Узбекистан - ОБСЕ: брак по расчету

Откровенные высказывания Посла Великобритании Крэга Мюррея на тему социальных проблем узбекского общества и жесткая позиция ОБСЕ по вопросу парламентских выборов хотя и не имели прямого отношения к повышению материального достатка в узбекских семьях, однако являлись факторами того, что еще не все потеряно и перемены в будущем возможны.
Внешнеполитическое ведомство Великобритании, понимая раздражение официального Ташкента, решило отозвать своего посланника, тогда как в феврале 2005 года действующий председатель ОБСЕ Дмитрий Рупел совершил свой странный визит в Узбекистан. Далее речь пойдет именно о некоторых странностях визита главы многоуважаемой в мире международной организации.
Наблюдатели в Ташкенте так и не поняли, зачем приезжал Рупел: делать политику или договориться о совместном бизнесе?
Весь секрет заключается в том, что свою должность председателя ОБСЕ Дмитрий Рупел совмещает с должностью министра иностранных дел Словении. В ходе своего визита высокий гость выразил готовность Словении оказать помощь в разминировании границ Узбекистана с соседними государствами. Оказывается, Словения накопила определенный опыт в разминировании и сегодня направляет специально обученных саперов в другие страны.
Экономический расчет прост: установка мины обходится государственной казне в 2-3 доллара, а ее разминирование — в 50 долларов. Прибыль почти в 1600 % заставила председателя ОБСЕ Рупела забыть о цели своего визита в Ташкент.
Судите сами. На вопрос, какой вывод сделала ограниченная миссия ОБСЕ по парламентским выборам, Рупел ответил: «Ограниченная миссия ОБСЕ, принимавшая участие в наблюдении за ходом парламентских выборов 26 декабря 2004 года в Узбекистане, пока еще не закончила анализ и не подготовила доклад, в котором будет дана оценка демократичности и легитимности этих выборов».
Даже несмотря на довольно эмоциональные высказывания президента Каримова о том, что «оценка наблюдателей ОБСЕ минувших парламентских выборов не является для Узбекистана приоритетной», Дмитрий Рупел заявил в Ташкенте, что «позиции Узбекистана и ОБСЕ в настоящее время во многом совпадают».
Сам же председатель ОБСЕ занимался откровенной рекламой Словении и ее возможностей по разминированию. Последнее есть большой бизнес, на котором при вышеупомянутых прибылях хорошо зарабатывают многие коммерческие структуры, а между тем Словения — активный участник Международного трастового фонда по разминированию.
Теперь несколько слов об объемах коммерческого предложения Рупела. По периметру узбекско-таджикской и узбекско-кыргызской границ находится около 150-200 тыс. противопехотных мин, а, произведя несложные арифметические подсчеты, можно вывести и общую сумму — 7,5-10 млн. долларов.
Однако процесс разминирования также включает и утилизацию вырытых из земли «адских машин». Так что искомую сумму можно смело умножать на два. Поэтому ни узбекское правительство, ни президент Каримов ничего, кроме улыбок и теплых пожеланий действующему председателю ОБСЕ не расточали.
Если предыдущий председатель международной организации поднимал в ходе своих вояжей по Центральной Азии острые вопросы социального плана, то нынешний просто-напросто занялся бизнесом. Причем под крышей столь уважаемой организации, как ОБСЕ.
Обычно мероприятия по разминированию финансируют Канада, Норвегия, Австралия, Япония и некоторые другие страны. Принимая во внимание отсутствие средств и техники у узбекского правительства на разминирование, а также будущие значительные объемы работ, интерес Рупела понять можно. О «значительных объемах работ» сказано не зря. Сегодня в Узбекистане мало кто знает, где и как закопаны противопехотные мины: селевые потоки, оползни, снежные лавины, дожди и животные свое дело сделали и имеющиеся карты минных полей вряд ли соответствуют действительности.
Словения руками Дмитрия Рупела не зря взялась за азиатский вектор бизнеса. Более одного миллиона мин в Боснии и Герцоговине этой европейской стране так и не достались. Поэтому Узбекистан и стал для Словении куском золота среди груды черного металла.
Рупел предлагает помощь в разминировании, но при этом даже не спросив у узбекского руководства, почему Узбекистан до сих пор не подписал Оттавскую конвенцию 1997 года и собирается ли официальный Ташкент сотрудничать с Международной компанией по запрещению противопехотных мин. Когда прибыль на уровне 1600 % такие острые вопросы не задают.
Позиция узбекских властей тоже не выдерживает никакой критики. С просьбой о помощи в разминировании границы Ташкент обратился к ОБСЕ летом прошлого года на совещании в Вене. Прошло полгода, и в Узбекистан прибыл Дмитрий Рупел. А до того Центр ОБСЕ в Ташкенте в начале октября 2004 года планировал провести рабочий семинар с участием международных и национальных специалистов. Семинар не состоялся, ибо позиция Узбекистана оказалась не совсем понятной: использовать средства, направляемые мировым сообществом на разминирование, для закупки и размещения альтернативных средств охраны границы. ОБСЕ тогда с этим не согласилась. У многих наблюдателей может возникнуть закономерный вопрос: каков сценарий дальнейших действий? Безусловно, европейские структуры деньги на разминирование и утилизацию узбекских противопехотных мин изыщут, Словения получит хороший барыш, а вопрос прав человека в Узбекистане повиснет в воздухе.
И заключения ограниченной миссии наблюдателей ОБСЕ, участвовавшей в декабрьских парламентских выборах в Узбекистане, нам придется ждать долго. Если вообще дождемся…