Однако официальные ответы профильных ведомств указывают — оснований для пересмотра торговой политики РК на данном этапе нет, передает NewTimes.kz.
Министерство торговли и интеграции сообщает, что в открытых источниках США отсутствует какой-либо правовой акт, вводящий упомянутую пошлину. В отсутствие юридически оформленных параметров меры — списка стран, категорий товаров и условий применения — говорить о ее прямом воздействии на казахстанско-американские отношения преждевременно.
При этом внешнеторговые данные демонстрируют: экономические связи Казахстана с Ираном относительно ограничены. За январь-ноябрь 2025 года товарооборот составил 396,1 млн долларов, что эквивалентно 0,3% от общего объема экспорта и импорта РК. Основные позиции казахстанского экспорта в Иран — ячмень (201,1 млн долларов), пшеница, хлопковое волокно и сушеные бобовые. В импорте преобладают молочная продукция, полимеры этилена, пластмассовые листы и фрукты.
Торговля с США имеет значительно больший масштаб — товарооборот за тот же период достиг 2,8 млрд долларов, включая экспорт на 0,9 млрд и импорт на 1,9 млрд. Казахстан поставляет в США нефть, уран, серебро и ферросплавы, а американская сторона обеспечивает поставки авиационной техники, автомобилей, турбин и фармацевтической продукции.
МИД Казахстана подтверждает, что кроме публичного заявления Трампа, никаких официальных уведомлений американской стороны Астана не получала. Министерство осуществляет мониторинг ситуации, однако подчеркивает отсутствие формализованных решений США, которые могли бы изменить условия торговли.
Таким образом, с точки зрения текущих данных, риски для Казахстана остаются минимальными. Объем и структура торговли свидетельствуют, что внешнеэкономическая ориентация РК значительно сильнее связана с Соединенными Штатами, чем с Ираном. В этих условиях какие-либо изменения могут обсуждаться только после появления официального нормативного акта, которого пока нет.