Судисполнители разоряют малый бизнес и загоняют казахстанцев в долговую кабалу

По словам людей, действующая редакция закона разоряет малый бизнес и обрекает на безнадежную долговую кабалу.

Обращение направлено за подписью десятков предпринимателей, которых жизненная ситуация заставила сплотиться в ОО (общественное объединение) “Ваше право”. История у каждого своя, но финал у всех примерно одинаков – арестованное либо спущенное за бесценок на торгах имущество, включая единственное жилье. Плюс беспросветный долг перед банком.

– В первую очередь мы просим отменить поправки в Закон “Об исполнительном производстве и статусе судебных исполнителей”, – дала комментарий представитель ОО Евгения КУЛИНИЧ. – Они вступили в силу с января этого года. Речь о 42-й статье, которая регламентирует порядок приостановления исполнительного производства. В прежней редакции действия судисполнителя приостанавливались, если поступала жалоба, что они незаконные. А также если человек оспаривал сумму, на которую оценили имущество. В обоих случаях торги не проводились, пока суд не вынесет решение. На сегодня этих требований в статье нет, можно жаловаться сколько угодно – суд­исполнитель все равно продаст имущество. Причем продаст по той цене, которая его устраивает.

Дешево и сердито

“Прелести” закона, давшего, по словам Евгении Кулинич, “зеленый свет” судебным исполнителям, на себе испытали практически все члены ОО. Предприниматель из Зыряновска Наталья КОРМИЛЕЦ рассказывает, как, попав на удочку мошенницы, оказалась должна банку около 60 миллионов тенге. Ее магазин площадью почти 1 000 квадратных метров по разным экспертным заключениям был оценен в сумму от 71 до 64 миллионов. На торги его выставили за полцены, а реализовали за… 23 миллиона тенге.

– Огромные суммы ушли на судебные издержки и судисполнителю, и я осталась должна банку еще 48 миллионов, – мрачно подытоживает женщина.

У ее подруги по несчастью Гульшат ТЛЕУДИНОЙ из-за долга по кредиту в 9,5 миллиона тенге на торги выставили залоговое имущество в виде магазина и квартиры.

– Независимая оценка магазина была в 10 миллионов тенге, банк оценил его в 7 миллионов, а на торгах продают за 3,9 миллиона, и то часть суммы ушла судисполнителю, – говорит предприниматель.

Елена ЯКОВЕНКО, еще вчера успешная владелица двух зыряновских кафе, после того, как у мужа случился инсульт, оказалась не в состоянии выплачивать долларовый кредит. Когда дошло до ареста имущества, по словам Елены, банк значительно пересмотрел оценку кафе в сторону понижения, а суд­исполнитель предупредил, что на торгах цену еще срежут на 40 процентов.

И похожих историй – море, и не только в Восточном Казахстане. Как заметила юрист, в ОО обращаются предприниматели со всей республики, в том числе из Алматы и Астаны.

– Прежде по закону банк не мог продавать имущество ниже залоговой стоимости, потому что при заключении договора обе стороны были согласны с такой суммой, – высказала мнение представитель ОО. – Потом законодательство изменили, и теперь, если одну сторону вдруг не устраивает стоимость, мнение второй стороны не учитывается. На торгах можно снизить цену наполовину. К этому еще судисполнителям дали безграничную власть. Им теперь позволено продать все имущество, даже если в суде в это время оспаривают оценку. Сам закон таков, что эти служащие заинтересованы не в исполнении судебного решения, а в том, чтобы побыстрее все продать. У Гульшат Тлеудиной дошло до трагикомедии: в конце апреля банк присылает ей письмо, что решается вопрос с рефинансированием, а залогового имущества давно нет – продано! По сути, нарушено конституционное право собственника – его имущество каким-то образом продано, а никого не волнует, за какую цену.

Чтобы все свершилось

По словам Евгении Кулинич, поправки в Закон об исполнительном производстве сразу сказались на работе судов. В практике юриста есть случаи, когда суд начал рассматривать поданную на действия судисполнителя жалобу через полтора месяца. Хотя по закону обязан сделать это в течение 10 дней.

– Жалобы лежат в суде мертвым грузом вопреки требованиям Гражданского процессуального кодекса, – рассказала юрист. – Судисполнитель приходит на заседание и говорит: “Вопрос не актуален, потому что все уже продано”. А суд, услышав такую фразу, легко соглашается: на нет, мол, и суда нет. Потому что понимает, что в противном случае придется напрягаться и возвращать имущество назад.

Есть вопросы у ОО и к форме проведения торгов. По словам людей, закрытая электронная площадка не позволяет отследить ни количество покупателей, ни их реальность. Как предположила юрист, не исключено, что в случае прокурорской проверки может выясниться, что другие “участники” торгов понятия не имеют, какие выставлены лоты.

– Возможно, есть удостоверения личности, которые крутят на торгах из раза в раз, а их владельцы даже не подозревают об этом, – высказала мнение представитель ОО. – У нас есть примеры, когда люди реально хотели купить объекты за достойную цену. Но аукцион странным образом провели без их участия, и магазины ушли за бесценок.

В обращении ОО “Ваше право”, под которым стоит почти 100 подписей, выдвинут ряд предложений. В том числе вернуть прежнюю редакцию 42-й статьи Закона об “Исполнительном производстве и статусе судебных исполнителей”. Вынести на рассмотрение мажилиса проект закона “О банкротстве физических лиц”. Пересмотреть размер и порядок оплаты частных судисполнителей, который на сегодня, по мнению общественников, выходит за рамки здравого смысла. Обеспечить прозрачность электронных аукционов через единый портал.

– Банки и судисполнители видят не людей, а деньги, – заключила представитель ОО. – Но по Конституции главная ценность государства – человек, его права и свободы. Наши предложения направлены именно на защиту людей, их судеб, их собственности, их настоящего и будущего.