Если в игру вступает Иран…

Нефть: Новый расклад на рынке?

Сегодня Иран экспортирует около 1,5 миллиона баррелей нефти в день. После вступления в силу договоренностей с “шестеркой” международных посредников он сможет нарастить объем  поставок  до 2,5 миллиона баррелей в день. По прогнозам экспертов, такое резкое увеличение спровоцирует падение цены на нефть до 35–43 долларов за баррель.

Для Казахстана падение цен будет очень тяжелым ударом, так как нефть остается основой нашей экономики. Обрушение цен в конце 2013 года уже привело к финансовому кризису и девальвации тенге. Их последствия мы чувствуем на себе каждый день.

Сегодня цена барреля колеблется вокруг 52–53 долларов и имеет тенденцию к понижению. Как падение цены сказалось на нефтяных компаниях, показывает пример “КазМунайГаза”. Его долг на июнь составлял 18 миллиардов, сообщил председатель правления фонда национального благосостояния “Самрук-Казына” Умирзак ШУКЕЕВ. При этом  добыча на Кашагане отложилась на неопределенное время. Примерно в такой же ситуации оказались крупнейшие нефтяные компании мира. По данным агентства РБК, они заморозили новые проекты на 200 миллиардов долларов из-за падения цен на нефть. Среди этих компаний – британская BP, англо-голландский Royal Dutch Shell, базирующаяся в США Chevron, норвежская Statoil и австралийская Woodside Petroleum. Падение цен на нефть с прошлого лета привело к задержке 46 крупных нефтяных и газовых проектов с объемом резервов 20 миллиардов баррелей.

Но проблема  в том, что себестоимость добычи нефти в Казахстане –  примерно 40 долларов за баррель. В Иране же – меньше 20 долларов. То есть даже при такой цене Иран будет в выигрыше. Такой сценарий вполне возможен, так как санкции против этой страны начались еще в 1979 году, когда там произошла Исламская революция. Были заморожены все иранские авуары и золотой запас страны. Все это время экономика страны была в условиях дефицита валюты и современных технологий. Для обновления технического парка Иран может пойти на многое.

Тогда как другие экспортеры, например, Казахстан, Россия или США, не будут получать ничего от экспорта. Более того, добыча нефти может стать экономически невыгодной. При сохранении этой тенденции следует ожидать дальнейшего закрытия проектов.

ГСМ: топливные проблемы

Странно, что при таких тревожных прогнозах акиматы регионов и “КазМунайГаз” не могут поделить между собой одеяло и строят планы строительства четвертого нефтеперерабатывающего завода в стране. Дело в том, что цена строительства НПЗ определяется по простой формуле – мощность по переработке 1 миллиона тонн стоит примерно 1 миллиард долларов. Для нашей страны оптимально строительство завода мощностью 4–5 миллионов тонн в год. Это позволит покрыть дефицит топлива в  1,5 миллиона тонн ежегодно,  разгрузить действующие предприятия и не напрягать рынок во время ежегодных остановок на ремонт.

В апреле этого года вице-министр энергетики Магзум МИРЗАГАЛИЕВ сообщил, что министерство рассматривает проект нефтеперерабатывающего завода мощностью 10 миллионов тонн. Цена строительства составит 10 миллиардов долларов. Потянет ли экономика страны такое бремя?

Другая проблема – где взять такой объем нефти? Казахстан добывает 82 миллиона тонн нефти в год. Внутри страны мы перерабатываем чуть больше 11 миллионов тонн, хотя суммарная мощность трех казахстанских НПЗ в два раза больше – 20 миллионов тонн  в год. Причем из-за особенностей налогообложения нефтедобывающим компаниям выгоднее гнать нефть на экспорт, нежели перерабатывать у себя в стране. Поэтому и поставки сырья на НПЗ идут неравномерно, из-за этого они работают в режиме “разгон-остановка”.

И вроде бы периодически говорится о разных разработанных предложениях, тем не менее проблема не решается годами.

НПЗ: несработавшая схема

Масла в огонь подлил акимат Мангистауской области. Как оказалось, он участвует в переговорах с иранской стороной о совместном строительстве НПЗ. Его мощность составит примерно 6 миллионов тонн.

– Нефтепродукты из Мангистауской области будут направляться в северные порты Ирана. Соответственно на юге Иран будет отдавать сырую нефть для нефтедобывающих компаний как нашей области, так и нашей страны, – отметил заместитель акима Мангистауской области Ракимбек АМИРЖАНОВ.

Кстати, примерно такой же обмен нефтью  уже применялся между Ираном и Казахстаном в 90-е годы. Мы поставляли нефть в северные иранские порты на Каспийском море, Иран отдавал часть своей нефти в Персидском заливе. Правда схема оказалась нежизнеспособной из-за большой разницы в качестве нефти двух стран: мы отправляли на экспорт тяжелую парафинистую нефть, иранцы – качественную светлую. Поэтому  есть сомнения  в жизнеспособности этой схемы и сейчас. И по той же причине – из-за низкого качества мангистауской нефти.