В Сеуле Глава государства предложил удвоить товарооборот, подготовить Комплексную программу торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества на 2027-2030 годы и отдельную Дорожную карту промышленной кооперации, передает Caravan.kz.
Сегодня совместный портфель Казахстана и Кореи включает 51 проект на сумму свыше 4 млрд долларов. Общий объем прямых корейских инвестиций превысил 12 млрд долларов, в Казахстане работают более тысячи компаний с корейским капиталом. Новая повестка охватывает локализацию производства, критические минералы, энергетику, искусственный интеллект, Alatau City, медицинские технологии и Средний коридор. О том, почему Казахстан приобретает особое значение для долгосрочной стратегии Сеула в Центральной Азии и как двустороннее партнерство может перерасти в более широкую евразийскую модель сотрудничества, рассказывает профессор Университета Ханьян, президент Корейского института евразийской политики Ом Гу Хо.
– Президент Токаев предложил корейским компаниям рассматривать Казахстан не только как рынок, но и как производственную и технологическую платформу для Центральной Азии. Сегодня обсуждаются локализация, экспорт на третьи рынки, Alatau City и новые инфраструктурные проекты. Почему Казахстан занимает особое место в долгосрочной стратегии Кореи в регионе?
– Казахстан фактически выполняет функцию одного из ключевых хабов сотрудничества Кореи с Центральной Азией. И речь сегодня идет значительно шире простой торговли.
Во-первых, существует большой потенциал совместной работы в производстве, высокотехнологичных отраслях и инфраструктуре. Во-вторых, географическое положение Казахстана позволяет Корее расширять экономические и логистические связи одновременно с Центральной Азией и Европой. В-третьих, страна может выступать базой для корейского промышленного производства и дальнейшего экспорта.
Нынешний визит хорошо показывает, как эта модель наполняется конкретным содержанием. Казахстан предлагает не просто разместить корейские предприятия, а углублять локализацию и создавать полноценную производственную экосистему. Уже представлены проекты по выпуску автокомпонентов для Hyundai и Kia, развивается местное производство электроники, обсуждается выход продукции на третьи рынки.
Поэтому курс Президента Токаева на локализацию и технологическое партнерство представляется перспективным. Казахстан постепенно формирует условия, при которых корейский бизнес сможет использовать страну не только как рынок сбыта, но и как производственную площадку для более широкого евразийского пространства.
Дополнительным преимуществом остаются корё-сарам, которые укрепляют взаимное доверие и создают прочную человеческую основу двусторонних отношений.
– Токаев предложил модель «ресурсы – технологии – промышленность» для сотрудничества в сфере критически важных минералов. Параллельно развиваются производство автокомпонентов, медицинского оборудования, дронов и новые энергетические проекты. Насколько такой подход способен изменить характер казахско-корейского сотрудничества?
– Такая модель способна вывести отношения на качественно новый уровень. Казахстан обладает значительной ресурсной базой и одновременно стремится диверсифицировать экономику. Южная Корея, в свою очередь, имеет сильные позиции в высокотехнологичном производстве и переработке.
Поэтому особенно важно, что речь идет уже не только о поставках сырья. Формула «ресурсы – технологии – промышленность» предполагает движение дальше по цепочке добавленной стоимости. Создание в Алматы Центра технологического сотрудничества в сфере редких и редкоземельных металлов показывает, что стороны намерены соединять ресурсную базу с исследованиями и последующей промышленной реализацией.
Та же логика прослеживается в автомобилестроении. Казахстан развивает не только сборку автомобилей Hyundai и Kia, но и производство компонентов. Это важный этап формирования собственной индустриальной базы.
Особенно перспективным остается цифровое направление. Электронное правительство, Alatau Smart City, подготовка специалистов по кибербезопасности и искусственному интеллекту, оборудование для центров обработки данных, выход корейских IT-компаний через Astana Hub – это сферы, где корейская конкурентоспособность и потребности Казахстана совпадают наиболее очевидно.
В этом смысле политика Казахстана выглядит последовательной: привлечение капитала связывается с технологиями, локализацией и созданием новых компетенций внутри страны.
– В Сеуле Президент заявил о намерении превратить Казахстан в главный вычислительный центр Центральной Азии. Отдельно были обозначены «Долина ЦОДов», искусственный интеллект, микроэлектроника и сотрудничество с корейскими технологическими компаниями. Почему цифровая сфера может стать одним из наиболее сильных направлений партнерства?
– Именно здесь существует наиболее очевидная взаимодополняемость. Южная Корея обладает передовыми технологиями, а Казахстан уже формирует собственную цифровую инфраструктуру и заинтересован в ускоренной модернизации.
Перспективны электронное государственное управление, интеллектуальная городская инфраструктура, кибербезопасность, искусственный интеллект и центры обработки данных. На этом фоне планы Казахстана развивать крупную экосистему ЦОДов и позиционировать себя как вычислительный центр Центральной Азии создают новые возможности для корейского технологического бизнеса.
Но особенно важно, что Президент Токаев связывает этот процесс с развитием человеческого капитала. Южная Корея сама является ярким примером государства, которое обеспечило быстрый экономический рост благодаря инвестициям в образование и профессиональную подготовку.
Поэтому наиболее перспективная модель – не просто закупать технологии и оборудование, а совместно готовить специалистов. Создание в Казахстане первого Института искусственного интеллекта совместно с корейским университетом хорошо соответствует такой логике.
Если параллельно развивать инфраструктуру, исследования и кадры, Казахстан сможет постепенно переходить от роли потребителя зарубежных решений к роли самостоятельного технологического центра региона. Именно такой подход делает нынешнюю модернизационную политику особенно перспективной.
– Транспорт и логистика стали одной из центральных тем визита. Токаев призвал Корею активнее участвовать в Среднем коридоре. Обсуждаются порты Актау и Курык, региональные аэропорты, логистические центры и создание совместного предприятия для новых проектов. Как Вы оцениваете роль Казахстана в корейской стратегии связности с Евразией?
– Казахстан занимает здесь принципиально важное положение. Страна является центральным звеном Среднего коридора и одновременно участвует в крупных многосторонних объединениях, включая ЕАЭС и ШОС.
Поэтому значение Казахстана выходит далеко за пределы Центральной Азии. Через его территорию Корея получает дополнительные возможности для развития экономических и логистических маршрутов в направлении Европы и других частей Евразии.
Сегодня это преимущество получает конкретную инфраструктурную основу. Казахстан инвестирует в железные и автомобильные дороги, морские порты, терминалы и аэропорты. Участие KIND, которая уже имеет опыт реализации БАКАД, а теперь рассматривает проекты в Актау, Курык и региональных аэропортах, показывает практический интерес Кореи к этой инфраструктуре.
Важным является и предложение Президента Токаева создать совместное предприятие для продвижения логистических проектов и транзита корейских грузов.
Современный Средний коридор – это уже не просто маршрут движения товаров. Это инфраструктура, цифровое управление цепочками поставок, промышленные площадки и доступ к рынкам. Поэтому сочетание транспортного положения Казахстана и технологических возможностей Кореи способно превратить коридор в более широкую экономическую платформу.
– Казахстан проводит многовекторную внешнюю политику, а Президент Токаев последовательно расширяет сотрудничество с ведущими азиатскими экономиками. Может ли казахско-корейская модель стать основой более широкого взаимодействия уже в формате C5+Корея?
– Именно здесь открывается одна из наиболее интересных перспектив. В условиях растущей геополитической конкуренции страны Центральной Азии стремятся расширять круг внешних партнеров и избегать чрезмерной зависимости от какого-либо одного центра силы. Южная Корея традиционно воспринимается в регионе позитивно, как надежный партнер, который не требует исключительного политического выбора и несет сравнительно низкий риск геополитической зависимости.
Казахстан особенно хорошо соответствует этой модели благодаря прагматичной многовекторной политике. Подход Президента Токаева позволяет развивать отношения с различными мировыми центрами и одновременно использовать эти партнерства для экономической модернизации страны.
Причем Казахстан уже предлагает Корее практическую региональную платформу: промышленное производство с выходом на третьи рынки, критические минералы, Средний коридор, Alatau City, цифровую инфраструктуру и человеческий капитал. Это делает двусторонний опыт потенциально значимым уже для всей Центральной Азии.
Поэтому первый саммит C5+Корея важно превратить в устойчивый механизм, а не оставлять разовым событием. Необходимы инструменты контроля реализации договоренностей лидеров и постоянная институциональная основа.
Особенно перспективным направлением может стать образование и профессиональная подготовка. Для Центральной Азии, которая стремится диверсифицировать экономику и проводить цифровую трансформацию, корейский опыт представляет большую практическую ценность.
Если политическое доверие дополнить конкретными промышленными, образовательными и технологическими проектами, формат C5+Корея способен стать реальным механизмом взаимного развития, а Казахстан – одной из ключевых опор этого сотрудничества.