Тахир, приходи сегодня

В двухдневном фестивале приняли участие казахстанские артисты и приглашенные гости. Состав участников отличался стилистическим разнообразием. Настоящий фурор произвело выступление квартета российского трубача Сергея Проня. Помимо предполагаемых различных джазовых составов были и этнические “Роксонаки”, сорвавшие гром оваций, и популярная “Мюзикола” с приятными акустическими номерами. Своим мощным вокалом на публику произвела впечатление молодая певица из Кореи Ан Хе Ри с несколькими соул-номерами.

В такой фестивальной эклектике в полной мере проявился дух Якова Хана – человека, до сумасшествия влюбленного в джаз, но который при этом мечтает, чтобы наша публика слышала как можно больше разнообразной музыки.

В планах у мэтра – проведение еще более демократичного фестиваля под открытым небом в лучших зарубежных традициях.

– Вы довольны итогами фестиваля памяти Тахира?

– Подводить итоги должен не я. Пускай слушатели оценивают. Я делал то, что мог, и не жду ни от кого похвалы. Мое ощущение, что я чист и честен. Это самое главное.

Перед тем как делать фестиваль, я пошел на кладбище: “Нос, привет!”. Только мне Тахир разрешал звать его “Нос”. “Как дела? Отдыхаешь? Ну, отдыхай. Мы сегодня начинаем. Так что приходи сегодня, будем вместе с тобой”. Я не говорю, что это концерт “в память о тебе”. Я говорю: “Приди, ты должен с нами быть на сцене”. И всё. Остальное меня вообще ничего не волнует. Я стою перед ним и перед самим собой.

– Вы любите повторять, что Тахир Ибрагимов – это казахстанский джазовый бренд…

– Ну а кого еще можно так назвать? Потому что его все знали, весь СНГ. Даже за рубежом Казахстан не знают, а Тахира знают. И таких людей нельзя забывать. Только тогда у Казахстана будет свой путь. Зачем нам под чужую дудку плясать? Приезжают к нам из Америки или Европы – ну, они приехали и уехали. А нам надо свое поднимать, строить. Создавать свою ауру.

– Насколько я знаю, вы познакомились с Тахиром больше сорока лет назад. Помните, каким он был тогда?

– В 1968 году я приехал из Чимкента в Алма-Ату работать в оркестре Корейского театра. Там мы с ним и встретились. Тахир был еще худым, но с сумасшедшим природным драйвом. От него шла такая энергия, что оркестр никуда не мог деваться. Это было как гипноз. И когда его не стало…честно говоря, в бенде не хватает его.

Тахир все время был лидером, заводилой. И народ постоянно тянулся к нему, в его комнатушку на Мира – Калинина. Он зажигал всех, и его не волновало, получится, не получится, лишь бы заниматься любимым делом. Он же у меня дома все эмалированные кастрюли помял – так играл на них! Если Тахир заведется – не остановишь. И все эти вещи, через которые мы вместе прошли, я положить на полку не могу. Это кощунство. Тем более есть кто-то, кто следит за мной, направляет. Перед ним я тоже несу ответственность.

В конце 60-х – 70-х годов джаз для нас был как нечто святое. Только скажи, что какой-то джазмен приехал, мы ломились туда, забыв обо всем. И во мне это отношение к музыке до сих пор осталось. Сейчас вокруг всё поменялось. Люди предпочитают выяснять отношения, вместо того чтобы заниматься делом.

Какая у нас проблема? Между разумом и душой постоянно идет бойня. Душа тянется к чему-то светлому, а разум ищет выгоду. И когда они находятся в гармонии – это идеальное состояние, кайф.

И я понимаю, что сейчас нужно везде успеть, иначе завтра за бортом будешь. Но я на двести процентов уверен: если ты прошлое забыл, то будущего у тебя не будет.

– Вы сказали, что постоянно идет борьба между разумом и душой. Но неужели, занимаясь джазом, нельзя получать прибыль? В Европе существует масса фестивалей под открытым небом, где собираются тысячи людей. Целый день играют различные группы, и всем хорошо. Музыкантам, публике и организаторам, которые получают доход.

– Поделюсь секретом: мы хотим что-то подобное сделать летом. И даже не ради денег, а чтобы наше общество почувствовало себя свободным. Будет большая поляна со сценой, на которой могут звучать и джаз, и рок, и фолк. Если не нравится мне, то я пошел попил пива. Услышал что-то интересное – иду к сцене. Не нравится – опять ушел. То есть я за то, чтобы у слушателя был свободный выбор. Потому что джаз – это в первую очередь свобода.

Артем КРЫЛОВ, Руслан ПРЯНИКОВ (фото)