На 100% - выбор России. А на сколько Узбекистана?

В своей статье «Тревожный Юг СНГ» научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН Д.Малышева так определяет стратегию России в Центральной Азии:
— Развитие сотрудничества в нефтегазовом секторе представляется едва ли не единственной сферой прибыльного приложения российских капиталов в Центральной Азии.
При этом следует иметь в виду, что: а) российские нефтегазовые корпорации вполне конкурентоспособны в глобальном масштабе; б) они имеют преимущество перед другими на участие в развитии центрально-азиатского энергетического комплекса, поскольку Россия — основной донор региона; в) нефтегазовый сектор Центральной Азии и Каспийского региона опирается на российскую трубопроводную систему.
Способен ли Узбекистан преодолеть эту обидную зависимость, одновременно сохранив высокий уровень сотрудничества с ключевой страной на евразийском пространстве?
ДЛЯ СПРАВКИ:
Национальная Холдинговая Компания «Узбекнефтегаз»
» 190 предприятий;
» 77 тысяч работников;
» 60 млрд. — ежегодная добыча газа (куб.м);
» 7 млн — ежегодная добыча жидких углеводородов (тонн);
» 8-е место в мире по добыче природного газа;
» 5-е место в СНГ по производству топливно-энергетических ресурсов.
Крупные инвестиционные проекты Газпрома и Лукойла на месторождениях газа в Устюртском регионе — неплохой шанс получить дополнительные ресурсы для расширения экспортных поставок энергоносителей.
Потенциал в Узбекистане есть, причем весьма солидный. Однако договора на основе Соглашения о разделе продукции оставляют достаточно мало люфта узбекской стороне. При монопольном положении российских энергетических компаний на узбекском рынке, и почти полном контроле Газпрома над ключевым газопроводом «Средняя Азия-Центр», существенно нарастить экспорт не получится.
По договоренности между Газпромом и Узтрансгазом Узбекистан сможет закачивать в трубу оговоренные с россиянами объемы газа. Для прокачки остального объема и увеличения экспортных поставок необходимо согласовывать вопрос с Газпромом.
Мог ли Узбекистан отказаться от услуг Москвы? Этот вопрос много обсуждался, но к единому мнению эксперты так и не пришли.
Конечно, единственным транзитером природного газа в Европу является Россия, которая и контролирует не только газопровод «Средняя Азия-Центр», но также вторую жизненно важную магистраль — «Бухара-Урал».
Но и разговоры о транскаспийском трубопроводе (надо понимать, что она будет «двужильной» — по ней пойдет и нефть, и газ) пока находятся в стадии обсуждения. Российская сторона уже озвучила свою позицию, ссылаясь на нерешенность вопроса по Каспию.
Но как бы то ни было, Узбекистан в сегодняшней ситуации был фактически лишен выбора. Или продавать газ по трубам, контролируемым Газпромом, или вообще законсервировать месторождения в ожидании лучших времен. Ташкент выбрал первый вариант.
ДЛЯ СПРАВКИ:
Прогноз на 2004-2020 годы:
* прирост запасов углеводородного сырья 75 — 112 млн.тонн условного топлива,
запасы природного газа по промышленным категориям 60 — 85 млрд.куб.м. в год. В денежном эквиваленте — 1 триллион долл. США.
Палка о двух концах — это утверждение весьма актуально для ситуации, сложившейся с узбекском топливно-энергетическом сегменте.
С одной стороны, любые инвестиции в разведку и разработку новых месторождений при ограниченности внутренних финансовых ресурсов необходимо приветствовать.
С другой — важно построить работу с российскими инвесторами таким образом, чтобы оставить в руках государства контроль над магистральными газопроводами «Средняя Азия-Центр» и «Бухара-Урал».
Нынешние реалии характеризуются не только потерей Узбекистаном контроля над магистральными газопроводами, но и отсутствием возможностей в ближайшей перспективе вернуть регулятивные рычаги.
Сегодня все подчиняется законам бизнеса. Российские инвесторы ведут себя на узбекском рынке как бизнесмены, как транснациональные компании, которым свойственно занимать монопольные позиции, диктовать не только свои правила игры, но и волю. И в этом нет ничего предосудительного.
Если Узбекистан не может защитить национальные интересы в ключевой для себя топливно-энергетической сфере, что говорить о других сегментах узбекской экономики?
И напоследок можно привести в качестве информации для размышления следующую выдержку из одной российской газеты: «В российском кабинете министров говорят, что, осуществляя работу в Узбекистане «Газпром» также уменьшает риск образования сильного топливно-энергетического блока в Средней Азии, который мог бы создать конкуренцию российскому газовому гиганту на европейском рынке».
Комментарии излишни…

Фото с сайта http://www.deita.ru/