“Уроки демократии” по-семейски

В беспощадных традициях 30-х годов?

В одном из последних номеров “КАРАВАН” рассказал о том, что член совета общественности Семея Николай ИСАЕВ пожаловался председателю агентства по делам госслужбы и противодействию коррупции Кайрату КОЖАМЖАРОВУ на акима города. Этой статье в Семее даже посвятили шумное заседание совета общественности, где звучали цитаты, которым, казалось бы, место только в учебниках по истории 1930-х годов, когда каждый должен был оглядываться на карающих товарищей по партии, а несогласным приписывалось создание контрреволюционных группировок.

Съездившего в столицу коллегу обвинили в том, что он обнародовал свои претензии, не согласовав с остальными. Так сказать, не спросил разрешения у товарищей.

– Обратившись в агентство по госслужбе и в газету, я реализовал свое конституционное право на свободу слова, – парировал Николай Исаев.

«Ишь, какая прыткая!»

Затем председатель совета Жанна ЖИБРАЕВА зачитала проект ответного письма, длинного и насыщенного информацией, но не опровергающего ни одного факта, который Николай Исаев озвучил главе агентства по госслужбе и газете “КАРАВАН”. Автора публикации и вовсе оборвали на полуслове:

– Ишь, какая прыткая! – начал свой урок свободы слова и демократии член совета Анатолий ВОЛЧЕНКО и, негодующе указывая на героев разноса, бросил: – Это группировка, которая плюет в колодец культурных традиций нашего города!

И хотя Николай Николаевич не раз говорил, что по каждому факту, который он озвучил в статье, у него есть подтверждающие документы, среди которых решения суда, глава совета общественности вынесла свой вердикт:

– В статье допущена вольная трактовка фактов.

И, похоже, совет не волновало, что вольность или реальность фактов вправе оценивать сотрудники агентства по делам госслужбы, ведь это туда были отправлены документы. Как не волновала и собственная широкая размашистость тем – обсуждая статью о жалобе на акима, участники совета вспомнили даже пьющих женщин, которых лишают материнских прав. О них не было речи в обсуждаемой газетной публикации, но, наверное, “распекаемые” общественник и журналист должны были понять, что после их выступлений, “не согласованных” с советом общественности, семейчанки пьют горькую и бросают детей? После затянувшегося обсуждения участники совета общественности решили перенести подведение итогов на следующую встречу.

Вместо послесловия. Символично, что этот сценарий подавления инакомыслия развернулся в преддверии Дня памяти жертв политических репрессий. Так что будет неудивительно, если к предстоящей встрече кто-нибудь отпустит усы, наденет китель, возьмет в руки трубку и зачитает обвинительную речь негромким голосом с характерным акцентом.

Семей