Анна Старшенбаум: «Все такое мягкое и пушистое!»

— Анна, почему Вы
согласились на съемки в «Двух пистолетах»?

–  Мне очень понравилось,
что у фильма еще задолго до начала съемок уже была самая настоящая презентация его
проекта. У нас в России обычно такого не делают. Кроме того, мне понравилась
роль, предложенная мне — моя героиня спокойная, вдумчивая, рациональная, то
есть совершенно не такая, какая я в жизни.

– Вы уже не первый
раз встречались с Дмитрием Нагиевым на съемочной площадке. Легко ли с ним
работать?

— Да, он очень веселый, много шутит. Он очень умный. В этом,
наверное, его основной плюс.

— Есть ли у Вас мечта
сняться у определенного режиссера или с определенным актером?

— В 14 лет  у меня
была мечта сняться в главной роли вместе с Артуром Смоляниновым, и чтобы вокруг
были одни звезды. И это произошло! Два месяца длились съемки, и вот только
неделю назад они закончились. Накануне следующего Нового Года выйдет эта романтическая
история, она будет называться «Мой
парень Ангел». Помимо нас, в ней снимался, кстати, Гарик Сукачев.

Теперь я пока не знаю, чего хотеть. Но я скоро что-нибудь
обязательно придумаю.

— Чем отличаются
съемки кино в Казахстане от съемок в России?

— И тут, и там свои плюсы и свои минусы. Алматы — очень уютный
город, здесь очень милые и теплые люди – особенно  по сравнению с москвичами. Там жизнь кипит,
из-за этого люди немного дерганные. Это, с одной стороны, напрягает, с другой —
подогревает, дает какой-то задор. А это тоже нужно — в работе, по крайней мере.
Сюда, в Алматы, я приезжаю скорее как в летний лагерь. Здесь энергетика как в
детском саду – все такое теплое, мягкое, уютное и пушистое. И птички поют, и
домики такие низенькие. Зато организация, наоборот, хромает. Видимо, как раз
потому, что все вокруг мягко, пушисто, а может, потому что нет стольких лет
практики серьезных съемок, как у москвичей. С организацией были пару раз такие «косяки»,
которые в Москве в жизни бы не произошли.

— Чья критика для Вас
наиболее важна?

— Не знаю. Критика…

— Кто тот человек, к
которому Вы обязательно прислушаетесь?

— Это мой муж, актер Алексей Бардуков. Но он меня не
критикует. Моя собственная критика для меня важнее всего. А к чужой я стараюсь
не прислушиваться. Ни к критике, ни к похвалам, потому что все это относительно.
Пять человек из десяти скажут: «Верю», другие пять скажут: «Не верю»,  и   те, и
другие будут правы. Поэтому всерьез воспринимать критику или похвалу, как правило,
губительно для собственного здоровья и нервов.

— Можете ли Вы себя
отнести к киноманам?

— Нет, наверное. Я скорее просто ценитель. Всегда отличу
хорошую игру от плохой. Есть ведь много людей, которые не отличают. Громкие,
нашумевшие новинки я стараюсь смотреть на премьерах, на самых первых показах, например
«Черный лебедь» с Натали Портман. Для меня это очень важно. Я ведь пытаюсь
как-то ровняться на хороших актеров из хороших картин, а так, чтобы киноманить…
Нет, я не киноман.

— А любимый актер,
актриса у Вас есть?

— Моя любимая актриса – Натали Портман. В ней есть наивность
и ум — для женщины это неотъемлемые вещи. В совокупности они дают сексуальность
и все, что нужно. Она мне вообще как человек близка. Мы обе вегетарианки. А
актеров любимых нет, но мне нравится обаятельный Бред Питт. Обаятельный же, ну
правда! Гарри Олдман нравится. Мало кто может сыграть отрицательного персонажа
так, чтобы очень понравился человек, а он это умеет. Вообще, в Америке много
хороших актеров, но и у нас тоже. Был Артур Смольянинов — до съемок. А как
начали работать вместе, вся сказка куда-то исчезла. Может, не надо было
сниматься вместе?

— Что Вам нравится
больше – работать в кино или в театре?

— Театр — для души… Господи, банальные вещи говорю, но это
так. Театр для души, а кино для заработка. Из 20 работ меня только одна
устроила «на четверку» — у Андрея Колуна. Остальные меня вообще не устраивают.
К сожалению, съемки в кино – это чаще всего наш заработок.

— Чем Вы занимаетесь
еще, помимо съемок?

— Я пою в группе, которая называется «Анна Старк». Но есть
одна проблема: как это ни странно может прозвучать, но у нас в Москве сложно
найти хорошего звукорежиссера.

— Что Вам запомнилось
больше всего в Алматы?

— Мне запомнились горы. Запах. Здесь все пахнет. В Москве
такого нет.