Сфабрикованный диагноз: как мать лишили сына

В январе 2023 года Саниям поставили на Д-учет (динамическое наблюдение). О том, что она состоит на учёте у психиатра, женщина даже не догадывалась. А всего через пару дней, утром 3 февраля, во двор Саниям через забор начали перелезать люди. По словам женщины, это были полицейские, сотрудники акимата, педагоги. На глазах у сына её начали избивать, скрутили руки и посадили в машину скорой помощи. Мальчика же отправили в детский дом, передает Caravan.kz.

«Мне не сказали, куда меня везут, не сказали, что будут делать. Взяли за руки, руки скрутили и вывели на улицу. А за ребенком гнались другие участковые. Меня закинули в машину скорой и увезли в направлении Талгара», — рассказывает Саниям. 

Мать в стационар, сына в детдом

Так начались 45 дней пребывания в психиатрической больнице на принудительной госпитализации. Женщине регулярно ставили капельницы и заставляли пить препараты. Это негативно сказалось на её состоянии здоровья и до сих пор отражается на организме. 

«Капали безбожно, очень много капельниц, и день и ночь капали, давали какие-то лекарства, заставляли пить», — рассказывает Саниям.

Всё это время женщина ничего не знала о судьбе своего ребенка. Выйдя после госпитализации, она нашла сына в детском доме в Баганашыле. Ей давали видеть его лишь по 15-30 минут в день под строгим надзором. Со слов матери, в детском доме мальчика избивали как воспитатели, так и другие подростки. Так прошли 9 месяцев разлуки. 

Пока ребенок находился в детдоме, опека уже готовилась передать его в чужие руки.

«Четыре приемные семьи хотели забрать моего ребенка без меня. Его уже показывали приемным родителям и отдавали на посещение каких-то культурных мест, парки, аквапарки», — рассказывает Саниям.

Борьба за инсулин

По словам Саниям, ее госпитализации предшествовали многочисленные попытки получить необходимое лекарство. У Саниям тяжелая форма сахарного диабета 1-го типа. На протяжении девяти месяцев она пыталась получить от поликлиники жизненно необходимый инсулин. 

«Я абсолютно ничего сначала не знала, что и почему. Потом я, конечно, поняла. За то, что я требовала инсулин у главврача в течение 9 месяцев, мне не давали этот инсулин», — поясняет Саниям.

Намеренная фальсификация

Для постановки на учет требуются официальные основания. Среди них добровольное  согласие человека или решение ВКК. В случае Саниям этих оснований не было. Официально о деталях этой истории стало известно на пресс-конференции, где Саниям выступила вместе с юристами Общественного фонда «Қорғау HR». По словам руководительницы фонда Алии Абдиновой, документы о согласии на госпитализацию подделали. Это показала судебная экспертиза.

«Психиатрический учёт повлёк за собой госпитализацию в психиатрическую больницу. Мы подали заявление в уголовный суд о незаконной госпитализации, так как её подпись была поддельной, мы подтвердили это экспертизой», — говорит Алия.

Как отметил юрист фонда Юрий Ершов, пока женщина находилась в стационаре, был инициирован процесс лишения её дееспособности. Однако две независимые судебные экспертизы признали Саниям психически здоровой. Юристам фонда удалось аннулировать незаконный учёт, а также добиться возмещения морального вреда в размере двух миллионов теңге. Но главным результатом стало то, что ребенок наконец вернулся к матери.

Боязнь системы

Представительница Казахстанского союза родителей Эвелина Мадзигон отмечает, что из-за таких прецедентов родители в Казахстане боятся обращаться за медицинской помощью.

«Если государство будет формировать практику, при которой сам факт обращения к психиатру становится риском потерять ребёнка, люди просто перестанут обращаться за помощью, даже когда она им остро необходима», — говорит Эвелина.

По словам Эвелины, на практике родители задают вопросы о том, не приведёт ли посещение специалиста к негативным последствиям. 

«На практике родители опасаются совсем другого. Они задают вопросы: если я обращусь к психологу после родов, смогут ли у меня отобрать ребенка? Если мне поставят диагноз депрессия? Или после обращения поставят на психиатрический учет? Если сведения попадут в органы опеки?» — говорит Эвелина. 

Она подчеркивает, что изъятие ребенка из семьи в подобных случаях прямо противоречит международным нормам.

«Статья Конвенции ООН о правах ребёнка прямо говорит о том, что ребёнок не может быть разлучён со своими родителями иначе как по решению компетентного органа, если такое разлучение действительно необходимо в интересах ребёнка, — говорит Эвелина,- нигде не говорится, что психиатрический диагноз автоматически означает невозможность воспитывать детей».

Эвелина Мадзигон подчеркнула, что речь не идет об отрицании психиатрии как таковой. Когда лечение действительно необходимо и человек дает на него добровольное согласие, помощь специалистов незаменима. Главное требование правозащитников- это строгое соблюдение закона.

По ее словам, даже реальное наличие психического заболевания не делает человека плохим родителем. 

«Сильное государство отличается не количеством изъятых детей. Оно отличается тем, что умеет вовремя помочь семье сохранить ребенка рядом с любящими родителями. Именно к такой правовой системе мы должны с вами стремиться», — сказала Эвелина. 

О том, как казахстанцы узнают о своем учёте случайно, читайте в материале Caravan.kz.