Круги судьбы

…Елена Николаевна пришла в редакцию одиннадцать лет назад, чтобы, как она заявила с порога, защитить свою внучку от недобрых людей.

Фабула предыстории была щемящей и захватывающей.

Елена Николаевна жила вместе со взрослой дочерью и внучкой Олечкой. Такое милое женское царство при полном отсутствии в доме мужчины. Сама она с мужем развелась, когда дочери было два года. “Он оказался слабым человеком”, и больше они не виделись. Только алименты приходили.

Не сложилась семейная жизнь и у дочери. Замуж она вышла сразу после института. Жить пытались вместе с мамой. И через два года, когда новорожденную Олечку принесли домой, папы там уже не наблюдалось.

“Я сказала дочери: черт с ним, сами проживем. И мы жили. Алименты зять платил смешные – работал-то у своего отца в фирме, официальная зарплата – слезы. Но дочка работать пошла, я с ребенком села. И все было хорошо”.

Плохо стало, когда Олечке исполнилось семь. У ее мамы обнаружились серьезные проблемы с сердцем.“Она сгорела меньше чем за год, и мы с Олечкой остались одни”, – Елена Николаевна смахивала привычные слезы, и было ясно, что горе от потери дочери – не самая страшная боль, которая ее мучает.

Страшнее для нее было другое. Когда первое отчаяние улеглось, бабушка отправилась по инстанциям. Надо было оформлять опекунство над ребенком. И тут оказалось, что ту же процедуру начал отец Олечки.

“Сделайте что-нибудь. Это моя девочка. Всё, что осталось”, – женщина даже не пыталась остановить слезы. А сквозь них рассказывала душераздирающую историю о том, как девочку забрали “к той родне, чтобы привыкала”, как ребенок плакал и просился домой.

Бабушка прошла два суда – безуспешно. Закон в этих вопросах твердо стоит на стороне родителей. Единственное, чего добилась Елена Николаевна, – отсрочки. Отцу дали время завоевать расположения дочери.

Тогда из всего этого статьи не вышло – бабушка на вторую встречу не явилась. История забылась. И вспомнила я ее не без труда совсем недавно, когда на улице ко мне подошла постаревшая и не сразу мной узнанная Елена Николаевна. И старая история раскрылась во всех своих неслучайных деталях.

Оказывается, одиннадцать лет назад Олечку бабушка отстояла. Как? Уговорила, укланяла родню. Не последнюю роль сыграл, видимо, и отказ от всех претензий на алименты. Папа растворился в небытии. Но ко мне пенсионерка подошла не случайно. Теперь ее жизнь омрачали семейные проблемы внучки.

“Понимаете, Олечке так не повезло с мужем, – Елена Николаевна вздохнула и знакомым движением смахнула слезинку. – Год только и прожили. Мальчик совсем маленький еще. А отец его – такая сволочь. В суд подал, говорит, заберет Игоречка. У него бизнес, а внучка образования не получила, даже поработать не успела, сразу замуж. И вот… Я Олечку с Игорьком из города увезла. У родственников спрятала, но отец требует. Может, посоветуете адвоката хорошего и недорогого?”.

Посоветовать в этой ситуации можно было только одно: прервать многолетний сериал, основанный на тотальном неумении делить любовь на двоих. Прервать единственно возможным способом: признать, что мужья, даже бывшие, имеют право быть отцами. И что страсть к “неразделенной” любви – штука заразная, передается от поколения к поколению.

Костанай