Опубликовано: 1375

Валерия: “Ничего невозможного нет”

Валерия: “Ничего невозможного нет”

Запись нового англоязычного альбома, воспитание своих детей и помощь чужим. Певица Валерия находит вдохновение и силы, чтобы проявлять себя в самых разных областях.

Алматинский концерт Валерии состоялся во Дворце Республики. Она вышла на сцену и сразу очаровала всех своей улыбкой, широко открытыми синими глазами и непринужденной манерой держаться. Очень открыта и эмоциональна. Поразили и восхитили в ней две вещи, которые, вероятно, взаимосвязаны. Во-первых, то, как она выглядит. Гораздо лучше, чем на экране. Безупречно красивое лицо. Хрупкая, грациозная и очень-очень женственная. И второе – она излучает счастье. Все песни, которые исполняет певица, звучат искренне и свежо. Потому и публика ей верила, бурно аплодируя и даря цветы.

Валерия пела песни, полюбившиеся публике, и совсем новые. И, конечно, говорила. О счастье и любви. А перед своим успешным концертом звезда российской эстрады ответила на вопросы “Каравана”.

На Запад

– Валерия, вы записываете второй англоязычный альбом подряд. Работаете с очень именитыми профессионалами. У вас есть определенные ожидания от этого диска?

– Первый альбом писался в Англии, Швейцарии, частично в Москве. Была проделана серьезная работа. Но тогда мы были еще в поиске. Сначала записали одну песню на русском языке и подумали, а почему бы не сделать ее на английском? Потом по цепочке записались вторая и третья песни...

А теперь мы уже точно знаем, чего хотим. И работать стало тяжелее, очень многое отсекается, поскольку не хочется делать песни-однодневки, ориентируясь на Запад. Ведь и там тоже рынок заполонен всякой шелухой.

– В одном интервью Иосиф Пригожин сказал, что, чтобы добиться успеха в той же Англии, нужно иметь некий ключ. Люди, с которыми вы работаете, являются таким ключом?

– Не совсем. Эти люди отвечают за музыкальный и творческий процессы. В принципе, с нами работают те люди, у которых есть этот ключ. Но чтобы этим ключом воспользоваться, нужно жить в Англии. У меня нет на это ни времени, ни возможностей. Потому что вся моя жизнь в Москве – семья, работа. Как нет и нефтяной скважины, которая бы нас кормила. Мы развиваемся на собственные деньги, без спонсоров. Конечно, имея время и деньги, мы могли бы очень пошуметь в Англии.

– Но вы все же надеетесь на успех, раз работаете и на западную публику?

– Безусловно. Мы хотим сделать что-то интересное и достойное. Нужно просто идти вперед.

– Кроме английских профессионалов есть еще команда, которая с вами постоянно работает?

– Один человек никогда ничего не сделает. У всех есть команда. Если артист сам станет заниматься этими вопросами, когда он будет успевать заниматься творчеством? У меня, например, времени бы не хватало, если бы я занималась работой Пригожина и всем тем, чем занимается наш офис.

– А у Иосифа остается время, чтобы кроме вас заниматься другими музыкантами?

– Конечно, мы занимаемся и молодыми исполнителями. В частности, сейчас есть новая подопечная – Лена Есенина. Она примет участие в отборе на “Евровидение”. Лена не просто исполняет песни, она сама их пишет. Это не тот случай, когда девочки просят: “Сделайте меня узнаваемой”. Она на самом деле достойна того, чтобы ее узнавали.

Моя помощь – капля в море

– Валерия, вас называют человеком широкой души. А что за история с мальчиком из детского дома, которого вы хотели усыновить?

– Когда мы ездили по городам Дальнего Востока, практически в каждом городе посещали детские дома и помогали им. Нам приглянулся один мальчик. Но решения об усыновлении сразу не принимаются, и мы хотели пригласить его на каникулы в Москву.

Однако с этим детским домом произошла несколько непонятная история. Мы накупили детям компьютеры, айподы. И вдруг нам пришло анонимное письмо по электронной почте, где говорилось, что компьютеры у ребят тут же забрали. И даже фрукты растащили, которые мы купили. Дети ничего не видели. Поскольку нам из Москвы было сложно проверить эту ситуацию, мы нашли одну организацию, которая осуществляет контроль над детскими домами. Люди оттуда посетили детдом, и там вроде все было хорошо. Мне прислали очень смешную фотографию: на снимке все дети дружно сидят с айподами, улыбаются в кадр, у всех включены компьютеры. Такая образцово-показательная фотография… Абсолютно постановочная.

И насчет усыновления мальчика: мы ждали, когда детский дом сделает на него документы, но как-то все затихло. То ли они почувствовали свою вину, им стало неудобно, трудно понять. Я не могу ничего утверждать. Не пойман – не вор. Может быть, какие-то кляузники написали то письмо, кто знает. В общем, нехорошая возникла история. Так что с тем ребенком у нас ничего не получилось. Я очень надеюсь, что жизнь к нему будет благосклонна, и ему еще повезет. Потому что мальчишка очень симпатичный, толковый.

– Вы занимаетесь благотворительностью, вопросами миграции, проблемами рабства. Такое сострадание к людям и внимание к детям появилось вместе с тем, как вы стали матерью, или потому что вы верующий человек?

– Наверное, и то и другое. Но моя помощь – это капля в море. А сколько еще проблем существует в обществе! Но все равно надо делать хоть что-то. Если каждый человек приложит хотя бы самые минимальные усилия, мир станет лучше, я в этом убеждена. Не можешь помочь деньгами? Организуй в детском доме что-нибудь, устрой какую-то экскурсию детям. Конечно, в девяностые годы было много всяких мошенников, которые подорвали авторитет благотворительных движений. Но если не желаете сотрудничать с фондом, действуйте самостоятельно.

Все, что вкладывала, никуда не делось

– Вы чувствительная, неравнодушная женщина. Что вам помогает сохранять внутреннюю гармонию?

– Мне помогают мои дети. С одной стороны, я за них очень переживаю, с другой – радуюсь их успехам. Они очень разные и одаренные, каждый по-своему. Когда они совсем маленькие, до десяти лет, это сложный период, и ты не понимаешь, что из человечка выйдет. Вроде вкладываешь в него, занимаешься, а отдача видна не сразу. Но когда они подрастают, как моя Анютка, которая перешагнула этот ужасный переходный этап – 16 лет, ты видишь результат. И я понимаю, что все, что я вкладывала, никуда не делось.

– Дети вам помогли пережить тот сложный двухлетний период, связанный с разводом и застоем в творчестве, когда не было ни выступлений, ничего?

– Я только этим и жила…

– Или не было этого тяжелого момента?

– Тогда не было никакого тяжелого момента. Тогда это было счастье, просто восторг! Мне было все равно, что писала пресса, мне было все равно, что у меня нет денег, я понимала, что это временно. Я верила, что я сильная, активная, и всё равно в моей жизни всё будет.

– Сказываются ли на вашем творчестве и репертуаре такие жизненные вехи? Сегодня вы выглядите очень счастливой. И не потому ли ваш репертуар сильно поменялся?

– Безусловно. То, что меня заставляли делать раньше, было вообще не мое. Когда ты ощущаешь внутри себя дискомфорт, о творческой продуктивности речи идти не может. А сейчас рядом есть человек, который не просто в меня верит, он уже знает меня лучше, чем я сама себя. Это удесятеряет силы, дает такой простор для творчества, и я понимаю, что ничего невозможного нет.

Наталья БОЙКО, Руслан ПРЯНИКОВ (фото)

Загрузка...