Отведать яблочка наливного, восточноказахстанского

У советского Казахстана есть символ, который одинаково греет всех, кто вырос при СССР. Как и тех, для кого советский строй до сих пор лучший, так и его критиков. Трогательное чувство гордости вызывают казахстанские яблоки – сочные, ароматные. Знаменитый апорт. И эти же яблоки вызывают чувство сожаления – потому что во многом оказались утрачены как национальное достояние.

На скалах яблони росли

На Рудном Алтае “яблочная” история связана с именами энтузиастов. Еще до революции солдат Дмитрий Гордеевич Панкратьев в приграничном городе Зайсане запомнился умелой помощью по саду и на пасеке, а после демобилизации занялся пчелами и садоводством в Усть-Каменогорске. Гордеич сохранил исторический сад военного врача Вистениуса, названный позже Панкратьевским садом. Им же был заложен яблоневый питомник на 10 тысяч саженцев, разбит виноградник на горных склонах в поселке строителей Усть-Каменогорской ГЭС Аблакетка. По воспоминаниям краеведа Станислава Черныха, урожайность аблакетского виноградника достигала 75 центнеров с гектара – вдвое больше, чем в Крыму!

Примерно в эти же годы первый яблоневый сад появился в Прибелушье. В высокогорном селе Арчаты до сих пор передают рассказ, как сотрудник метеостанции Николай Смирнов кострами и водой раскалывал огромные камни, возил землю, делал на горном склоне террасу – и так в течение нескольких лет. Чтобы на отнятой у скалы площадке посадить яблони, получить местные сорта.

Свои плодовые зоны были и в мягких по климату Зайсанском и Урджарском районах. В последнем апорт выращивали в предгорьях Тарбагатайского хребта в садах общей площадью более 600 гектаров и поставляли по всей республике и в Сибирь. Средняя урожайность урджарских садов составляла 170 центнеров с гектара – как на Кубани. О самих яблоках и говорить нечего – наливные, хрусткие, румяные. Раскупались “с писком”.

Сейчас в области нет ни одного промышленного сада. Бывшие совхозные после дележки по паям оказались заброшены, застроены, заняты животноводческими фермами. Панкратьевский процветает больше на бумаге…

– Китайцы вывезли к себе в Синьцзян-Уйгурский автономный район несколько грузовиков-двадцатитонников с саженцами из Барнаульского питомника, – рассказала руководитель Восточно-Казахстанского областного общества охраны природы Людмила ЛЫЧЕВА. – Они собираются засадить всю долину, которая граничит с нашим Зайсанским районом. Мы сейчас не можем найти на базаре отечественных яблок, в продаже сплошь китайские или польские. А будет еще больше из Китая. Для меня это как соль на рану. От достижений, которые были при Панкратьеве, ничего не осталось.

Сиверс не айс

Восточному Казахстану самой природой предписано быть садом плодоносящим. Дело в том, что на отрогах Тарбагатайского хребта растет знаменитая сегодня на весь мир яблоня Сиверса – прародительница всех яблонь на планете. Ей больше 65 миллионов лет. Специалисты знают: достаточно одной веточки этой дички, привитой к “культуре”, и сортовую яблоню взорвет дежавю. Проснется древний код, в котором вся память об устойчивости к болезням, морозам, засухе, об урожайности, окрасе, вкусе, размере плодов. Перспективный сорт преобразится в отличный, отличный – в превосходный.

Около 40 лет назад для сохранения реликтового дерева в районе создали три заказника на общей площади 380 гектаров. И что в результате?

– Через заказник “Алет” продолжали перегонять скот, а затем посадили большой фруктовый сад, – рассказал старожил Урджара Александр ШАКА. – Из-за перекрестного опыления яблоня Сиверса здесь перестала быть собой. Заказник “Урджарка” у истоков реки Урджар, по сути, загубили рыбаки и сборщики дикой ягоды. А заказник “Солдатская щель” оказался под пасеками и огородами.

Сегодня яблоня Сиверса занесена в республиканскую Красную книгу.

Ученые Казахского НИИ плодоводства и виноградарства настаивают на создании национального природного парка с двухкилометровой буферной зоной на хребте Тарбагатай. Но слова словами, а до дела пока не дошло – в правительстве нет даже проекта этой особо охраняемой территории.

– К спасению яблони Сиверса в свое время подключилась ООН, – пояснил Александр. – В Урджар приехали ученые из США, Канады, Индии, собрали семена, взяли саженцы. Сейчас наша дичка прекрасно растет в горах Северной Америки, а у нас шансы сохранить ее тают на глазах.

От саженца

Сможет ли Восточный Казахстан возродить традиции садоводства? Не на любительском уровне дачников-огородников, а на уровне крупных промышленных проектов. Сейчас таких примеров раз-два и обчелся. В Зайсане семья военного пенсионера восстанавливает бывший совхозный яблоневый сад. В Урджаре местный энтузиаст получил от ООН грант на создание комплекса питомников, прежде всего дички Сиверса и сортоиспытательной площадки.

В областном управлении сельского хозяйства сразу отрезали: фруктовые сады – не по их линии, садоводство – не в приоритетных направлениях аграрного сектора.

Но затем все-таки смягчились и сделали экономический расклад.

Для успешного сада нужны хорошие саженцы – проверенные акклиматизированные сорта. Своих питомников в Восточном Казахстане сегодня нет, значит, придется завозить. Стоимость посадочного материала, дающего быстрое плодоношение, в 2,5 раза выше обычного. Дальше нужны садовая “инфраструктура” из опор, чтобы удерживать нагруженные урожаем деревья, система капельного орошения (традиционный полив – это уже пещерный век), удобрения (куда без них), небольшой трактор, опрыскиватель, ограда. Это не все. Речь ведь о промышленном проекте, значит, нужна пара холодильников, на 5 тысяч тонн каждый. И еще нужны кадры, специалисты.

– Из расчета среднего сада на площади 5 гектаров необходимы инвестиции не меньше 32–33 миллионов тенге, – заключили специалисты. – За 15 лет затраты на одно дерево составят около 10 тысяч тенге. Но за весь период плодоношения одно дерево принесет свыше 35 тысяч тенге чистой прибыли.

Словом, думайте сами, решайте сами – иметь или не иметь.

– Я не вижу у нас интереса к развитию садоводства, – заключила глава Восточно-Казахстанского общества охраны природы. – Природоведческие проекты все с отдаленной перспективой отдачи, на первых порах рентабельность низкая. Люди подсчитывают и приходят к выводу: проще завезти из-за границы.

Действительно проще. И страна уже вошла в азарт – все больше импортного молока, мяса, масла, фруктов… Сейчас, к счастью, в Астане зазвучали слова о продовольственной безопасности. А здесь верным может быть не то, что проще, а что умно. Что работает на отечественную экономику. В том числе на поддержку энтузиастов, пытающихся возродить былую славу казахстанских яблок.

Усть‑Каменогорск