Как на войне

Иртышский полиметаллический комбинат вполне мог бы стать наглядным пособием по самым запутанным схемам приватизации. В переходные 90-е гигантское объединение из рудников, фабрик и заводов раздергали по кусочкам между фирмами. Возможно когда-нибудь правоохранительные органы дадут оценку такому дележу, больше похожему на разбазаривание. И поименно назовут тех чиновников, которые способствовали ему.

А пока старый горняк в одиночку доказывает в судах незаконность банкротства и бьется за выплаты регрессникам, которых те лишились, пока комбинат переходил из рук в руки.

Миллионы мимо горняков

Впервые о профзаболеваниях в Белоусовке заговорили в 1954 году. Врачи выявили у 70 рабочих силикоз – патологию легких, вызванную пылью выработок. Горнякам оформили инвалидность, назначили ежемесячные выплаты. Среди первых 70 был и Николай Пальмин. И вплоть до 1996 года ему шла компенсация за подорванное здоровье. А потом у комбината началась черная полоса, и выплаты остановили.

– Белоусовские проходчики 15 дней отказывались подняться из забоя – требовали остановить банкротство, – вспоминает пенсионер. – Никто не обратил на них внимания!

По официальным данным, ИПК задолжал регрессникам 40,5 миллиона тенге, выплатил около 12. Капитализации начислено свыше 120 миллионов тенге, выплачено меньше половины. Куда ушли горняцкие миллионы?

Капитализация – очень болезненная тема в рабочих поселках бывшего ИПК. Каждый, кто оставил свое здоровье на производстве, имеет право на средний заработок сразу за десять лет. Регрессники – кредиторы первой очереди, обанкроченный комбинат в первую очередь обязан был расплатиться с ними, причем в течение девяти месяцев. Это по закону.

Но деньги стали выдавать небольшими суммами и растянули на 53 месяца. А после ликвидации комбината платежи переложили на плечи государства.

– За то, что горняки в забое стали инвалидами, им компенсировали по 8–9 тысяч тенге в месяц, – с обидой говорит Николай Николаевич. – Дай бог, чтобы все, кто обошелся так с регрессниками, встретили старость обеспеченными и сытыми. И не узнали, как подсчитывать каждый тенге, чтобы выкроить на лекарства…

Шоу чиновников

В 2005 году Николай Пальмин, ветеран войны, старый горняк с III группой инвалидности, подал иск в суд Глубоковского района. Требования – выплатить горнякам все, что положено по закону, вернуть налог, который государство высчитало с регрессных денег. Хотя с пенсий и пособий налог не берется!

Суд отказал старику по формальной причине. Тогда ветеран составил письмо акиму области. Николай Николаевич приготовил костыль, плакат с надписью “Меня обворовали…” и маленькую палатку.

Через несколько дней к нему домой прибыла большая свита – районный прокурор, начальник областного управления соцзащиты, чиновники из акимата… Прокурор сразу начал уговаривать.

– Сказал: “Отдай мне свой плакатик, нам не нужны скандалы”, – вспоминает Пальмин. – А когда я приехал в суд, мне сообщили, что судья заболел. А потом просто отказали в иске, в очередной раз.

В этом году белоусовец вновь обратился в суд. 83-летний человек потребовал продлить срок выплаты – до последнего дня жизни. И дополнил иск расчетами: за нанесенный здоровью вред, за моральный ущерб, неустойку за годы судебных тяжб… Суд отказался рассматривать заявление Пальмина.

– Я ведь не за себя бьюсь, – устало говорит ветеран. – Нас было 663 регрессника. За четыре с половиной года, пока комбинат банкротили, осталось 280. Сейчас еще меньше. Мои умершие товарищи уже никогда не получат своих денег…

Галина Вологодская, Виктор Вологодский (фото), Восточно-Казахстанская область