходит ее любимая сцена. «Когда мы подъезжали к горнолыжному курорту, мы увидели часть утеса, который вился вдоль дороги, и можно было представить, как Джейкоб Блэк бежит вдоль него», рассказывает Майер.
«В книге есть строчка, к которой это идеально подходит, и на самом деле появилось чувство, что вы «приблизились к цели». Это не совсем то, что вы бы увидели с этого утеса, хотя вид потрясающий, потому что внизу можно увидеть Ванкувер. Там наверху так красиво, что начинаешь чувствовать, что ты так далеко от всех дел и занятий. Вид шикарный и нереальный».

«Снимая кино, вы бываете в потрясающих местах, местах, до которых больше никто не доберется, и некоторые из них просто невероятно красивы, и это каким-то образом сбивает весь план съемок. В один из таких кристально чистых потрясающих дней мы провели целый день, ругаясь на солнце, потому что мы не могли снимать. Это единственные съемки, на которых я загорел дважды», смеется Хог.
Создание непрерывности погоды в последнем фильме будет одной из самых сложных задач в области визуальных эффектов, потому что погода не стоит на месте во время съемок этих сцен».

 «Действие книг Сумерки происходит в ливневом лесу Тихоокеанского Северо-запада, поэтому создание подобного фильма это очень разнообразный опыт. Обычно в дождливые дни работа перемещается в павильоны. Мы снимаем в павильоне в солнечные дни», смеется Годфри. «Если на улице тепло и прекрасно, и хорошая погода для прогулок, мы снимаем на площадке в декорациях и ждем проливного дождя, когда можно продолжить снимать в унылой мокрой обстановке. Но самое удивительное в этих съемках, что приходится видеть то, чего у большинства людей не выдается шанса увидеть. Мы снимали неподалеку от гор и переходили мост, где лосось выпрыгивал из воды и неподалеку мы увидели медведя, который ел лосося. Красота. Прекрасные возможности для работы, а также возможность увидеть всю красоту природы».

«Когда мы проводили начальные поиски настоящей горной местности, нам приходилось искать место, которое мы могли бы воспроизвести в декорациях», объясняет Баннерман.
«Вы стремитесь избежать размещения на верхушке гипотетической пирамиды, потому что там у вас будет возможность увидеть мир на 360 градусов вокруг. Теперь, если мы срежем верхнюю часть пирамиды и проделаем небольшое отверстие и поместим себя в середину, мы сможем забыть о верхушке горы, и все еще быть окруженными инфраструктурой местности. Вот как мы подошли к принципу палатки, размещенной в валуне на вершине горы, где человеческий инстинкт заставил бы вас поставить палатку, чтобы избежать ветра и экстремальных перемен климата, которые могут случиться во время ночевки на подобной высоте».

«Мы сделали сложное цифровое сканирование этого участка и затем воспроизвели его в масштабе контуров камней обращая внимание на топографию, чтобы все совпало», говорит Баннерман. «Затем, мы конечно же поместили здесь деревья, траву, мох и все, присущие этой местности растения, уникальные именно для этого уголка природы и попробовали все это совместить. Затем пошел снег».
Баннерман добавляет: «Мы на практической местности, перед наступлением бури. Мы заходим в палатку и играем сцены. Затем мы выходим из палатки, и уже наблюдаем последствия бури, и это съемки всего отрывка, таким образом, мы можем контролировать снег, свет и погоду. Затем мы можем провести три недели за съемками финальной стычки Виктории и Эдварда, которая потребовала дополнительное количество каскадеров и тросов и позволила выполнить все должным образом в соответствующей атмосфере, где мы могли полностью воспользоваться предлагаемыми обстоятельствами. В ином случае у вас бы не было возможности успешно завершить волнующий эпизод, снимаемый только на вершине настоящей горы».

«Это самые большие декорации, которые я пока что видел на съемках этих фильмов и это действительно показатель размаха съемок», комментирует Годфри. «Дело в том, что мы действительно хотели проводить масштабные съемки на этой потрясающей настоящей вершине горы, но съемки проходят осенью, и очевидно, что на ней нет снега. Помимо того, это еще и национальный парк, так что здесь нельзя рассыпать искусственный снег. Так что сцена, в которой Джейкоб приходит сюда с Беллой происходит до наступления шторма. Поэтому мы могли снять настоящую гору и показать масштаб. Затем нам понадобилось снять целый эпизод, когда она выходит утром, выпал снег, и мы просто не могли закончить это там».

«Наш художник-постановщик Пол Остерберри, который был художником у Дэвида в «30 дней ночи» уже несколько раз за свою карьеру выполнял несколько огромных натурных съемок в павильоне с большим количеством искусственного снега. Поэтому мы построили целую вершину горы в декорациях и покрыли ее снегом», объясняет Годфри.

У съемочной группы было всего пять недель для разбора внутренних декораций дома Беллы, занимающих сцену, для последующей постройки и оформления массивной горной вершины. «Ограничение во времени вызывало проблемы осуществлении режиссерских планов», отмечает Остерберри. «На тот момент у нас, наверное, работало примерно 50 человек на постройке, включая маляров и озеленителей. Ребятам, отвечающим за снег, пришлось прийти и засыпать все снегом за последние три дня. Поэтому задача была трудной, мы были зажаты в тиски сроками. Но все собрались и смогли выполнить все необходимое. В конце концов получились вполне впечатляющие декорации», добавляет Остерберри, «самым трудным было подобрать правильные деревья. Если декорировать деревьями из питомника, то они выглядят как рождественские елки. Высокогорные деревья все всклокоченные и тонкие, они пригибаются к земле и обдуваются всеми ветрами. В общем, выглядят они довольно специфично и люди даже не задумываются об этом, но связать это все воедино действительно сложно».

Вдобавок к использованию раскадровки, съемочная группа также использовала компьютерные пред-просмотры некоторых эпизодов боев, включая битву на горе возле палатки, где все могли видеть трехмерные воплощения персонажей, бегающих в виртуально созданных декорациях.
«Мы сделали полный предварительный просмотр места размещения лагеря и использовали его для усовершенствования битвы, но это в основном научило нас, как перемещаться в этом пространстве и извлечь из него пользу, и не смещаться постоянно из установленных декораций. Битвы были изменены в соответствии с ограничениями пространства», объясняет Хог. «Сет пребывает в обличье волка в этой сцене и нужно быть в состоянии сказать, сколько времени займет работа с ним, потому что он дорогой элемент. Предварительный просмотр занимает много времени, чтобы оформить все в компьютере, но как только вы начинаете просмотр, можно вносить изменения очень быстро и очень точно, но до этого много времени уже истрачено».

«Тяжелой частью является необходимость убедиться, что актеры, занятые в сцене понимают, как будет развиваться действие, и чтобы пред-просмотр помог им в этом, чтобы они осознали, где будут находиться волки, и что происходит в сцене, чтобы знать как реагировать», добавляет Годфри.
Это техническое средство помогает всем понять, чего они пытаются добиться в каждый конкретный день. «Я абсолютно уверен, что художник-постановщик, художник по костюмам и лично я находимся в одинаковом положении – мы пытаемся интерпретировать пространство, в котором происходит действие фильма, и мы должны быть точны в исполнении этого», говорит Хог. «Для меня подобная интеграция является частью того, каков аспект повествования истории для цифровых эффектов – нужно убедиться, что мы все вместе работаем над одним и тем же фильмом, мы все получаем похожие указания от режиссера, и мы все работаем в одинаковом ключе, для того, чтобы достичь того, что он хочет увидеть на экране».

«Этот эпизод финальной битвы на самом деле очень сложный – перемещение туда-сюда между горой и полем – и попытка дать всем актерам понять, откуда появляются волки», добавляет Годфри. «Один из Калленов швырнет новообращенного, а волк хватает его в воздухе, так что у нас есть тросы, для того чтобы правильно подвесить новообращенного. Но нужно быть совершенно уверенным в этом сложном моменте, какой кадр следует за каким, и точно знать, кто, что и когда делает, потому что может выйти несуразица».
Используется комбинация каскадеров, практических эффектов и визуальных эффектов для того, чтобы разместить в кадре вампиров и волков. «Используется большое количество снаряжения и приспособлений, но в основном у нас есть определенные исполнители, которых хватают, цепляют и бросают влево и вправо на тросах, закрепленных на оборудовании повсюду. На самом деле им не нужно много чего делать, потому что мы отправляем их туда, где им нужно находиться при помощи тросов», объясняет Стоунхем.

«Битва происходит непосредственно в поле, поэтому нигде нет точек крепления, поэтому нам пришлось привезти оборудование и снабдить его передвижными точками крепления повсюду. Это была сложная задача», добавляет Стоунхем. «Точки крепления – это точки отсчета. Если мне нужно переметить вас из точки А в точку Б, нам необходимо сделать упор на конкретную точку в воздухе, установить механизм свободного хода и отправить вас в полет. Поэтому, можно понять, что в огромном поле это очень сложно».

Самые замысловатые кадры в кадрах, где в работу вступает компьютерная графика, это такие, где, например, у вас есть один из героев, который швыряет новообращенного вдоль поля и тут внезапно выпрыгивает волк и выхватывает его из воздуха, как летающую тарелку», говорит Тихнер. «Каскадеры бросали новообращенных в воздух, а затем перенаправляли его на опору при помощи подъемника. В той же точке, волк и новообращенный становятся компьютерными. Например, во время съемок у нас был каскадер, становящийся в позу Да Винчи, а также мы киберсканировали всех актеров и каскадеров, чтобы обеспечить Типпета всеми виртуальными элементами, необходимыми для анимационной графической обработки».
Хог продолжает: «Киберскан – это сравнительно быстрый и недорогой способ точного получения подобной информации. Актер входит в аппаратную и все эти сканеры и приспособления работают подобно фотокопировальной машине. Из них практически делается 3D модель».

«Но задачей номер один для визуальных эффектов является поддержка того, что исполняют актеры в повествовании. Мы пытаемся дать максимальное количество информации по текущему дню, чтобы они не относились к месту, где должен находиться оборотень, как к пустому участку», говорит Тихнер. «Мы используем различные средства, чтобы они могли почувствовать момент единения в этот день с этим невидимым созданием».
Постановщик драк Джонатан Эусебио отвечал за разработку драк и тренировку исполнителей для безопасного исполнения различных боев.

«Джонатан отличный постановщик драк, он работал с Э.Г. и нашим постановщиком трюков Джоном Стоунхемом, чтобы соединить визуальный ряд в момент драки вампиров с волками. Мы старались оградить их от боевых искусств», сообщает Годфри. «Правда в том, что это сверхъестественные существа, поэтому задумка должна быть великолепной. Мы все время настаивали на большей сложности трюков с тросами, на более мощных бросках, и большем количестве ударов. Если я брошу вас, вы пролетите фут, если Райли бросает Эдварда, он должен пролететь через всю сцену».

«Дэвид действительно пытался все усложнить, было важно, чтобы все выглядело цельно», добавляет Стоунхем. «Когда мы бросаем людей в воздух, они очень мощно падают на землю. Мы бы не хотели делать это снова и снова и снова. К сожалению, часто нам приходилось повторять эти падения, потому что в съемку подобных сцен вовлечено слишком много элементов. Это было сложно, но для этой битвы приходилось впечатывать людей в землю снова и снова. Мы немного хитрили и прятали маты где только можно их было разместить.
«Мы работаем с визуальными и специальными эффектами, чтобы совместить все», говорит Эудебио. «Для каждого из Калленов были разработаны индивидуальные удары для драк, а для волков специальная хореография. Они тоже работают с новичками, поэтому приходилось прибегать к визуальным эффектам. Для драк мы также должны были провести физическую подготовку каскадеров, актеров и дублеров».
Эусебио и Стоунхем плотно работали с визуальными эффектами на стадии планирования, решая, какой отдел будет ответственным за каждый элемент задумки.

«Они четко говорят нам, что они хотят, и мы даем им что-то подобное. Вместе мы создали отличную атмосферу. Главное с компьютерными волками – это предоставить начало для визуального эффекта – захватывая кого-то из сцены, тряся их, чтобы это выглядело так, словно кто-то действительно хватает, кусает и швыряет их. Для визуального эффекта на определенной стадии легко начать работу, но мы предоставляем им все что можем для начала».
Эусебио добавляет: «Экшн это экшн. Мы просто должны быть связующим звеном. Мы разговариваем о том, что необходимо для сцены и как мы этого достигнем».
«Я разрабатываю стиль драки для каждого персонажа, который будет ее выполнять», говорит Эусебио. «Карлайл и Эсми всегда дерутся вместе. Келлан крупный парень, поэтому его движения больше основаны на силе, движения Элис больше основаны на проворности, Джаспер имеет большой опыт, а у Розали немного больше внимания уделяется позе. Эдвард самый быстрый. Когда я разрабатываю любую драку, я придумываю хореографию для двух вещей – способностей актеров и того, что бы сделал их персонаж».

«Каллены немного больше контролируют себя, а новообращенные бесконтрольны», добавляет Стоунхем. «Они находятся в голодной лихорадке, так что они более неуправляемы. Очевидно, что Райли единственный, кто немного больше контролирует себя, и он пытается контролировать и их. Надеюсь, вы почувствуете эту тонкую разницу».
«Новообращенные еще неопытны и пока не совсем контролируют свои чувства и способности. Когда они видят что-либо, они сильно сосредотачиваются на этом. В отличие от Калленов, у которых есть стратегия», добавляет Эусебио.

«Мы имеем дело с персонажами, которые не являются людьми, поэтому нам необходимо расширить их способности в реальном мире. Единственный способ это сделать – это визуальные эффекты либо какое-либо приспособление с помощью тросов», говорит Эусебио.
«Здесь вовлечено так много работы с тросами, и также был момент, когда каскадер садился на пневмоподъемник и летел самостоятельно по воздуху», добавляет Стоунхем. «Но большая часть трюков проводилась на тросах, поэтому команде, работающей над визуальными эффектами, придется поработать над устранением тросов с экрана».

«Несколько приспособлений с тросами могут помочь им выглядеть супер сильными», комментирует Эусебио. «Мы проверяем все в спортзале, а затем, для большей безопасности, еще раз проверяем все на местности в ситуации реальной жизни. Самое сложное это сделать, так, чтобы все выглядело естественно, как будто без тросов – чтобы выглядело наиболее органично, не как подделка».
«Тренировка боев была большой частью успеха в эпизодах с боями в Затмении», говорит Слэйд. «В этом фильме, наверное, больше всего боевых сцен из всех трех фильмов. Мы никогда не делаем ничего опасного, поэтому мы тренируем наших актеров до степени, когда они уже еле могут ходить, чтобы большая часть из них могла делать свои трюки самостоятельно. У нас были великолепные постановщики трюков и невероятный состав каскадеров-дублеров, которые делали некоторые трюки, но большинство главных персонажей выполняли многие трюки самостоятельно».

Актеры, играющие семейство Калленов начали твои тренировки в Ванкувере за пять недель до начала съемок, полюс продолжали их почти каждый день во время съемок, если позволял график. Роб Паттинсон, Брюс Даллас Ховард и Хавьер Самуэль также тренировались дополнительно перед и между работой камеры, также поступали и исполнители трюков, играющие 20 вампиров-новообращенных. Актеры чередовали дни тренировок в обычном спортзале со специализированным тренингом по дракам с командой каскадеров Эусебио, они начали с отработки основных движений, используемых в хореографии боя. Вдобавок к основному тренингу по весу и силе, и также работе в спортзале, актеры также работали с тренером по бегу для поддержания формы.

Приседания и наклоны помогали в подготовке к движениям с прогибами в боях.
 «Если они не перед камерой, то значит, они занимаются и тренируются», говорит Эусебио, «Мы работали с ними довольно много каждый день по несколько часов. Эти ребята усердно тренируются».
 В студии по разработке боев для подготовки актеров применялись разминки, основанные на хореографии. Движения были смесью СБИ (смешанных боевых искусств), танца, гимнастики и цирковых элементов. Работа на тросах и трюки с элементами боевых искусств также были включены в режим. Тренеры по борьбе используют термин Капоэйра, что означает Афро-Бразильскую форму искусства, которая совмещает в себе элементы боевых искусств, игр, музыки и танца. Многие поворотные движения использовались для улучшения физподготовки и непосредственно для боев.

«В тренировках должен был происходить прогресс. Это двойной процесс – сначала вы приводите их в форму посредством физических нагрузок. Затем вы начинаете разучивать множество движений и интерактивных спаррингов, которые будут применяться в боевой хореографии, которую они будут разучивать позже», объясняет Эусебио. «Мы приводим их, занимаемся растяжкой, учим их как наносить удары на камеру и приводим их в физическую форму при помощи многократного повторения движений, таких как широкие удары и низкие позы в положении сидя. Мы помогаем им чувствовать себя комфортно при помощи отработки многих ударов. Я максимально придираюсь к исполнению по мере отработки движений. К тому времени, как они будут играть перед камерой, тренировка должна быть намного интенсивнее, чем съемки настоящих сцен».

 «Моя команда снимает много видео с концептуальными идеями для каждого персонажа, и мы показываем это актерам перед тренировками», добавляет Эусебио. «Это вдохновляет актеров, потому что они хотят выглядеть, как каскадеры на видео. Если это их развлекает, то становится проще работать».
«Они молоды и довольно спортивны. Брюс и Хавьер были абсолютно готовы к этому. Хавьер также довольно легко освоил паркур, так что я был впечатлен Хавьером», отмечает Эусебио.
 «Мы на самом деле использовали физические особенности паркура – технику скалолазания и прижков, а также приземлений», добавляет Эусебио. «Хочется оставить это в наиболее сыром виде, не рассчитывая на монтаж, способности камеры либо визуальные эффекты. Нельзя скрывать человеческое исполнение».

«Я не знаю, действительно ли актерам понравились тренировки», смеется Стоунхем. «Но я думаю, что они втянулись. Во врем съемок мы много времени проводили на природе, снимая драки под дождем и в грязи, поэтому они закалились за время съемок».
Вдобавок к декорациям заснеженного лагеря на вершине горы, съемочная группа построила вторую по размерам тщательно продуманную декорацию: фамильную резиденцию Калленов.
«В Сумерках дом Калленов был настоящим домом недалеко от Портленда, он располагался в очень милом районе, очень скромном, на границе с лесом. Для Новолуния и Затмения мы знали, что будем в основном снимать в Ванкувере, поэтому нам бы пришлось попробовать найти подобие домов, которые изначально снимались в Портленде», объясняет Баннерман. В Новолунии требования к дому Калленов были довольно просты – гостиная характерного вида и кабинет Карлайла. Так что мы смогли снять эти сцены в реальном доме в Западном Ванкувере, который вмещал в себе интерьер, архитектурно напоминающий внутреннее убранство в доме в Портленде».

«Теперь вернемся к Затмению, в котором примерно 15 страниц сценария посвящены съемкам внутри и снаружи дома Калленов – включая крупную вечеринку выпускного бала. Поэтому мы приняли решение построить сооружение на площадке. Дом от пола до потолка состоит из стекла, поэтому нам также пришлось построить внешний фасад плюс ландшафт, подъездная дорожка и окружающий лес», говорит Баннерман.
«Копируя оригинальный дом в Портленде – и элементы дома в Западном Ванкувере, которые мы видели на экране в Новолунии – на площадке, мы смогли позволить себе немного свободы и гибкости для правдоподобной игры сцен у переднего входа, на крыше, и на фоне вида с каждого этажа. Мы построили дом точно такого же размера, в деталях повторяющий кедровую крышу под выступами, тиковые брусья на крыше… максимально похоже», добавляет Баннерман. «Если бы владельцы оригинального дома в Портленде зашли в этот дом, они бы поразились тому факту, что их дом вдруг находится в другом здании. Но он предоставляет нам все, что нам необходимо снять во всех эпизодах, чтобы фанаты почувствовали, что они находятся именно в том же доме, что и в Сумерках, без тени сомнения. На самом деле, это тот же дом, но в 300 милях к северу от оригинального местоположения».

«Этот проект был очень интересным с точки зрения дизайна из-за предыдущей истории», заявляет художник-постановщик Пол Остерберри. «История начинается в книге Стефани – они очень подробно описывает различные места и цвета. Затем, конечно же, интерпретация Кэтрин Хардвик, показавшая отличную картину в первом фильме. Когда съемки переехали в Ванкувер, художник-постановщик Дэвид Брисбин и его команда были вынуждены восстанавливать разные вещи из первой картины для режиссера Криса Вейтца. Затем появились мы с Дэвидом и унаследовали все это. Так что все это имеет достаточно запутанные корни, но это было довольно забавно, на самом деле это чем-то было похоже на археологию. Нужно копать к истокам первого и второго фильма, а затем поставить свою отметку на этом».

Понадобилось примерно 8 недель, чтобы построить дом Калленов. «Мы нашли самую большую из всех возможных площадок и пытались понять, как мы можем втиснуть дом в нее. Высота от пола 17 футов, это скорей всего самые высокие декорации, которые мне пришлось строить для съемок. Люди не были особо счастливы от того, что им придется тащить все на вершину», смеется Остерберри.

«Мы бы не стали стоить его таким высоким, но мы были вынуждены из-за трех этажей окон с видом на лес».
Фанаты узнают отрывки из первых двух фильмов, такие как гобелен, сделанный из градуированных тканей. Остерберри говорит: «Нам пришлось воссоздавать множество вещей, которые были уже не доступны. Изготовить некоторые было довольно сложно и дорого».
«У Калленов хороший вкус и безграничные финансовые возможности», добавляет Остерберри. «Я решил, что Эсми любит вещи из Азии, так что вы увидите некоторые японские принты. У них много современных скульптур. Обычно мы можем взять в аренду много предметов искусства и мебели. В случае с Затмением, знаю что скорее всего выйдет еще один фильм после этого, мы могли либо купить все, либо получить письменную гарантии. Того, что мы сможет взять в аренду все эти вещи снова для будущих съемок. Это было довольно проблематично, потому что это ограничивало вещи, которые мы могли бы получить, и уже не приходилось выбирать. Также нам пришлось покупать предметы искусства, а не брать их в аренду за 10% от стоимости. Нам пришлось оплачивать все полностью».

«Я объяснил команде декораторов, что из-за истории Калленов, в доме присутствуют пласты из различных культур. Это как иметь старые фамильные артефакты в старинной семье, насчитывающей много поколений. У них старая мебель смешивается с современной. У них есть Африканские вещи, милое японское дерево бонсай, и несколько китайских стульев. Такой вот эклектичный микс. На протяжении столетий они покупали вещи в различных местах и собирали их в доме», говорит Остерберри.
После съемки часть гостиной была переоформлена в спальню Эдварда и один из предметов мебели будет особенно интересен фанатам. «Сцены в спальне – довольно серьезное дело. Когда я искал вдохновения для кровати Эдварда, я подумал о стиле Артс и Крафтс», комментирует Остерберри. «Он из начала 20 века, поэтому я проверил, что модно было в то время. Но так как кровать была сконструирована в настоящее время, то это частично современный вариант Артс и Крафтс и мебели стиля Ар Нуво. Я придумал, что Эдвард создал ее сам, поэтому над кроватью в его комнате есть небольшие наброски. У Эдварда много свободного времени, и он талантлив, он сделал ее для своей любимой Беллы».

«Часто у нас появляются креативные решения, в которых мы не уверены, и тогда мы обращаемся к Стефани, потому что она создала этот мир. Мы спрашиваем ее о таких вещах, как цветы, мелкий реквизит, украшения, что очень важно для Стефани», говорит Остерберри. «Кровать действительно исключительная, которая получила ее одобрение, чтобы убедиться в том, что мы соответствуем ее видению».
«Самая большая сложность с домом Калленов было то, что его нужно было разбирать крайне осторожно, потому что он отправляется на склад до следующего фильма», объясняет Остерберри. «Самыми важными для хранения вещами стали архитектурные детали: окна, двери, мебель, камин, ступени и перила, плюс оформление площадки. Ступени лестницы довольно дорогие и занимают много времени. Все особые детали небольших размеров мы можем хранить в контейнерах и собрать их ханово при необходимости».

Для дома Беллы, Джейкоба, школы, а также лужайки Эдварда и Беллы, съемочная группа вернулась для съемок в те же места, что и в «Новолунии». Две сцены на лужайке возвращаются в «Затмение». Съемочная группа приобрела 75000 цветов, 15 человек сажали цветы, они снова сделали лужайку волшебным местом для двух юных влюбленных.

«Мы начинаем фильм в единственной святыне, которая есть у Эдварда и Беллы», объясняет Слэйд. «Эта лужайка является символичным и идилличным местом. Поэтому мы хотели изобразить начало немного похожим на сон. Все идеально сейчас, так идеально, что можно просто летать по воздуху. Мы снимали сквозь цветы, так что они были частью композиции. Идея была в том, что лужайка и цветы как бы являются персонажем, и они перекликаются с нашими главными героями. Это место, где ощущается безопасность, так что когда мы после возвращаемся на лужайку, мы опять чувствуем себя в безопасности. Мы в том же месте, но эти люди стали гораздо более сложными по ходу фильма. Поэтому, в конце мы уже не смотрим сквозь цветы, мы просто смотрим сверху на них, и они немного другого цвета. Картинка более изысканная. Окружающая обстановка в этом случае персонаж. Еще что можно сказать про сцену на лужайке, это то, что она была в начальных планах, поэтому мы смогли ее отрепетировать и я думаю, что это было важно, потому что это была такая сильная и эмоциональная сцена. Роб и Кристен действительно помогли, тренировались ее играть и хорошо отработали в кадре. Мне кажется она вышла очень неплохо».


 Лужайка – одно из немногих мест, где аудитория опять увидит сияние вампира, так четко описанное в книгах. Опять же, визуальные эффекты добавят эффект сияния при монтаже фильма. «Стефани говорит, Эдвард сияет как бриллиант. Когда Дэвид и я встретились в первый раз, мы говорили о том, как мы себе это представляем», вспоминает Хог. «Мы оба очень быстро согласились, что это метафора, показывающая его душу и солнечный свет показывает нам, кто он есть на самом деле. Эдвард заявляет, что у него нет души, но на самом деле, когда чистый дневной свет озаряет его, он еще более нереально прекрасен».

Прекрасный регион Ванкувера предоставил нам много различных мест для показа современных Флориды и Сиэтла, а также историй прошлых веков: квилиутскую деревушку в 1750 году, Рочестер и Нью-Йорк 1933 года и Техас 1800го. «Э.Г. выезжал из города и снимал на огромных территориях, где они снимали Непрощенный в центральной части Британской Колумбии», говорит Слэйд. «В таких масштабных проектах, как Затмение, со всеми массивными эпизодами битв и флешбеками в различные периоды времени, нужно разбить действие на маленькие кусочки, и продумать каждый маленький кусочек максимально детально. Тогда с каждым куском можно справиться», -комментирует Слэйд. «Мы использовали три разных места, для того, чтобы воссоздать эпизод Розали в Рочестере в 1933 году», объясняет художник-постановщик Пол Остерберри. «Сады ван Дусен, прекрасные ботанические сады подошли для ее прогулки в парке с Ройсом.

Удивительно, что могут сделать костюмы и машины того времени. Мы также использовали внешнюю часть галереи искусств Ванкувера, а также отель Фейрмонт Ванкувер, располагающийся по соседству. Оба здания необходимого временного периода – между 1929 и 1939 годами. У нас было 13 красивых винтажных машин, чтобы наполнить улицу. Сложной задачей было найти отель, похожий на отель того времени, который не был обновлен. 14 этаж в Отеле Ванкувер очень напоминает 1930 год. Нас пришлось сделать только незначительные изменения, чтобы снять нашу сцену, также мы добавили мебель стиля Ар Деко».

«В теории оба фильма снимались один за одним», объясняет сопродюсер Билл Баннерман. «Пока Крис Вейтц занимался монтажом «Новолуния», Дэвид Слэйд начал приготовления к «Затмению», так что по большому счету мы сохранили большую часть команды и инфраструктуру, так что машина по производству фильма была практически той же. Два совершенно разных режиссера, два совершенно разных мира, и два совершенно разных фильма».
 «Тем не менее, самое лучшее, от чего выиграли оба фильма, что с начала до конца присутствовала целостность, и все смотрели на два фильма, как на единое целое», добавляет Баннерман. «Было ощущение поддержки в создании этого места, где оба режиссера могли сосредоточиться на креативных решениях, которых требовали их сценарии.

Была большая динамика, и я думаю, что это пошло на пользу киносерии. Многие люди, вовлеченные в технические должности проекта, знали книги и они были рады возможности следить за развитием действия глав, и помогать созданию».

Главный оператор Хавьер Агирресаробе и художник по костюмам Тиш Монаган были руководителями отделов при работе над обоими фильмами. «Хавьер Агирресаробе самый прекрасный человек на свете», заявляет Слэйд. «Большинство команды отдали свои голоса за то, чтобы назвать его человеком, наиболее часто улыбающимся в любых обстоятельствах. Даже в Черную Пятницу, когда все были недовольны, Хавьер выглядел очень счастливым. Работать с ним – это большая честь, потому что он один из самых прославленных и авторитетных кинематографистов, и мне очень нравится наблюдать за работой мастеров вроде него».

«Затмение вовсе не похоже на Новолуние, потому что это разные истории, поэтому мы с Хавьером решили использовать другие принципы работы с освещением и камерой», сообщает Слэйд. «Это прекрасно, когда предоставляется возможность работать с человеком, который согласен сохранять твой стиль работы. Он понимает, что у тебя есть четкая картина того, что ты собираешься сделать, и готов помочь тебе и улучшить эту картинку для тебя. Хавьер один из таких людей – прекрасное создание с таким техническим багажом и эмоциональным потенциалом, который он вкладывает в свою работу, что просто иметь его в своей команде очень хорошо.

Он настраивает всех на хороший лад. Одной из многих причин, почему я хотел заполучить его из Новолуния, было не желание сохранить стиль фильма, а стремление работать с кем-то, у кого есть такой огромный опыт работы. Я рад, что научился многому у Хавьера, и благодарен ему за это».

Художнику по костюмам Тиш Монаган очень понравилось работать с новым режиссером.
«Когда я первый раз встретилась с Дэвидом Слэйдом, у нас состоялся прекрасный разговор о персонажах, особенно о Калленах и Виктории. Я представила ему настоящую палитру, но также хотела услышать, какие у него есть просьбы. Мне кажется, что режиссеру намного сложно начинать третий фильм и пытаться поставить штамп на вещи, потому что мы работаем с теми же персонажами в большом количестве».
 «Самым большим заданием для меня у Дэвида была армия новообращенных и Райли», вспоминает Монаган. «Он четко хотел разделить два мира – Калленов и новообращенных, поэтому в финальной встрече Каллены в основном все в одежде черных, серых и древесных цветов; новообращенные все в земляных тонах с яркими акцентами. Мы также обсуждали типы людей, которые станут новообращенными – сильные, здоровые, молодые люди, которых можно найти на улицах Сиэтла».

Монаган и ее команда создали новые ключевые вещи для гардероба персонажей, включая пальто для Виктории. «Вся одежда Виктории выполнена в земляных тонах, чтобы подчеркнуть не только ее дикую и животную натуру, но также, чтобы отделить ее от Калленов. Мы использовали немного кожи в ее одежде. Для меня было очень приятно использовать что-то, придумала я, а не то, что было куплено со склада. Она очень сексуальный модный вампир, и я хотела подчеркнуть это в ее одежде. Но у нас на площадке было много работы с тросами, борьбой и катанием по земле, так что я всегда должна помнить о смягчении и крепежах для трюков».

«Также очень приятно работать с различными эпохами. Мне пришлось работать с вампирами времени Гражданской войны, плюс испанский путешественник и испанская вампирша из 1700 года», вспоминает Монаган. «Мы провели 6-7 недель изготавливая около 50 костюмов для индейцев с Тихоокеанского Северо-запада 1750 года. Мы использовали основное покрытие и украшали его различными накидками и формами, которые мы обнаружили, проводя исследование. Мы пробовали имитировать одежду из кедровой коры. У нас был доступ ко многим музейным экспонатам, которые были найдены в раскопках, и я много обсуждала костюмы с антропологами и археологами». Все детали были продуманы. «Три человека у меня делали украшения», добавляет Монаган. «Мы уехали очень далеко и купили крупные морские раковины. Они раздробили раковины на крошечные квадратные кусочки и просверлили в них отверстия, чтобы мы могли представить несколько ожерелий, которые мы видели в справочниках музея».

«В съемочном процессе много внимания уделяется прошлому Джаспера и Розали. Для меня это было очень интересно», говорит Монаган. «Для Розали мы изготовили два плаща, с отлетающими пуговицами и потрясающее свадебное платье 1930 года со шлейфом и фатой длиной 14 футов. Она промчалась по коридору с использованием специальных вентиляторов, при помощи которых шлейф и фата летели за ней».
«Мне повезло с развитием персонажа Розали, потому что оттуда я могла взять какие-то элементы и привнести их в современный мир, чтобы отразить ее характер», добавляет Монаган. «Розали всегда была для меня немного загадкой. Но увидев ее жизнь в 1930 году, у меня сразу появились идеи, как подчеркнуть ее в современном мире и связать ее с прошлым».

Вся съемочная группа чувствовала свою ответственность перед фанатами во время производства «Сумерки. Сага. Затмение». «Вселенная «Сумерек» совершенно уникальна. Я не могу вспомнить что-либо подобное», говорит Слэйд. «Этот феномен настолько огромен и совершенно не такой, как вы того ожидаете, что нельзя провести параллели с чем-либо еще. Я начал снимать этот фильм, не совсем понимая это. В какой-то степени, он еще не достиг критической массы. Я не думаю, что никто из съемочной группы не может быть полностью готов к подобному фильму. Когда я обсуждал возможность работы над Затмением, но Новолуние еще не вышло, мы понимали, что это огромный проект. Но после выхода Новолуния, оно просто взорвало аудиторию в таком масштабе, которого я не мог себе представить».

«Мой опыт с фанатами был разнообразен – от абсолютно пугающего до совершенно благодарного. Встреча с фанатами была очень милой, кроме момента, когда я действительно испугался. И это была моя вина, потому что я не знал, стоит ли мне бежать», - смеется Слэйд.
«Во время съемок Ванкувер оккупировали подростки из Америки со всех частей света. Места, где останавливались актеры, были шокирующим образом на 100% заполнены фанатами» - смеется Годфри - «По моему личному мнению, актерам следует очень осторожно ходить по улицам. С позиции съемок, когда мы ехали на работу, мы включали радио и слышали, что мы снимаем в Кокитламе. И когда мы добирались до места, люди держали таблички с надписями вроде «я умру, если не увижу Каллена». Они могли сделать все что угодно, чтобы добраться до Тейлора, Роба, Кристен и Калленов, чтобы остановить их и взять автограф. Что в этом хорошего, так это постоянное напоминание, что на тебе лежит ответственность делать все по высшему разряду, потому что они все будут ждать выхода фильма».

«Были моменты, когда мы в последний момент меняли место съемок из-за погоды, и все равно на новом месте стояли фанаты, когда мы туда приезжали», добавляет Баннерман.
«Это самоотверженные фанаты и они заслуживают первых рядов в кинотеатре, потому что они держатся до конца. Это не похоже ни на один другой фильм, с которым я работал, эта непрекращающееся внимание фанатов, 24 часа в сутки 7 дней в неделю, с начала и до конца. Это все еще продолжается и не закончится, пока не будет снята последняя серия киносерии».
«Так как эта книжная серия Сумерки собрала таких ярых фанатов, мы должны прорабатывать все мельчайшие детали, написанные в романах, когда мы строим декорации», добавляет Остерберри. «Стефани часто пишет об определенных цветах. Например, при украшении выпускной вечеринки в доме Калленов присутствуют красные и пурпурные мерцающие огни. Мы все это сохраним в наших декорациях. Я уверен, что фанаты будут возмущены, если мы не будем включать в фильм подобные вещи».

«Надеюсь, что фанаты почувствуют, что мы остались верны книге», комментирует Розенберг. «Есть много вещей, которые были изменены и сжаты и пересортированы, но я думаю, что фильм максимально приближен к книге – самый приближенный к книгам по эмоциональному ощущению. Я думаю, фанаты порадуются тому, как фильм движется дальше в мифологию, даже больше, чем книга.

Плюс, в Затмении, наибольшее количество боевых сцен из всех трех фильмов, и я думаю, что ребята будут заинтригованы ставками не на жизнь, а на смерть. Эпические крупные битвы были сняты при помощи действительно великолепных трюков и спецэффектов. Фильм все больше и больше совершенствуется».


Непосредственные съемки фильма «Сумерки. Сага. Затмение» закончились ранним утром 29 октября 2009 года.

Информация предоставлена официальным дистрибьютором в Казахстане компанией «МЕЛОМАН».

Загрузка...

X Закрыть