Зачем нужны казахи без понтов?

В 1794 году конгресс принял закон “О строительстве и восстановлении арсеналов”. Вторым местом для арсенала президент Джордж Вашингтон выбрал город Харперс-Ферри в Виржинии. Так у страны появилось два оружейных завода в двух частях страны с разным жизненным укладом – на промышленном Севере в Новой Англии и рабовладельческом Юге.

Производили примерно одно и то же – мушкеты, винтовки и пистолеты. Поначалу все было нормально. Но через 20 лет после начала производства арсенал Харперс-Ферри начал отставать от Спрингфилда по всем параметрам: по количеству выпускаемой продукции, по качеству, эффективности производства, стоимости. Хотя все условия работы были примерно равными – станочный парк, уровень квалификации персонала, оплата труда, штат работников.

Правительство пыталось разобраться, почему так происходит, но мало что менялось. На завод присылали комиссии, новых управляющих, вводили новые условия труда. В ответ работники устраивали забастовки. Когда управляющий Томас Данн в 1829 году попытался наладить строгий контроль за производственным процессом и качеством выпускаемой продукции, один из оружейников попросту его убил.

История закончилась во время Гражданской войны. Благодаря своему стратегическому положению, значению для армии и переправе через реку Потомак Харперс-Ферри привлекал войска и южан, и северян. Он восемь раз переходил из рук в руки, в результате арсенал был окончательно разрушен.

А вот арсенал Спрингфилда дожил до 1968 года. Сейчас это музейный комплекс.

Уже после войны американские исследователи попытались разобраться, что случилось с Харперс-Ферри. Оказалось, что главная причина – социальная среда.

Харперс-Ферри – это маленький южный рабовладельческий городок, где население исповедовало доиндустриальную идеологию, жило по цеховым традициям с жесткой социальной иерархией. И над всем этим довлело отношение умных белых господ к глупым никчемным рабам.

Город управлялся несколькими семьями местной элиты, которые с подозрением относились к любым переменам. Олигархи могли дать образование своим детям. Но дети из простых семей учились в ланкастерской школе, где ученики старших классов учат младших. Качество их образования было ниже некуда. Но затем и ее закрыли за ненадобностью.

Работники завода гордились своим особым статусом “оружейников-мастеров” и изо всех сил сопротивлялись механизации производства, контролю за рабочим временем и унификации. Любые перемены в организационном или техническом плане, которые хоть немного угрожали их статусу, отвергались. Во время забастовки в 1842 году наиболее часто звучали обвинения в адрес артиллерийско-технического управления завода – в подавлении свобод рабочих и превращении их в “рабов машин”.

Арсенал в Спрингфилде был прямой противоположностью. Большинство рабочих были выходцами с ферм и из деревень Массачусетса, где хорошо была развита общественная система образования. Они почти не видели рабства, не боялись потерять социальный статус. Поэтому не мешали внедрять новое оборудование и даже интересовались им. Воспитанные в пуританской этике, они легко приняли режим жизни на заводе. Управляющие арсеналом в Спрингфилде тоже были по-деловому агрессивными и ориентированными на технический прогресс.

Спрингфилд и Харперс-Ферри случайно стали лабораториями, где провели эксперимент – как социальные устои влияют на развитие экономики. В результате в Спрингфилде зародилась новая система унификации производства, которая из военной распространится на все остальные отрасли. А Штаты стали новой промышленной экономикой уже в XX веке.

Бизнес-консультант Ицхак Адизес считает, что цикл жизни любой компании можно определить очень быстро, даже не заглядывая в ее отчетность. По одежде ее сотрудников! На первом и самом перспективном этапе –”Go-go” (Давай-давай) – персонал может ходить хоть в шортах и шлепках на босу ногу. Лишь бы работал. На последнем – все зашорены в костюмы. И не важно, как такой сотрудник работает. Главное – он поддерживает статус своего начальства.

Посмотрите, как одеты сотрудники госкомпаний Казахстана. Сразу увидите, как их начальство оценивает свой статус в обществе. А главное, сколько стоит поддержание этого статуса для самих компаний в частности и для бюджета страны в целом.

Потом обратите внимание на их коллег, работающих в той же сфере, но в частных компаниях. И вам будет так же ясно, где из двух сфер работают продуктивнее. Но, к сожалению, в нашем обществе молодые люди больше стремятся устроиться на госслужбу или в госкомпании, нежели реализовывать себя. Надеюсь, только пока.