Пресыщение властью

Глаза завидущие, руки загребущие
То, что слуги народные иногда воровиты и далеко не всегда их помыслы чисты, известно давно. Едва облачившись мало-мальской властью, они тут же начинают нещадно эксплуатировать свое служебное положение. Быть честным и принципиальным, по их мнению — непозволительная роскошь.
Учитывая эту особенность чиновничьего менталитета, а так же то, что коррупция может нести прямую угрозу национальной безопасности, в 1998 году у нас был принят закон «О борьбе с коррупцией», в котором популярно объяснялось, как не путать свой карман с государственным и свои личные интересы с общественными. Кроме того, в прошлом году была разработана государственная программа борьбы с коррупцией на 2001-2005 годы, в которой намечены практические меры врачевания мздоимства. Ан нет! Четкие правовые рамки не являются преградой для тех, кто хотел бы, чтобы все было так, как им удобнее и сподручнее.
До поры до времени, увы, у нас велась стрельба по воробьям. Когда год назад на высшем уровне заговорили (в который раз!) об этой проблеме, выяснилось, что в стране заведено 28 уголовных дел против акимов. Только вот незадача — среди фигурантов уголовных дел оказались исключительно маленькие чиновники, не выше ранга сельского акима. Здесь, пожалуй, как большое исключение из правил, было «дело Кажегельдина», который не только «прихватизировал» страну, но и не брезговал принимать как добровольные подношения, так и подневольные: ну скажите, кто захочет обострять свои отношения с премьером?
Кстати
По оценкам международной неправительственной организации Transparency International, Казахстан и Узбекистан по уровню восприятия коррупции в прошлом году занимали 71 место. Среди наименее коррумпированных государств были названы Финляндия, Дания, Новая Зеландия и Исландия. Крупные европейские государства, а также США и Япония заняли 13-30 места. Из государств СНГ наименее коррумпирована Молдова — 63 место. Россия заняла 79 строку, Украина — 83, Азербайджан — 84.
Охотники переходят на дичь покрупнее
Не так давно разразился еще один, довольно крупный скандал. И фигура, замешанная в нем, оказалась отнюдь не мелкого пошиба — все-таки вице-министр сельского хозяйства. Министерство, пролоббировав постановления правительства об упразднении целого ряда ветеринарных подразделений и управлений, нашло им, не без помощи вице-министра Толеухана Нуркиянова, альтернативу — было создано РГП «Центральная ветеринарная лаборатория». Нуркиянов лично взялся курировать ее деятельность, а бразды правления отдал… близкому родственнику. За короткое время чиновнику удалось создать сеть аффилиированных фирм и успешно превратить систему по госзакупу ветеринарных вакцин в семейный бизнес. Причем, бизнес довольно прибыльный — все государственные средства, а это сотни миллионов тенге «оприходовали» именно многочисленные подвизающиеся фирмы родственников…
Теперь, после того, как в силки попалась дичь покрупнее, премьер Имангали Тасмагамбетов пообещал, что пойдет другая охота — на гусей. Впрочем, охота эта велась и раньше, только результаты были слишком скромные — ведь у чиновников даже областного звена, уже не говоря о республиканском масштабе, совсем иные возможности, чем у районных и сельских акимов: у них и авторитет посильнее, и связи повлиятельнее.
События последнего месяца показали серьезность намерений нового правительства. Страна похожа на потревоженный улей. Арестован экс-министр энергетики, индустрии и торговли Мухтар Аблязов. Работая министром, он занимался разработкой схем по извлечению выгоды в свою пользу. Возбуждено уголовное дело против Галымжана Жакиянова, который не жаловал закон (подписал более 80 незаконных правовых актов), лоббировал интересы аффилиированных компаний в ущерб государству (но теперь эти казнокрады зовут политику в адвокаты!). В республиканский розыск объявлена бывший председатель налогового комитета по Южно-Казахстанской области Вера Крипулевич, с легкой руки которой государственная казна недополучила налогов на десятки миллионов тенге.
А недавно стало известно, что из стратегического резерва страны исчезло сильнейшее наркотическое сырье — 7,5 тонн технического морфина и около 180 тысяч ампул морфина гидрохлорида общей стоимостью более 1 миллиона долларов! Продовольственная контрактная корпорация, реализовав зерно из государственных ресурсов, около 3 миллиардов тенге зачисляет не в бюджет, а на специальный счет. Так что впереди — новые уголовные дела. Причем, далеко не против ночных сторожей…
Кстати
По приблизительным подсчетам ученых Гарвардского университета, коррупция увеличивает стоимость товаров и услуг на 5-15 процентов. Потери от коррупции в сфере государственных заказов и закупок составляют примерно 30 процентов всех бюджетных затрат по этим статьям. По оценкам российских правоохранительных органов, криминальные структуры в отдельных отраслях промышленности (нефть, газ, редкие металлы) тратят до 50 процентов прибыли на подкуп должностных лиц. По самым скромным подсчетам, суммарные потери от коррупции в России составляют не менее 20 миллиардов долларов в год. Каковы наши экономические потери от коррупции, можно только догадываться — никаких официальных исследований на этот счет в Казахстане не проводилось.
Как с гуся вода…
Комиссия по борьбе с коррупцией переживает свое второе рождение. Несколько лет назад она была упразднена за ненадобностью, а сегодня, когда гидра коррупции пропитала все общество своим ядом, снова создана. Эта комиссия выдвигается не только на передовую борьбы с коррупцией, но и будет следить за тем, чтобы госслужащие безусловно соблюдали правила служебной этики.
Впрочем, вряд ли эта комиссия сможет противостоять «позвоночному праву». Взять того же Нуркиянова. Когда он, что называется, попался, министерство встало горой за своего вице-министра. В результате тот получил лишь строгий выговор (правда, теперь Агентство финансовой полиции возбудило против Нуркиянова уголовное дело)! Круговую поруку победить не так-то просто.
Кроме того, комиссия не сможет подменить деятельность судебных органов или как-то управлять ими. А между тем именно на их уровне творятся поистине чудные дела. Ровно год назад бывший председатель комитета по госматрезервам министерства энергетики Сматай Аязбаев был признан виновным в злоупотреблении должностными полномочиями. Вместе с ним по делу проходили еще и генеральный директор РГП «Резерв», президент ЗАО «ХОЗУ министерства образования и науки» и частный предприниматель. Общий ущерб, нанесенный государству предприимчивыми чиновниками, судебно-экономическая экспертиза оценила в сумму без малого 60 миллионов тенге. Все были признаны виновными, каждый был осужден к трем годам лишения свободы и … амнистирован.
Особенно рельефно проступает пристрастность Фемиды в некоторых случаях. 14 января в Петропавловске был приговорен к 7 годам лишения свободы за получение взятки районный судья Дипломбек Кажагапаров. Один гражданин хотел украсть 4 мешка зерна, да не вышло. Тогда судья, рассматривающий это дело, предложил матери несознательного субъекта смягчить приговор за 3 тысячи долларов. В итоге судья получил 7 лет, а тот, кто покушался на зерно — три года. Вот вам и справедливость судебной машины…
Кроме того, очень часто еще на стадии следствия действия подозреваемого, пусть и арестованного в своем служебном кабинете с поличными при получении взятки, умело квалифицируются так, чтобы и позора было меньше, и статья, как говорится, не расстрельная. Конкретная статья 311 УК РК — «Получение взятки» чудесным образом превращается в статью 177 — «Мошенничество». Разница в том, что за взятку можно лишиться права занимать «доходное место» на срок до трех лет…
Кроме того, УК, который все клянут за жесткость, оставляет лазейку для тех, кто «берет с умом и понемногу», поскольку «не является преступлением в силу малозначительности» получение взятки впервые, без предварительной договоренности, если стоимость подарка не превышает двух месячных расчетных показателей.
А как у них?
В таких странах, как, скажем, Нидерланды, Швеция или Дания, взятки практически исключены, там лишь изредка «светятся» чиновники-транжиры. В Мехико патрульные полицейские дают взятки своим начальникам за то, чтобы их обеспечили табельным оружием и патрульной машиной. В ряде стран, например в Израиле, люди скорее признаются в убийстве, чем в коррупции: репутация человека, замешанного в коррупционном скандале, крайне нежелательна. Аналогичная ситуация в Ирландии.
В большинстве африканских стран процветает клановость. Традиционные культурные нормы обязывают чиновника помогать своим соплеменникам и родственникам. А приход нового начальника означает, что чиновников уволят и наймут других. Именно поэтому нужно за короткий срок обеспечить себя на всю жизнь за счет почти официального воровства.
Губернаторы в США и Италии систематически бывают замешаны в коррупции, потому что обладают правом распределения ресурсов. Во Франции в последние годы распространилась форма коррупции, до этого практически не встречавшаяся,- предоставление заказов на услуги строительных фирм.
В Южной Корее наиболее коррумпированные отрасли — самые передовые наукоемкие производства, которые государство обеспечивает льготами, кредитами, заказами. Такая же ситуация в США с военно-промышленным комплексом.
А в Уганде основная форма коррупции состоит в том, что крупные государственные чиновники посылают друг друга в длительные заграничные командировки, в которых суточные равны их месячному окладу.