Опубликовано: 1560

Властелин ринга

Властелин ринга

Алматинец Виктор Демьяненко входил в элиту советского бокса в конце 70-х – начале 80-х годов. Был чемпионом Европы, обладателем Кубка мира. Досадная травма помешала ему выиграть Олимпиаду. В его время нельзя было выступать на профессиональном ринге. Сейчас мечты отца воплощает в жизнь его сын Виталий.

Загубить ребенка очень просто

– Виктор Леонидович, считается, что ребята идут в бокс по двум причинам: либо им надо научиться драться, либо необходимо уличную агрессию перенести в более мирное, спортивное русло. Как было у вас?

– В детстве я занимался плаванием. Но почему-то после того, как находился в воде 20–30 минут, меня начинало знобить. Шел в душ, вставал под горячую воду. После этого еще минут 15 поплаваю, и снова губы синие. Пришлось плавание бросить. Потом сосед позвал на “Динамо” заниматься самбо, дзюдо тогда еще не было. Походил года четыре, но мое телосложение не подходило для этого вида борьбы. Сам я сухопарый, а в самбо требуются мощные ребята. В бокс же я попал с подачи своего старшего брата Андрея.

– В каком возрасте вы советуете начинать заниматься боксом?

– Я пришел в 12 лет. Сейчас доказано, что именно в этом возрасте лучше всего начинать занятия боксом. В 12–13 лет организм мальчика уже становится окрепшим. Если у парня есть данные, то годам к 18 он должен показывать результаты.

– Вы с первых тренировок поняли, что бокс – это ваш вид спорта?

– Тут все зависит от тренера. Мой первый наставник, заслуженный тренер СССР Александр Федорович Аникин, имел два высших образования: медицинское и физкультурное. Можно сразу надеть детям перчатки и пустить их в ринг, пусть характер показывают. Такой тренер не воспитает спортсмена высокого класса. Сначала надо дать мальчику азы бокса, научить правильно двигаться в ринге, защищаться. Внимательно следить за его развитием и, когда он созреет, начать готовить к соревнованиям.

Это была не конкуренция – настоящий ад

– Когда к вам пришли успехи на всесоюзной и международной арене?

– В 1975 году я выиграл чемпионат СССР среди юношей. На следующий год стал сильнейшим в стране и Европе среди юниоров. В 1977-м вновь выиграл чемпионат Союза и ряд международных турниров. Через год был шанс дебютировать на чемпионате мира для взрослых в Белграде, но на первенстве СССР, которое являлось отборочным турниром, я занял второе место. Страну же на чемпионатах Европы, мира и Олимпиадах в каждом весе представляет только один спортсмен.

– После этого вы сменили весовую категорию…

– Да. В 1979-м я перешел из категории до 57 кг в вес до 60 кг. Тот год стал для меня очень удачным. Я провел на ринге около 30 боев и ни разу не проиграл, победил и в чемпионате СССР, и в Кубке мира, и на взрослом первенстве Европы. В 1979 году меня признали лучшим боксером мира в весе до 60 кг.

– В то время выиграть чемпионат СССР было, пожалуй, сложнее, чем крупный международный турнир…

– Так и есть. В каждом весе было, как минимум, три-четыре высококлассных боксера. Представляешь, какую нужно было выдержать конкуренцию, чтобы закрепиться в сборной СССР! К примеру, советский боксер Валерий Лимасов дважды выигрывал чемпионат Европы, но ни разу не становился первым в Союзе.

– Свое золото чемпионата Европы в 1979 году вы выиграли в Кельне (ФРГ), победив в финале хозяина ринга Рене Веллера. Насколько сложно выступать на чужом “поле”?

– Я всегда настраивался на любой бой вне зависимости от того, кто противник – местный или нет. Конечно, со стороны зрителей существует определенное психологическое давление, но главная проблема – это судейство. Организаторы турниров всегда стараются, чтобы их спортсмены взяли максимально возможное количество медалей. В этой ситуации ты знаешь, что даже если бой с местным боксером будет равным, победу все равно отдадут ему. Сейчас на крупных любительских турнирах очень часто судят в “одну кассу”, помогая хозяевам вытаскивать своих боксеров на пьедестал.

Организаторы Олимпиады в Москве раздали золото… соперникам

– А на Олимпиаде в Москве в 1980 году судьи помогали хозяевам?

– Ту Олимпиаду, если помнишь, бойкотировали многие капиталистические страны, и СССР завоевал огромное количество медалей. Боксерский турнир, как правило, растягивается на все дни Олимпиады, и, возможно, к последним дням свои медали СССР уже взял. Поэтому многое было пущено на самотек. Семь наших боксеров, в том числе я и Серик Конакбаев, вышли в финал, и только один, россиянин Шамиль Сабиров (до 48 кг), стал олимпийским чемпионом.

– Что помешало вам выиграть олимпийское золото?

– Мой финальный бой с кубинцем Анхелем Эррерой почему-то назначили судить рефери из Пуэрто-Рико, страны – соседа Кубы по региону. В полуфинале с Ричардом Новаковским (ГДР) я получил рассечение, но утром перед финалом меня осмотрел доктор и допустил к поединку. Когда же начался бой, рефери снова повел меня к врачу с какими-то лишними вопросами. Уже было заметно давление.

– Этого кубинца вы ведь победили незадолго до Олимпиады?

– Да, за полтора месяца до московского боя я выиграл у Эрреры на турнире в Чехословакии. Поэтому на ринг вышел уверенным в своих силах. Первые два раунда я выиграл, а в начале третьего секунданты кубинского боксера стали требовать от рефери остановки боя из-за своего рассечения. В итоге поединок был прерван, и победу присудили кубинцу. Уверен, будь в ринге европейский рефери, бой был бы совсем другим.

– Но это был только один из шести проигранных советскими боксерами олимпийских финалов в Москве…

– Еще в двух-трех боях победу можно было отдать нашим боксерам. К примеру, наш Серик Конакбаев (до 63,5 кг) побеждал итальянца Патрицио Оливу, но судьи просто подарили медаль последнему. Вот так мы готовы были раздавать “свои” награды направо и налево.

– За свою карьеру вы завоевали олимпийское серебро, становились золотым и бронзовым призером чемпионатов Европы, но так ни разу и не выступили на чемпионате мира…

– В то время чемпионаты мира проводились реже, чем сейчас, – не раз в два года, а раз в четыре. В 1978 году я не прошел отбор. Спустя четыре года был болен. В 1981 году поехал простывшим на соревнования на Кубу. Чувствовал себя неважно, наверное, не стоило выходить на ринг. Но в советское время если ты приехал на турнир, то должен выступать. Первые два боя я выиграл, а перед третьим сильно заболели ноги. В команде врача не было, поэтому приехал доктор из советского посольства и обколол новокаином. Я уже собрался на ринг выходить, как меня замутило, тошнота, рвота. Только после этого сняли с соревнований. Наконец, в 1986 году я не мог поехать в Рено (США), так как уже завершил выступления.

Из Туниса пришлось уехать по-английски. Не попрощавшись

– Почему так рано закончили – в 27 лет?

– Не считаю, что ушел из бокса рано. Прошел три олимпийских цикла. В 1976 году помогал сборникам готовиться к Олимпиаде в Монреале. В 1980-м выступал сам. А в 1984 году на турнир “Дружба” на Кубе, который стал альтернативой Лос-Анджелесской Олимпиады, я не поехал из-за болячек, нажитых за время спортивной карьеры. Наверное, можно было побоксировать в профессионалах, но тогда об этом можно было только мечтать.

– Чем занимались после ухода с ринга?

– Работал старшим тренером “Динамо” по боксу. А в начале 90-х предложили поехать в Тунис. Сами помните те годы: в стране дефицит всего, политический строй разваливается. Поэтому принял предложение африканцев, взял с собой семью: жену и двоих детей. Подумал, когда еще смогу их куда-нибудь вывезти? Отработав год, подготовил трех боксеров, которые получили олимпийские лицензии в Барселону. Однако на Игры их повез тренер из бывшей ГДР – так был составлен его контракт с Федерацией бокса Туниса. Меня не хотели отпускать, заставляли отработать положенные по контракту пять лет, но я написал заявление на отпуск, уехал и не вернулся.

– Зачем было возвращаться из Туниса раньше времени?

– После развала Союза при советском посольстве в Тунисе закрылись школа и детский сад. Не хотел, чтобы дети росли безграмотными. Кстати, года два назад снова звали в Тунис – готовить команду к Пекинской Олимпиаде.

– Какая работа ждала вас в Казахстане?

– Сначала был президентом клуба “Максат” и вице-президентом Федерации профессионального бокса (КФПБ). Когда же Серик Конакбаев недавно ушел вице-президентом в Федерацию любительского бокса, я занял его место президента КФПБ.

Гены взяли свое!

– Сын Виталий, реализующий сейчас вашу мечту драться в профессионалах, имел шанс выбрать другой жизненный путь?

– Конечно. В детстве он в бокс не рвался. Любил поиграть в баскетбол, футбол. Около пяти лет занимался дзюдо. Но, как и у меня в свое время, борьба у него не пошла. Тогда Виталий решил заниматься боксом. Постепенно втянулся, начал показывать результаты.

– В то же время на любительском ринге он себя не проявил…

– Виталий серьезно учился в университете. Я предлагал ему взять академический отпуск, поездить по соревнованиям, но он отказался. Практики для стабильного попадания в сборную Казахстана у него было недостаточно.

– Как успехи Демьяненко-младшего на профессиональном ринге?

– За три года Виталий выиграл 12 боев из 12, причем девять – нокаутом. Очень сильно ему помогли в становлении как профессионала его менеджер Сергей Симаконь и промоутер Ерик Джайляуов. Сейчас у Виталия три пояса. Он чемпион в своем весе на Азиатском континенте по версиям WBC и WBO, а также чемпион по версии PABA – Паназиатской ассоциации, куда входят более 30 стран. Уверен, на мировом профессиональном ринге Виталий станет заметной фигурой.

Сергей РАЙЛЯН,

Иван БЕСЕДИН (фото)

Загрузка...