Не правда ли, есть к чему стремиться?! Совершенствовать мастерство. Выкладываться до последнего нерва каждый вечер на сцене. Жить и умереть в театре!
Недавно в Карагандинском русском драматическом театре имени К. Станиславского прошла сдача спектакля “Три сестры”. Обычно это рабочий момент, в зрительном зале присутствуют комиссия, пара-тройка журналистов… Главный праздник – это премьера. Но приглашенный московский режиссер не мог оставаться в нашем городе до премьеры и очень хотел видеть реакцию зрителей. И на сдачу пригласили всех желающих. В зрительном зале в тот вечер не было свободных мест. Но очень ошибается тот, кто думает, что причиной аншлага был бесплатный вход.
Драматургия Чехова сложна. В ней мало действия, много философии. Наверное, по этой причине подросток, добровольно прочитавший “Трех сестер” или “Чайку”, – редчайшее явление в наших школах. Да и вряд ли Антон Павлович предполагал, что его пьесы введут в школьную программу. Он писал их на актерский талант, на режиссерскую интуицию. В расчете на чудо театрального искусства, которое донесет до зрителя ту глубину чувств, которые он вложил в своих героев. За этим чудом и приходят зрители в театр.
Большинство из тех, кто пришел в тот вечер в Караганде в Театр им. К. Станиславского, наверняка “Трех сестер” все-таки читали. Но в тот вечер, когда на сцене карагандинского театра Тузенбах объяснялся с Ириной перед дуэлью, в сердце каждого зрителя теплилась надежда: а может, Соленый его не убьет? Когда Маша в отчаянном горе цеплялась за любимого, зная, что он уходит навсегда, сердце каждого зрителя рвалось на части. И хотелось крикнуть: “Вершинин! Ты глупец! Останься! Или забери ее с собой!”.
Я не знаю, как плачет зритель на мхатовских спектаклях. Но я точно знаю: сопереживать чеховским героям, лежа на диване перед телевизором, невозможно. Живая сцена – это единственная связующая нить между вашей душой и чудом искусства, имя которому Театр. И если это чудо живет в вашем городе – цените его.
В нашем, карагандинском театре, как в любом творческом организме, бывают удачи и неудачи, успех и середнячки. Но это наш театр. Он родился вместе с городом, вырастил целые поколения карагандинцев. И продолжает жить для города, для зрителя.
Недавно аким области встречался с жителями. В разгар тарифно-пенсионных вопросов к микрофону неожиданно подошла артистка, заявив, что ее делегировали на встречу коллективы трех карагандинских театров – русского, казахского и музкомедии. “У нас только одна просьба и одна проблема, – сказала она. Зал затих в ожидании вопроса о нищенских зарплатах артистов, о недостатке финансирования культуры. Но театральный делегат попросила акима области только об одном – наладить движение пассажирского транспорта в вечернее время: – Чтобы зрители приходили на вечерние спектакли без опаски, чтобы после спектакля артисты и зрители могли спокойно уехать домой”.
Провинциальный театр – это 280 спектаклей в год, 560 репетиций, минимум шесть премьер. Сказать, что для труппы в 30 человек это работа на износ – значит, ничего не сказать. Но как ошибается тот, кто думает, что артисты умирают на сцене за зарплату!
Если вам повезло и в вашем городе живет театр – полюбите его всей душой. Он умрет без вас, без зрителя.
От автора: Надеюсь, читатель не упрекнет меня в плагиате Белинского.
Татяна ТЕН, Караганда