Опубликовано: 8718

“Ялла” на все времена

“Ялла” на все времена

Музыканты из группы “Ялла” под Новый год совершили концертный “набег” в Алматы. Легенды советской эстрады проводят свой 43-й (!) артистический сезон. Дольше на сцене (50 лет) продержались разве что легендарные “Роллинг стоунз”.Заглянув в Алматы под самый занавес 2013 года, “Ялла” снова

вызвала ажиотаж публики. Аксакалы сцены, как сейчас называют себя музыканты, по сей день в хорошей артистической форме и полны творческих планов…

Их сравнивали с “Песнярами”, называли узбекскими “Битлз”, а они остаются самими собой больше четырех десятилетий. Неповторимое сочетание электронного звучания с живыми инструментами – рубабом и дойрой – всегда привлекало внимание к музыке “Яллы”. Такое ощущение, что на сцене целый оркестр. К сожалению, в 1995 году в связи с переездом в Америку группу покинул музыкальный руководитель Рустам ИЛЬЯСОВ. Но оставшаяся отважная четверка – Фаррух ЗАКИРОВ, Аббос АЛИЕВ, Алишер ТУЛЯГАНОВ, Джавлон ТОХТАЕВ – по-прежнему вместе.

Спасибо Маслякову

Как же это возможно, что коллектив живет 43 года, выступая не одно десятилетие в неизменном составе?

– Когда человеку нравится то, что он делает, он получает от этого внутренний драйв, – говорит бессменный директор “Яллы” Игорь ХАЛИКОВ. – Коллектив – это как семья. Бывают разногласия, споры. Но всегда у нас личное уходило на второй план, чтобы не страдало творчество. “Ялла” – это феномен.

Группа родилась в 1970 году в стенах Ташкентского театрально-художественного института. Возглавил ее директор институтского театра – Герман Рожков. Судьба коллектива резко изменилась, когда в Ташкент приехал ведущий программы “Алло, мы ищем таланты!” Александр Масляков и предложил участвовать в этом телевизионном проекте. После победы в нем в 1971 году “Ялла” стала известной на весь СССР.

Причем коллектив долго не мог определиться с названием. Но когда на одной из репетиций зазвучала припевка к песне “Кизбола” (“Озорная девчонка”) – “Ялло-а-ла-ла”, идея пришла сама собой. Кроме того, ялла – это направление узбекского песенного народного жанра, в котором под песенный аккомпанемент исполняется национальный танец… Жизнь группы не всегда была безоблачной, назрел творческий кризис, музыканты стали уходить. Но в 1979 году художественный руководитель “Яллы” Фаррух Закиров познакомился на конкурсе в Ялте с будущим музыкальным руководителем группы Рустамом Ильясовым, они оказались еще и соседями в Ташкенте. После тщательного отбора в “Яллу” пришли Аббос Алиев, Алишер Туляганов, Жавлон Тохтаев. Коллектив родился во второй раз. Плодотворным было сотрудничество с известным композитором Алексеем Рыбниковым, автором песни “Последняя поэма” на стихи Рабиндраната Тагора. А в 1980-м родился один из главных хитов “Яллы” – “Учкудук”.

Как “Учкудук” жизнь спас

– В каждой своей программе обязательно стараемся петь новые песни, – говорит художественный руководитель “Яллы” Фаррух ЗАКИРОВ, – но публика всегда требует “Учкудук” или “Дженнуни”. В переводе с арабского, “дженнуни” – безумно влюбленный. Эту песню мы привезли из Марокко. В Казахстане, да и других странах СНГ эта песня в нашем исполнении стала почти что народной!

Любопытной была история создания знаменитой песни “Учкудук – три колодца”. Известный поэт Юрий Энтин и Фаррух Закиров сочинили ее за 40 минут в 1980 году в уранодобывающем городке Учкудуке. Его даже не было на карте Советского Союза.

– Юрий Энтин пошел прогуляться по городу и увидел его каким-то особым, романтическим взглядом, – рассказывает Фаррух Закиров. – Тут же написал прекрасные поэтические строки и настойчиво просил меня сочинить к ним музыку. Мелодия родилась сама собой: “Горячее солнце, горячий песок, горячие губы, воды бы глоток...”.

Мало того что поэт заставил экспромтом сочинять песню, он настоял, чтобы в тот же вечер она прозвучала перед публикой Учкудука. Восторгу не было предела.

– Спустя годы эта песня, можно сказать, спасла мне жизнь, – продолжает Фаррух Закиров. – Как-то я прилетел в Москву ночью. Меня встретила наш художник по костюмам Алена Коженкова. По пути остановились у магазинчика. Она с водителем зашла в магазин, я остался покурить. Подходят пятеро подозрительных личностей, окружают меня: не одолжишь ли, мол, дядя, денег. Я стою, говорю какую-то ерунду, взволнованно курю. Из темноты появляется еще один – вроде как главный. Ситуация становится опасной. Главный пристально смотрит: “Я не понял, “Учкудук”, что ли?”. Тут из магазина выходит Алена: “Что здесь происходит?”. Главарь спокойно отвечает: “Как что? Вот друга встретили”. Так неожиданно мирно все разрешилось...

15 кило камней

Фаррух Закиров стал народным артистом сразу шести республик: Узбекистана, Каракалпакстана, Казахстана, Киргизии, Таджикистана, Ингушетии. В 90-е годы побывал даже в кресле министра культуры своей страны. Вспоминает это с долей юмора:

– В те времена министрами культуры были композитор Раймонд Паулс – в Латвии, певец Полад Бюльбюль-оглы – в Азербайджане. Вот наш президент и говорит: “Давай мы тебя сделаем министром”. У меня вырвалось: “Что я плохого сделал? Чиновник из меня – не очень”. Тем не менее я был назначен, хватило меня всего на года четыре. Одновременно я умудрялся на выходные выезжать на концерты. Наш президент разрешал мне это делать, понимая, как я тоскую по сцене. Правда, другие не поняли. В Узбекистане вообще артистов воспринимают по-особенному. Если идешь свататься и узнают, что артист, так лучше дочку за директора хозмага или повара выдадут.

Особое значение в коллективе придают сценическому оформлению и костюмам. Среди поклонников “Яллы” ходят легенды о необычайно дорогих, весом до 15 кило нарядах.

– Костюмы тяжелые от того, что на них нашито много камней, – поясняет Фаррух Закиров. – Всю эту красоту нам изобретала знаменитый художник-постановщик Алена Коженкова. Нам очень повезло, что она заинтересовалась нашим коллективом и создавала костюмы к трем или четырем программам. Эти наряды подчеркивали нашу самобытность на сцене. Мы сами всегда ими любовались.

Но из самых больших достоинств “Яллы” были самобытные аранжировки ее песен.

– Аранжировки – в основном нашего музыкального руководителя Рустама Ильясова, – говорит Игорь Халиков. – Сейчас он живет в Нью-Йорке, работает с одним из коллективов. Там вообще живет большая узбекская диаспора. Когда мы давали там концерты, нас встречали очень тепло. С концертами мы также объехали и 20 городов Германии. Там выходцы из бывшего СССР помнят нас и с удовольствием слушают.

Дети, внуки, планы

– Фаррух Каримович, у участников группы, наверное, большое количество детей и внуков?

– Да. Самый плодовитый у нас, конечно, Аббос Алиев. У него уже пять внуков. Мои два сына, Саид и Миша, пока не торопятся делать меня дедушкой.

– Кто-то из детей или внуков пошел по музыкальной линии?

– Из детей музыкантов по этой линии мало кто пошел, – отвечает директор коллектива Игорь Халиков. – Только племянники. Самая выдающаяся, конечно, Наргиз Закирова, выступающая в российском проекте “Голос”. На сцене она с четырех лет. Мой сын Даниил – скрипач в оркестре Метрополитен-опера в Нью-Йорке. Дочь учится в Манхэттенской школе музыки. Сыновья Фарруха Каримовича занимаются бизнесом. Михаил – в Лос-Анджелесе, Саид – в Москве. Сын Аббоса работает в банковской системе, дочь – в туристическом бизнесе. Два сына Джавлона – пока еще школьники.

– Фаррух Каримович, есть ли в “Ялле” те, кто родился в год Лошади?

– Среди музыкантов нет. Я, например, родился в год Собаки… Но в год Лошади родилась моя жена Анна. Мы с ней уже 26 лет вместе. Согласно гороскопу эти два знака хорошо ладят друг с другом и друг друга поддерживают.

– Какие гастрольные планы у вас на 2014 год?

– Мы – мобильная группа, – говорит Игорь Халиков. – В любой момент можем выехать. Самый работоспособный, конечно, Фаррух Каримович. Ему – 67, остальные лет на десять младше, но он фору дает всем. Дай Бог ему здоровья. А газету “Караван” мы читаем, когда приезжаем в Алматы. Желаем, чтобы было, как в пословице: “Собака лает, караван идет”! Чтобы ваш “Караван” неуклонно шел к своей цели и процветал!

Перед концертом в Алматы

Екатерина, 47 лет: В середине 80-х годов я жила в Ташкенте. По проспектам, бывало, разъезжал экипаж, запряженный тройкой лошадей, и в нем ослепительно красивые, в белых костюмах, артисты группы “Ялла”. Вся улица, раскрыв рты, смотрела на это. На дискотеках мы танцевали под знаменитые “Шахрисабз”, “Учкудук”, “Чайхану”. Но больше всего мне нравилась “Последняя поэма” на слова Рабиндраната Тагора…

***

Людмила, 40 лет: А к нам в Темиртау группа “Ялла” приезжала в середине 90-х годов на празднование Дня металлурга. Предлагают песню на бис. Зал в один голос кричит: “Чинури”! “Чинури”! (так в народе прозвали их знаменитый хит “Дженнуни”). Раз пять спели, говорят: “Теперь послушайте новую песню”. Зал: “Ладно. А потом еще “Чинури!”

***

Гульжан, 23 года: Мне было лет 6, мы жили в ауле Бурас Семипалатинской области. Тогда у нас появился первый магнитофон, мои старшие сестры постоянно слушали “Яллу” и танцевали под “Чинури”. Они нам, наверное, в дедушки годятся, а я больше всех люблю эту группу. У меня она ассоциируется с детством и моим первым магнитофоном.

Загрузка...