Еркин ИРГАЛИЕВ: Уже осенью 2015 года мы будем жить в новой политической реальности

– Казахстанцы, воспользовавшись падением рубля, устремились в Россию: кто покупает недвижимость, кто машину, а кто в образование вкладывается. Не кажется ли вам, что экономика диктует дальнейшую политическую ситуацию? Есть опасения, что люди начнут уезжать в Россию в поисках лучшей доли?

– Массовый шопинг в приграничных регионах России – обычное дело для жителей Западного, Северного и Восточного Казахстана. Обучение в России – также привычное дело. Сегодняшний ажиотаж – временное явление. После девальвации тенге (думаю, она неизбежна), а также истощения дешевых досанкционных запасов в российских торговых сетях ситуация войдет в прежнее русло. Вероятно, это произойдет после Нового года. Процесс миграции, скорее всего, также ослабнет. Все-таки ситуация в России далека от стабильной.

– Север и Запад Казахстана сильно интегрированы с приграничными районами России. Но российское Министерство путей сообщения вводит годовой запрет на рейсы поездов в Казахстан и другие страны СНГ. Не означает ли это, что Россия, приняв беглых украинцев, не желает нового притока мигрантов из СНГ?

– Надо понимать, что имеет место не запрет на рейсы поездов, а отмена некоторых направлений. Также надо отметить, что по многим направлениям ходили и казахстанские, и узбекские, и российские поезда. Российские поезда по определению менее рентабельны по простой причине – уровень зарплаты в РЖД выше, чем у казахстанских или узбекских железнодорожных перевозчиков.

– С нового года мы будем жить в Евразийском экономическом союзе. Какие неожиданные плюсы и минусы это принесет? Скажутся ли санкции против России на ее партнерах по Союзу?

– Для Казахстана есть плюсы в случае стабильной и богатой России. Сейчас же, когда рубль обесценен, а экономика входит в кризис, найти плюсы становится труднее. Белоруссия попыталась найти плюсы и наткнулась на жесткое сопротивление надзорных органов России. Сейчас ситуация развивается стремительно и непредсказуемо. Думаю, к концу третьего квартала 2015 года мы будем жить в новой политической реальности.