Казахстанцы стали равнодушны к проблеме сталинизма, и это страшно - эксперт

И в этом, казалось, не было бы ничего предосудительного, если бы не одно «но». Иногда складывается потаеное впечатление, что некие силы стремятся использовать этот интерес для того, чтобы запустить процесс исторической реабилитации сталинизма.

О природе такой тенденции и о том, к чему, в конце концов, она может привести, газета Central Asia Monitor побеседовала с доктором исторических наук, профессором Ануаром ГАЛИЕВЫМ.

Ануар Галиев. Фото — kp.kz

– Конечно, в Казахстане, в отличие от России, не ставят памятники Сталину и не открывают его мемориальные музеи. Но, с другой стороны, ведь кто-то установил в Актобе памятник Левону Мирзояну – человеку, который просил увеличить для республики квоту на аресты и расстрелы людей, являвшихся цветом казахской, русской, уйгурской наций. Правда, некоторое время спустя под давлением общественности памятник демонтировали, но почему-то сделали это тайком, под покровом ночи. Почему нельзя было убрать его днем и широко осветить преступления и Мирзояна, и его хозяина – Сталина? — вопрошает г-н Галиев.

Также ученый негодует, почему до сих пор, не увековечены в названиях улиц имена многих репрессированных, а также сосланных в Казахстан людей, чей вклад в науку, культуру неоспорим? К примеру, где улица, носящая имя Юрия Домбровского, благодаря произведениям которого об Алма-Ате узнал весь мир?

— Недавно с удивлением прочитал, что здание НКВД, рядом с которым находится знак уже не существующего музея политических репрессий, будет переделано под какое-то учреждение. Разве все это не отголоски недобитого сталинизма? — продолжает Галиев

Также он добавил, что немецкий историк Р. Киндлер, издавший недавно книгу «Сталинские кочевники. Власть и голод в Казахстане», задает справедливый вопрос: почему в Казахстане, который Сталин превратил в огромную тюрьму, в территорию страданий многих народов, голод 1930-х годов является предметом исследований только историков? 

Эксперт подметил, что старшее поколение, зомбированное идеологией культа личности «вождя народов», уже ушло. И парадокс состоит в том, что те, кто сегодня прославляет Сталина, при нем не жили. Российские ученые провели исследование феномена возрождения сталинизма и пришли к ожидаемому выводу.

— В эпоху, когда в жизнь вторгаются новые веяния, компьютеризация и прочие тренды глобализации, к работникам предъявляются повышенные требования, в том числе необходимость знания нескольких языков, постоянное повышение квалификации. Не все соответствуют этим требованиям, конкуренция нарастает, и у многих появляется чувство неуверенности в завтрашнем дне, — подчеркнул историк. — При этом пенсионный возраст увеличили, медицина стала платной. На таком фоне жизнь в СССР, в том числе при Сталине, кажется им неким «золотым веком», в который они не прочь вернуться. А о том, что можно не в рай попасть, а загреметь на Соловки, они не думают.

– Нужно ли бороться с попытками реабилитировать сталинизм? Если да, то какими методами? И не вызовет ли это обратной реакции?

– Бороться нужно, и в первую очередь с помощью истории. Хранить память о прошлом, критически оценивать его – это одна из ее функций. А что касается методов, то это, например, те же музеи, которые хранят память не только о славе, но и о травме. Посмотрите, как выполняют эту функцию музеи в Европе, где на каждом углу людям напоминают о Терроре, о Холокосте. И, конечно же, повышение уровня и качества жизни граждан выбьет почву из-под ног не только сталинизма, но и других реакционных движений и настроений, — отметил профессор.

Как отметил Галиев, казахстанское общество становится все более равнодушным к проблеме сталинизма, и это страшно.

— Поэтому мы должны чаще говорить о том трагическом времени, о тех потерях, которые понес наш народ, только так можно бороться с равнодушием. Жертвы сталинизма должны жить среди нас, и их пепел должен стучаться в наши сердца, как бы высокопарно это ни прозвучало, — добавил Галиев

Сегодняшнее казахстанское общество образовали выжившие потомки кочевников и депортированные в наш край народы. И сейчас, как он считет, продолжается процесс формирования казахстанской нации в политическом смысле.

— Но любая нация строится на основе общей истории, общей памяти, общей трагедии, общей травмы. Такой травмой памяти и является для нас трагический период сталинизма, — считает г-н Галиев. — Да, по поводу оценки сталинизма в нашем обществе, к счастью, нет полярных мнений. Но есть равнодушие, с которым нельзя мириться.