Активность Узбекистана формирует для Казахстана не риски, а возможности - эксперт об укреплении позиций соседней республики

Несмотря на статус Казахстана как регионального лидера в Центрально-Азиатском регионе, крупные международные компании, начиная от NIKE и заканчивая легкой промышленностью, открыли свои представительства не в Казахстане, а в Узбекистане. Об этом рассказал руководитель отдела Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ Андрей Грозин в интервью изданию Украина.ру.

Ранее казахстанский экономист Айдархан Кусаинов выразил мнение, что узбекская экономика может добавить до 10-12 процентов роста, в то время как Казахстан ставит своей стратегической целью добиться лишь 5 процентов роста.

«И в Казахстане всерьез обсуждают эту тему, почему это западные компании в последнее время обходят нас стороной и обхаживают наших соседей. Да потому, что у Узбекистана потенциал выше. Там можно получить самые интересные проекты в Центральной Азии», — указал эксперт.

Грозин считает, что из-за экономического кризиса сырье уже не является первостепенной ценностью, которой обладает регион, поэтому Узбекистан с его 34-миллионным населением, достаточно квалифицированным, но в то же время дешевым с точки зрения оплаты труда, смотрится привлекательнее, чем Казахстан.

«К тому же Узбекистан представляет собой самую интересную страну региона в плане возможности заработать на приватизации бывшей советской общенародной собственности, в то время как в Казахстане уже все поделено, и отобрать у местных элит ее активы сложно», — отметил Грозин.

О том, что Узбекистан опережает Казахстан и становится главной интеграционной силой в Центральной Азии говорили и зарубежные эксперты Натан Хатсон и Марша МакГроу Олив. 

«Узбекистан, скорее всего, опередит Казахстан и станет главной интеграционной силой в регионе с помощью Китая», — отметили они.

Они выделяют несколько факторов, которые будут способствовать этому.

В первую очередь — это человеческий капитал. Узбекистан с населением около 33,5 миллиона человек — самая густонаселенная страна в Центральной Азии. Кроме того, Ташкент опережает другие страны в регионе по доле молодежи трудоспособного возраста и стоимости рабочей силы. «Китайские инвесторы также заинтересованы в низкой заработной плате в производственном секторе Узбекистана», — отмечают авторы. Как Казахстан превращается в сырьевой придаток Узбекистана

Другой важный фактор — это отношение населения к китайским инвестициям. Основываясь на недавнем исследовании Central Asia Barometer, авторы прогнозируют, что Узбекистан по сравнению с другими странами ЦА настроен по отношению к Китаю скорее оптимистично, чем подозрительно. Семьдесят пять процентов опрошенных узбеков заявили, что верят в способность китайских инвестиций создать рабочие места. В Казахстане этот показатель составил всего 24 процента.

Корреспондент медиа-портала Caravan.kz решил разобраться в этой теме более подробно и обратился за экспертным мнением к известному политологу и эксперту-международнику Рустаму Бурнашеву. 

По мнению нашего собеседника, у экономики двух стран определенно есть как сильные, так и слабые стороны, но в большей степени их (экономики. — Прим. ред.) следует оценивать как взаимодополняющие, нежели конкурентные. По этой же причине высокие темпы экономического роста Узбекистана и его успехи в развитии отдельных секторов экономики создают для Казахстана не риски или тем более угрозы, а вызовы и возможности.

— Несколько последних лет действительно фиксируются более высокие темпы экономического роста Узбекистана в сравнении с Казахстаном как по макропоказателям, так и по отдельным секторам экономики, — отметил господин Бурнашев в начале беседы.

Так, казахстанский экономист Айдархан Кусаинов считает, что на уровне макропоказателей такая динамика наблюдается как минимум последние 12 лет. Это же подтверждают и расчеты, проведенные Айгерим Мекишевой в рамках соответствующего фактчекинга. При этом оба специалиста говорят, что в настоящее время речь идет только о темпах роста, а не об абсолютных показателях: например, по объемам промышленного производства, по данным МВФ, Казахстан опережает Узбекистан почти в четыре раза (в 2019 году эти показатели составили 80,169 и 21,527 миллиарда долларов соответственно).

— Если же говорить об отдельных секторах или отраслях экономики, то диверсификация «лидерства» различных стран в различных направлениях вполне естественна: Узбекистан и Казахстан делают ставку на развитие разных направлений, что обусловлено как различными стратегиями экономического развития, так и несовпадением условий для такого развития, — добавил эксперт.

По мнению Бурнашева, очевидно, что Казахстан не может конкурировать с Узбекистаном в производстве фруктов, а Узбекистан неконкурентоспособен относительно Казахстана в производстве пшеницы твердых сортов. Безусловно, есть и направления, где две страны могут рассматриваться как конкуренты, например, в производстве муки или нефтепереработке. Тем не менее Бурнашев считает, что Казахстан и Узбекистан имеют хорошую базу для эффективного «снятия» конкуренции в тех сегментах, где она реально присутствует.

— В целом я оценил бы экономики двух стран как в большей степени взаимодополняющие, чем конкурентные, — отметил специалист. — Соответственно, высокие темпы экономического роста Узбекистана и его успехи в развитии отдельных секторов экономики создают для Казахстана не риски или тем более угрозы, а вызовы и возможности.

С этой же точки зрения я оценил бы и региональные инициативы Узбекистана. Узбекистан фактически с момента обретения своей независимости рассматривал региональный вектор своей внешней политики как приоритетный. Эта установка после 2017 года не только сохранилась, но и укрепилась. Так, в рамках реализации Стратегии действий по пяти приоритетным направлениям развития Республики Узбекистан в 2017-2021 годах эта страна активизировала свою региональную политику, провозгласив ее целью «создание вокруг Узбекистана пояса безопасности, стабильности и добрососедства». Показательно, что речь идет не просто о декларации, а о принятии целого комплекса практических мер, направленных на нормализацию и укрепление сотрудничества с соседними для Узбекистана странами. Например, таких, как активизация мер по решению пограничных вопросов с Кыргызстаном и Таджикистаном, включающих делимитацию спорных участков границы, разминирование отдельных участков границы с Таджикистаном, упрощение контрольно-пропускного режима на границе и ряд других мер, — подчеркнул эксперт-международник.

Кроме того, эксперт указал на то, что активизировалось экономическое сотрудничество. В политическом плане Узбекистан выступил инициатором проведения ежегодных консультативных встреч лидеров стран Центральной Азии (хотя сам проект реализуется с достаточно серьезными сложностями, тем не менее все страны региона его поддержали) и активным участником нормализации ситуации в Афганистане. "Конечно, я не стал бы здесь использовать термин «интеграция», — говорит эксперт. Речь, по словам господина Бурнашева, идет на современном этапе только об активизации сотрудничества.

— Сравнивая активность Узбекистана и Казахстана в Центральной Азии, нужно также, как и при анализе экономических вопросов, учитывать ряд объективных факторов. Так, Казахстан позиционирует себя как евразийское государство, и соответственно его интересы, с одной стороны, выходят за рамки Центральной Азии, а с другой – не охватывают всю Центральную Азию. Например, Таджикистан для Казахстана – очевидно государство периферийное. Узбекистан же именно центральноазиатское государство. При этом очевидно, что региональная активность Узбекистана не направлена на формирование какой-либо модели «лидерства» или ущемление интересов других стран Центральной Азии. Напротив, ставится вопрос о формировании системы взаимовыгодного партнерства. Таким образом, и здесь активность Узбекистана формирует для Казахстана не риски, а возможности, — резюмировал политолог.