Медицина катастроф как она есть

В центре внимания — оказание первой оперативной помощи населению в несчастном случае массового характера, в результате разгула природной стихии и т.д.
Результаты этих учений могут повергнуть в полное уныние и пессимизм. Это с одной стороны. На другой взгляд, это может обозначить новые «маяки», перспективное поле для роста.
Подобный «разбор полетов» поверг в полный шок также и руководство Центра медицины катастроф. Но не за саму обвальную (само)критику, а за то, что называется, «вынесли сор из избы» и устроили публичную порку с участием прессы без визы вышестоящих. За это руководство данной организации подверглось угрозе увольнения. Видимо, по иному, сегодня невозможно решить обозначенные проблемы. Когда их засветили на публике, придется принимать необходимые решения. А если бы проблемы обсуждали бы, по­старинке, на закрытых заседаниях, их, видимо, в очередной раз заболтали и замели бы «под ковер».
А возникшие в ходе учений проблемы имеют не только системный тактический характер, но даже и стратегический. Это значит, что в случае разрушительного землетрясения, наводнения, нанесения вероятного ядерного удара или какого-нибудь масштабного теракта (подарочка от Усамы), правительство и компетентные госорганы на сегодняшний момент будут не в силах оказывать помощь населению и устранять последствия катаклизмов.
Центр медицины катастроф (ЦМК) — это наследник вчерашней Гражданской обороны, только ему не досталась материальная база. ЦМК создан около 10 лет тому назад. У Центра сегодня множество проблем, и что самое интересное, почти все они носят базовый, основополагающий характер не только по части материально­технического обеспечения, но также и в области координации деятельности с другими заинтересованными организациями.
Когда между органами спасения деятельность не согласована, они начинают конфликтовать, забывая о своих прямых обязанностях. Смысл в их деятельности пропадает автоматически, если не сказать, что они начинают просто вредить.
О чем вообще можно говорить, если в организации нет лишних носилок, респираторов, скальпелей, расходного материала, не указывая уже на более серьезные проблемы — обеспечение медикаментами, провизией, электроэнергией, водой, связью и т.д.
После объявления учебной тревоги, сотрудники Центра приехали в условный эпицентр спустя два часа. Они прибыли на место, что называется, с места в карьер — в чем были одеты, находясь на рабочем месте в больнице — в халатах, тапочках, захватив инструментарий, который был в тот момент под рукой. А оказалось, к сожалению, не так много.
Проблема межведомственной несогласованности актуальна для служб спасения в других странах. К примеру, когда недавно в Турции случилось землетрясение, помощь начала поступать со всех концов белого света. Но эта помощь не дошла до своего адресата и оказала свое магическое действо частично, потому что на улицах были пробки, завалы, заторы и т.д. В результате этого, привезенная донорская кровь пропала, и ее выливали на землю десятками литров. Нечто подобное было и в Казахстане во время учений — отсутствие единого командного пункта и координации действий между различными министерствами и ведомствами, которые должны быть одновременно задействованы в спасательных работах.
Более того, в связи с отсутствием информационного обеспечения, врачи не будут знать, как лечить отдельно взятого пострадавшего. Благодаря такой «слепоте», одному и тому же больному могут несколько раз вколоть обезболивающее — это в лучшем случае. В диких условиях ЧС, перепутать дозу лекарства не составит никакого труда, а доза легко может оказаться смертельной. Хорошо, если вкатят нужное лекарство, — ведь при всеобщей панике никто долго разбираться не будет.
Не так давно в прессе вновь осветили проблему, когда доктора привили школьникам туберкулез. С докторами сегодня судятся, но это редко приводит к наказанию последних. А если даже их и уличили, они все равно продолжают практиковать и использовать прежние методы и микстуры. Американская статистика подсчитала, что там от медицинской ошибки страдает около 25% населения. В России эта цифра равняется 30%. В Казахстане такую статистику никто не ведет.
Медики также поднимают проблему сохранения человеческих останков для дальнейшей идентификации в условиях ЧС. Однако об этом говорить не приходится, потому что для этого нет соответствующей материальной базы, оборудования: холодильных установок, контейнеров и пр. Как известно, в летних условиях жары, во­первых, останки быстро разлагаются, во­вторых, источают заражающие флюиды.
Если даже у медиков и есть защитная экипировка, то она безнадежно морально и физически устарела. Защитные комбинезоны невероятно тяжелы в ношении и использовании. Может быть, это будет грубо звучать, но сами медики говорят о том, что если доктору приспичит справить нужду, для этого придется либо снимать всю амуницию, либо облегчаться прямо в комбинезон. В условиях химического или газового отравления (поражения) снимать защиту, естественно, невозможно. Следовательно, вывод напрашивается сам, — защитная амуниция мало пригодна в использовании, потому что была сделана в бытность СССР, когда о легкости в использовании не задумывались.
Казахстанские больницы не могут толком работать даже в мирных условиях, не говоря о чрезвычайных. Предположим, если в день делается 2­5 операции, то в условиях наплыва больных и раненых, медики не смогут справиться с ситуацией. В условиях массового поражения потребуется большое количество больничных корпусов, в том числе за пределами города.
Корпусов и других потенциальных больничных площадей тоже нет. Уже сегодня нужно поднимать вопрос о создании загородных больничных зон. Больных и раненых просто некуда будет устраивать. Они будут погибать не только от ЧС, но также и оттого, что им не смогут оказать вовремя помощь.
Как известно, Алматы находится не только в сейсмической зоне, по данным городского акимата, около 50% всех городских строений, в том числе и больниц, находятся в аварийном состоянии. По расчетам медиков, если в южной столице, не приведи господи, когда­нибудь случится сильное землетрясение, силой 8­9 баллов по шкале Рихтера, пострадает и/или погибнет около 70% населения, среди которых неизбежно будут и медики, которым также потребуется медицинская помощь.
Если даже помощь и придет из­за рубежа, благодаря массовым разрушениям, ее невозможно будет доставить всем нуждающимся.
Следовательно, командно­штабные учения необходимо проводить не только Центру медицины катастроф, но также и всем медикам, чтобы они уже имели представление как действовать в условиях ЧС, не поддаваясь панике.
Множество загадок кроется и в статусе ЦМК. До конца все же не ясно, кому он должен подчиняться Центр: КЧС или минздраву. Финансирует вроде бы минздрав, а команды поступают из КЧС. Но для минздрава ЦМК был лишней обузой, и денег поступало мало. Роль Центра отошла на второй план, и он превратился в своего рода балласт. Такое положение сложилось в силу общей бедности минздрава. Ведомство не могло решать больших проблем: с голоду бы не умереть. Но сегодня положение потихоньку улучшается, — финансирование увеличивается и поэтому сегодня можно потребовать от правительства решать проблемы подготовки к ЧС, ЧП и другой чрезвычайщине.
Сегодня медики из Ассоциации врачей и провизоров Казахстана (АВиПК) работают над составлением табеля оснащения — списка всего необходимого для оказания первой помощи при катастрофах массового характера. Почему этим сегодня занимается АВиПК? В ассоциацию входят 57 других врачебных ассоциаций.
Сложность заключается в том, что такого реестра пока нет. Он должен охватить все необходимое для работы врачей по многим направлениям: реаниматологов, травматологов, педиатров, инфекционистов, гинекологов, психологов и многих других — всех не перечесть. Сегодня все эти узкоотраслевые ассоциации врачей готовят необходимую информацию по объемам медикаментов, инструментов, оборудования. Сложность поддержания в готовности необходимого оборудования еще заключается в том, что методы лечения, оборудование и т.д. постоянно совершенствуются. Следовательно, весь составляющие чеэсовского госрезерва периодически нужно менять.
Айжан Садыкова, президент АВиПК в интервью Караван.kz сказала, что для формирования ЧеэСовского госрезерва нужна специальная государственная программа­госзаказ. Без него специально никто не будет производить и поставлять медицинское оборудование. Это товар специфический, некоммерческий — в аптеке его не продашь. При помощи реализации таких государственных программ возможно будет поддержать также и отечественных производителей. Более того, казахстанский бюджет пока не предусматривает медицинских расходов. Сегодня врачи выступают за то, чтобы депутаты и правительство ввели бы такую строку расходов.
По мнению медиков, подготовку и профилактику ЧС нужно осуществлять на масштабном государственном уровне, на научно­практической основе, для чего необходимо создать целый институт, воспитать специально подготовленные кадры. Для работы в зоне ЧС необходимо проходить предварительную психологическую и физическую подготовку специалистов — вид потоков крови и большого числа человеческих жертв оказывает тягостное влияние на психику работников. Следовательно, после работы они должны будут проходить психологическую реабилитацию. А для этого уже потребуется увеличить штат психотерапевтов, психоаналитиков и т.д.
К примеру, в России, в московском Центре медицины катастроф, ведутся научные исследования в отношении поведения человека в экстремальных ситуациях. Для этого даже находятся добровольцы, которые позволяют проводить над собой опыты. За определенную плату.
А в развитых странах капитализма, сотрудники противопожарной службы, полицейские и т.д. обладают определенным набором медицинских знаний. Благодаря этому они больше приспособлены к оказанию первой помощи в экстремальных ситуациях. За границей они имеют официальный статус парамедиков. У нас, как известно, такого понятия нет. Однако сегодня медики предлагают разработать программу по подготовке и введению такой должности.
Айжан Садыкова сказала, что кроме создания научно­технической базы для спасателей ЧС, необходимо разработать и подготовить соответствующую юридическую базу. Сегодня нет специальных ведомственных нормативных подзаконных актов. А без нужного закона, как показывает практика, дальнейшее позитивное развитие ситуации невозможно.
По мнению медиков, спасателям необходимо предоставить специальный юридический статус для работы в зоне ЧС, набор рабочей экипировки, методы координации для взаимодействия с другими службами, размеры и объемы предоставляемых льгот и т.д. и т.п.
Кроме юридической базы необходимо проводить научные исследования на предмет человеческого поведения и выносливости в чрезвычайных ситуациях. Научные исследования также необходимы для разработки соответствующей экипировки — той же спецодежды. Существующая спецодежда не только не удобна, но также способна напугать своим внешним видом даже психически устойчивых людей.
Медицина катастроф — это работа не только собственно медиков. Это взаимодействие с органами ЧС, МВД, КНБ, МО, аэропортом, городскими автопарками, НПО и многими другими. Часть автопарков сегодня, как известно, находится в частном секторе. Следовательно, государственные органы не могут указывать частникам, — они могут только договариваться. А договоренность может соблюдаться не всегда, да и к тому же транспортники указывают на дефицит производственных мощностей.
В Алматы работает около 300 частных больниц, которые нигде не учтены в специальном реестре минздрава. Следовательно, госорганы не владеют информацией о том, какими ресурсами они могут располагать в чрезвычайной ситуации. Как указывалось выше, в южной столице действуют 57 врачебных ассоциаций, — а это, по большому счету, тоже является неиспользуемым, а значит скрытым ресурсом. Только, видимо, у чиновников не хватает государственного подхода к оценке ситуации, и к своим обязанностям. Общественники также являются и кадровым потенциалом. И это тоже никак не учитывается.
По предложению Айжан Садыковой, больницы скорой помощи необходимо преобразовать в центры медицины катастроф. Для этого потребуется провести переаттестацию персонала, который сегодня там работает с целью выдачи квалификационного свидетельства работникам. Это позволит создать базу данных специалистов для работы в зонах ЧС. В центрах медицины катастроф и других госорганах необходимо иметь различные методические пособия по тому, как следует работать в чрезвычайной ситуации.
По предложению медиков, необходимо создать электронную карту городских зданий: компаний, фирм и предприятий с вероятным числом сотрудников. В случае ЧС это позволит создать картинку предположительного числа жертв для того, что бы знать какой объем помощи придется оказывать, и какой характер аварий может случиться.
В конце разбора полетов главный врач РК господин Меркер предложил рассматривать проведенные учения не как ворох неразрешимых проблем, а как руководство к действию. Он попросил все заинтересованные структуры предоставить список всего необходимого и свое видение для разрешения ситуации.
Остается уповать только на время, которое покажет то, как медицинская бюрократия на деле относится к подготовке к работе в условиях разнообразных ЧС.

Электронный адрес автора peternnp@yahoo.com