Кто виноват в том, что Берик получает в семь раз меньше, чем Ганс

Всё у нас ломается, мы мало умеем, не ценим заботу, работаем спустя рукава. В общем, мы малоэффективны. От этого и заработная плата такая маленькая. Давайте разберемся, насколько это правда.

Два человека, отвечающие за экономику Казахстана – министр национальной экономики Куандык Бишимбаев и глава Нацбанка Данияр Акишев, – не устают говорить нам, что в Казахстане уже построена рыночная экономика. Несильно развитая, но уже рыночная. Попробуем рассуждать исходя из этого.

Сколько зарабатывает водитель автобуса в Казахстане? Официально в Алматы и Астане примерно 100–150 тысяч тенге в месяц. В регионах чуть поменьше. За среднюю цифру можно взять 100 тысяч. В Германии водитель такого же автобуса получает 2 тысячи евро. Возьмем курс Нацбанка – 364 тенге / евро. Получается, что немецкий водитель зарабатывает в семь раз больше, чем его казахстанский коллега.

Рыночная экономика говорит: если один продукт дороже, чем другой, значит, он лучше. И это можно применить к любому ресурсу. В том числе и к услугам. Если условный Ганс получает в семь раз больше условного Берика, говорит ли это о том, что он в семь раз лучше водит свой автобус? Можно ли водить автобус в семь раз лучше? Даже если есть способ количественно измерить уровень работы водителя – возможен ли такой разрыв в уровне их работы? Не-воз-мо-жен.

Сравнивая условия движения в Ганновере и Караганде, Франкфурте и Алматы, можно сказать, что Берик более опытный водитель, чем Ганс. Последний может быть хорошим водителем по немецким меркам. От него требуется умение ехать прямо, в основном по выделенной полосе, и выдерживать время между остановками. Ему вряд ли приходится объезжать рытвины, куда могла бы поместиться легковушка, и быть начеку от диких таксистов, подрезающих автобусы, чтобы взять пассажира. Поэтому, согласно логике свободного рынка, Берику нужно платить больше, чем Гансу, а не наоборот.

В ответ рыночный экономист мог бы возразить, что Ганс получает больше потому, что обладает лучшим “человеческим капиталом”. Он круче обучен, у него, как правило, больше практики. Но здесь наш человек не хуже иностранца. У него тот же уровень образования. Часто он имеет диплом колледжа или училища. А то и вуза. И насчет практики тоже можно поспорить.

Снова нет справедливости.

Опять-таки – как отражается на качестве работы водителя концепция доктора Фрейда или история объединения Германии? Такой дополнительный капитал никак не объясняет разницу в зарплатах.

Главная причина, по которой Ганс получает в семь раз больше, чем Берик, – протекционизм. Германия защитила свой рынок труда иммиграционным контролем. Большинство наших граждан легко могут заменить немецких на их рабочих местах. При условии обучения и знания языка, конечно. Получая за это меньшую заработную плату.

Эффективность работы и оплата труда работников сервиса – одна из самых неудобных тем для сторонников чистого рынка. Она показывает, что справедливая оплата – это миф. Практически любого человека можно сделать честным и пунктуальным, поместив его в необходимую среду.

Из этого следует и другой вывод. Успех экономики и уровень жизни зависят от тех, кто создает эту среду. В условиях Казахстана, где вся власть принадлежит чиновникам, это прежде всего правительство. Которое не всегда понимает, какие решения оно принимает. И министры фактически обвиняют казахстанских граждан в бедности всей страны. Из-за лени и пассивности.

С точки зрения арифметики все верно. Люди с небольшим доходом тянут вниз средний доход на душу населения. С точки зрения теории управления системами всё наоборот – мы бедны, потому что наши чиновники недостаточно эффективны.

Главная причина, почему Ганс зарабатывает больше Берика, в том, что он делит свой рынок труда с другими людьми, которые работают не в семь раз, а намного более эффективно, чем их казахстанские коллеги.

Большинство немцев не производительнее казахстанцев в семь раз. Но есть другие немцы – топ-менеджеры, ученые и инженеры ведущих мировых компаний BASF, Mercedes, Audi, Siemens, Bosh и т. д. Вот они производительнее своих казахстанских коллег не семь, а в десятки раз. Поэтому средняя национальная производительность в Германии оказывается примерно в семь раз выше казахстанской.

Алматы